Лаки бессмертный. Гексалогия (СИ) - Фирсов Алексей Сергеевич - Страница 93

Тот поднялся из-за стола, одетый только в халат поверх длинной ночной сорочки.

— Что там было, констебль?!

Лаки выхватил из-за пояса револьвер и ткнул дворецкому в бок. Отобрал револьвер, оттолкнул к стене и навел два ствола на министра.

— На пол! Быстро!

Дворецкий бросился на Лаки немедленно, пытаясь обхватить его лапищами.

— Бегите, милорд!

Лаки пнул дворецкого между ног, а потом добавил рукояткой револьвера по затылку. Дворецкий рухнул на ковер. Министр хлопал глазами, еще ничего не понимая.

Лаки бросил ему на стол холщовый мешок. Разлетелись по полу бумаги веером.

— Выкладывайте все из стола в мешок и поживее!

— Какого черта здесь твориться?!

— А на что это, по-вашему, похоже?

Связав министра веревкой от портьеры и заткнув рот его же носком, Лаки не спеша, удалился через парадный вход. В мешке было килограммов двадцать не меньше…

У ступеней лестницы уже его ждала в кэбе Стефания в форме полисмена.

— Кэбмен! В Скотланд-Ярд и побыстрее! — приказал Лаки, усаживаясь на сиденье рядом с подругой. — У нас с собой важные улики!

…-Отпустив кэбмена возле здания полиции, они свернули в переулок и где-то через десять минут добрались до вокзала Паддингтон. Здесь они раздели припозднившегося угольщика и отобрали его корзину. Полицейская форма найдена за стеной госпиталя Святого Луки, в квартале от вокзала. Дальше никаких следов.

Констебль стоял навытяжку. Отутюженная форма, белые печатки, шлем подмышкой. Докладывал звучным голосом. Загляденье!

— Это все, лейтенант?

— Да, сэр.

— Можете идти!

— Слушаюсь, сэр!

Интендант полиции повернулся к министру Линдеру, яростно дымящему сигарой у окна.

— Это пока все, что мы узнали.

— Мало! Очень мало, Пирленд! Это не просто ограбление! Это личное оскорбление мне! Это оскорбление короны!

— Я понимаю, сэр.

— Ничего вы не понимаете! Ищите их и найдите! Я повышаю награду за их головы до трехсот фунтов! Доставьте мне их живыми и не пожалеете об этом!

Министр раздавил сигару в пепельнице.

— Я сниму с них шкуру живьем!

Девятая глава

Рона Лаки увидел издалека и несколько минут наблюдал за парнем. Тот ходил кругами, кого-то высматривал.

— Привет, как дела?

— Вы меня напугали, мистер Стюарт!

— Не болтай чепухи, что есть сегодня?

— Письмо для вас и для миссис Стюарт.

— Держи монету.

— Постойте, сэр! Мать сказала, что один — фунт-это слишком мало!

— Твоя мама мудрая женщина. Держи второй.

— Мама сказала — три!

«Врешь, вымогатель, по глазам вижу!»

Лаки без малейших колебаний отдал третью монету Рону. Паренек этого явно не ожидал и крепко сжав кулак растерянно моргал.

— Жду послезавтра.

— Спасибо, сэр! Храни вас бог!

Лаки спрятал письма за пазуху и быстро шагнул за штабель ящиков, а потом, пригнувшись за рядами бочек, почти на четвереньках отбежал к закопченному зданию склада. За несколько секунд он сделал крюк и, выглянув из-за нагруженной тюками повозки увидел Рона, а рядом с ним двух господ в сюртуках и с тяжелыми палками. Парень тыкал пальцем в сторону штабеля ящиков.

«Вот же щенок!»

Бросив под ноги кепку, Лаки натянул на голову вязаный шерстяной колпак, что так любят надевать грузчики на пристани (и тепло и с головы не свалиться), подхватил на плечо пустую корзину, оставленную им здесь же и не спеша, удалился в сторону ближайшей баржи.

Минут через пять господа в сюртуках и с дубинками пробежали мимо, расталкивая пролетариев локтями.

