Лаки бессмертный. Гексалогия (СИ) - Фирсов Алексей Сергеевич - Страница 222

— Разве я не старательный сотрудник, сеньор президенте?

— Самый лучший мой сотрудник на тиви, скажу без лести.

— Приятно слышать. Итак, сеньор президенте, первый вопрос:

— Только после моего вопроса, сеньорита.

Великолепные брови Евы приподнялись и глаза округлились.

— Ко мне?

— Именно.

— С радостью, сеньор Мартинес!

— Как вы в этой узкой юбке смогли подняться по насыпи и ступеням в мой вагон?

Девушка засмеялась, сразу значительно помолодев.

Порывисто поднялась из кресла.

— Видите на моих пальчиках по узкому серебристому колечку? Контроль магнитных застежек. Я делаю так!

Она быстро провела по швам боковым и юбка распалась на две половины: переднюю и заднюю. Черный кружевной краешек чулка на белоснежном бедре выглядел очень сексуально.

— Моя охрана наслаждалась зрелищем?

— Если бы, сеньор президент! Они смотря только в сканеры и планшеты!

Вагон дернулся и Ева с легким вскриком упала в кресло. Юбка раскрылась куда выше бедра, до самого пояса. Никакого белья выше чулок на сеньорите главе департамента не оказалось.

— Не ушиблись?

— Нет, что вы, сеньор Мартинес…

Но юбку застегивать не торопилась.

«Такая же юбка была на Стефании в первый вечер нашего знакомства на Цирцее…»

— Сеньор Мартинес, вы изменились в лице. Вам не хорошо?!

Лаки поднялся из — за стола и подошел к Еве. Протянул ей руку.

Вагон, покачиваясь, набирал ход. Поезд эль-президенте возвращался в столицу.

Ева поднялась на ноги. Из-за ее высоких каблуков они оказались почти одного роста. Они посмотрели друг другу в глаза и все поняли друг о друге.

— Камера, сеньор президенте…

— Потом все сотрешь из памяти…

Лаки повернул ее спиной к себе и отодвинул в сторону шлейф юбки. Она охнула, когда он вошел в нее, нетерпеливо и почти грубо…Ее ягодицы оказались прохладными и атласно — гладкими…Он закрыл глаза и на миг ему показалось что он вернулся в прошлое и в его объятиях Стефания… он на крыше отеля на головокружительной высоте…

Через десять минут, приведя одежду в порядок, они продолжили интервью. Глаза сеньориты Пикур горели азартным огнем.

Глава сорок четвертая

Покончив с делами, Лаки собирался отправиться в ванную комнату, чтобы с помощью депилятора избавиться от бороды. Он решил воспользоваться приглашением сеньоры Розы и посетить парти сегодня вечером. Почему бы и нет?

Вчерашний эпизод с Евой Пикур настроил президента Сабины на игривую волну.

Пискнул вызов на браслете.

— Сеньор президенте! По спин-связи с вами желает говорить секретарь-референт сенатора Хоупа!

Голос Фернандеса дрожал от волнения.

— Хорошо, подключи на меня.

Лаки уселся обратно в кресло.

«Сенатор? К чему бы это?»

На экране большого монитора появился молодой человек с бритой головой, но в элегантном костюме.

— Доброго времени суток. Сеньор президент Раски?

— Да.

— Сенатор Хоуп хотел бы говорить с вами. Сейчас удобно для вас? В это время суток вашего мира?

— Вполне.

— Благодарю вас.

На экране появился пожилой, лощеный джентльмен, в отличии от своего секретаря сенатор обладал буйной рыжей шевелюрой, почти без седины.

— Приветствую вас, господин Раски. Я имперский сенатор Хоуп.

— Очень приятно, сэр. Доброго вечера.

— У нас, на Терре еще утро.

— Завидую вам, а я уже как выжитый лайм!

— Вы молоды и полны сил, сеньор Раски ваше возрасте я за вечер посещал пару парти и еще оставались силы на стрип-бар!

Сенатор дружелюбно улыбнулся и загорелое лицо его мгновенно покрылось сетью морщин.

— Император поручил мне вступить в контакт с вашей администрацией.

— Я это очень ценю, сенатор.

— Имперский сенат отказался от рассмотрения вопроса по Сабине. Империя не любила влезать во внутренние дела планет, сеньор Раски. Не из-за слабости или ложного гуманизма.

«Не для того все расы и нации рассеяли по галактике, чтобы еще и носы им вытирать! Я все верно понял…»

— Вы наладили работу администрации, торговлю, экономику, покончили с кровопролитием. Империум приветствует ваши усилия и считает возможным принять вас на Терре для утверждения в качестве главы Сабины.

— Отличная новость, сенатор!

— Ровно через тридцать дней, шестого апреля император примет вас в Равенне. Официальное приглашение уже направлено по официальному каналу.

Но я связался с вами вовсе не по этому поводу. Аудиенцией у императора занимается министр двора и он еще с вами свяжется.

Меня интересуют некоторые аспекты вашей политики, сеньор Раски.

— Какие именно?

Лаки скосив глаза на планшет, просматривал досье сенатора Хоупа. Тот возглавлял комиссию по галактической безопасности. Что это значит? Курирует имперскую безопасность?

— Согласно рапорта Роты вы уже много лет являетесь ее агентом.

— Последние три года Рота меня не беспокоила.

— К тому были причины, сеньор Раски. Я просмотрел ваше досье. Вы необычный человек. Амбициозный, импульсивный и очень удачливый. Сколько раз покушались на вашу жизнь?

— Я не считал, сэр.

— В связи со всем этим я не думаю что вы надолго задержитесь на Сабине. Подготовили ли вы преемника себе?

— Я об этом не думал, сенатор.

— Напрасно, сеньор Раски. Подумайте, пока не поздно.

«На что он намекает?»

— Ваш посол-Тереза Санчес находится на Лутанге и ведет переговоры и переселении на Сабину нескольких миллионов лутангийцев.

— Это так.

— Империум не может одобрить эти ваши планы, сеньор Раски. Никто из галактических перевозчиков не возьмется за это и знаете почему?

— Вы им запретите?

— Верно. У нас есть рычаги влияния и мы на них надавим, если вы будете упорствовать.

Двигатели Кирстона не только помогли человечеству обосноваться в Галактике. Терра избавилась от излишнего населения и ранее враждебные друг другу расы и народы расселились по отдельным мирам, как по отдельным квартирам. Рассовые, национальные и религиозные конфликты остались в далеком прошлом. Если лутангийцы появятся на Сабине-этой политике империума будет нанесен удар. Две расы немедленно создадут две страны и их соперничество может далеко завести. Во всяком случае наличие на одной планете двух столь разных рас — повод для бесконечных конфликтов. Мы это не можем допустить. Прекратите переговоры с Лутангом и отзовите посла.

— Это ваше требование?

— Это требование империума, сеньор Раски.

— Вы открыли мне глаза, сенатор.

— Очень этому рад. Мы не требуем чтобы вы разоружили и выслали с Сабины ваших гвардейцев-лутангийцев. Их численность ничтожна. Как только вы покинете планету, лутангийцы тоже будут вынуждены улететь. Местные не простят им национального унижения. Вы это понимаете?

— Да. Но почему вы решили…

— Что вы вскоре покинете Сабину? Потому что она вам наскучит. Вы ни где долго не задерживались, сеньор Раски, а галактика слишком велика чтобы оставаться в одном мире, забыв про великолепие и тайны других миров. Вы слишком молоды чтобы осесть на Сабине. Не сейчас. С помощью винтовки вы захватили власть на планете, но удержать власть труднее чем взять. Правитель подобен акробату на канате. Идти надо вперед чтобы не упасть. Вправо, влево наклон и гибель. Идти по канату, острому как бритва всю жизнь балансируя…Вы не похожи на человека для которого это занятие в удовольствие! Не ради же денег? Вы достаточно богаты. Но счастливы ли вы сейчас? Не думаю.

— Вы знаете меня лучше чем я сам, сенатор.

— Я прожил почти два столетия, юноша и я повидал людей. В этом есть положительная сторона старости-слишком много знаний!

Сенатор дружески улыбнулся.

— Подумайте над моими словами, сеньор Раски. Я думаю, что вы примите правильные решения. Патрик Дорн отзывался о вас самым положительным образом. Чутью Дорна я могу доверять. Итак, до встречи на Терре, сеньор эль-президенте?