Лаки вежливо посторонился. Оставив корзину рядом с трапом, он прошелся дальше по набережной, сунув руки в карманы тужурки. На самом деле карманы он срезал изнутри и теперь держался за рукоятки двух револьверов, заткнутых за кушак.

Сдаваться полиции он не собирался.

Стрелять не пришлось.

По пути к логову, он зашел в лавку старьевщика и за шиллинг купил два скрипучих, потертых стула.

Дверь открыл ключом. Поставил покупки возле очага.

«Совсем другое дело!»

— Дорогая я вернулся!

— Есть что-нибудь принес?

— Увы!

— Я не расстроена!

«А по голосу, наоборот…»

Забравшись с ногами на диван, Стефания просматривала бумаги, которые Лаки вынес из кабинета министра. Золото ровными столбиками сияло на полу. Окно подруга завесила нижней юбкой, чтобы из домов напротив ничего не углядели.

— Удачно все прошло?

— Мелкий пакостник Рон выманил у меня три фунта и сдал полиции.

— Что?

— Они меня потеряли из виду еще на пристани. Моя радость — тебе письмо, и я догадываюсь откуда.

Стефания забрала плотный конверт с картинкой в углу — дирижабль, парящий над горами.

В конверте оказалось письмо от дирекции компании «Тяжелее воздуха» и два билета на первый кругосветный рейс дирижабля R-24. Билеты номерные, но имена пассажиров не указаны…

— Я совсем про это забыла!

— А я нет.

— Если их продать, то, сколько мы выручим?

— Прямо сейчас будем продавать? — осведомился Лаки. — А может просто ими воспользоваться и добраться до Киптауна, а потом где-то затаится до назначенного времени?

— А как мы обойдем контроль при посадке?

— Надо подумать…Когда отправление?

— Через пять дней.

— Хорошо, что есть время. Сколько здесь фунтов? — Лаки кивнул на столбики монет.

— Семьсот фунтов почти.

— Неплохо.

— Как ты думаешь, полиция нашла мои деньги в квартире?

— И сколько же ты накопила, дорогая?

— Почти тысячу.

Лаки весело свистнул.

— Это что было? Страховой фонд? На случай развода?

— Дурак! Я копила на подарок тебе к рождеству! И потом, мы не женаты!

Стефания разозлилась. Отшвырнула бумаги и встала на ноги. Подбоченилась, прищурилась.

— Извини, милая, я что-то не то сказал. — Моментально отозвался Лаки.

Следовало отвлечь девушку и срочно, потому что назревал скандал и выяснение отношений. Он протянул ей второй конверт.

— Мне тоже письмо пришло.

— От кого?

Стефания вскрыла белый конверт без подписи и адреса.

«Это третье письмо и последнее. Сегодня в полночь возле памятника королю Георгу».

— Тот же самый почерк…Что будем делать?

— Как скажешь, милая.

Ради мира в семье Лаки готов был на немедленную капитуляцию. Первый скандал в своей семейной жизни он пережил по пути сюда, на корабле и не горел желанием пережить все заново. Узнав всю правду о нем и познакомившись с Жаклин, Стефания устроила бурю, обвиняя Лаки в отсутствии чувств и в диком эгоизме. «Любовь-это доверие, разве не понятно!» Жаклин выдала комментарий, все выслушав. «Как говорили древние-муж и жена одна сатана!» Что она имела в виду? Лаки понимал, что если напомнит Стефании ее же слова, то получит в ответ много чего. Подруга сдержанностью не отличалась.

На Цирцее была такой покладистой…Как подменили ее.

— Мы сходим и посмотрим на этого настойчивого господина. — Объявила Стефания.

— Вместе?

— Не нарывайся, милый. — Ласково сказала девушка и ткнула Лаки кулаком в живот.

Памятник королю Георгу, отцу нынешнего монарха, высился на площади возле Паддингтонского вокзала. Место здесь многолюдное и освещенное электрическими фонарями. Ближе к полночи движение поездов прекращалось и площадь пустела. Джентельмен, гуляющий с тростью возле памятника был виден очень хорошо. Высокий, худощавый, прогуливался по брусчатке, поглядывая себе под ноги.

— Не найдется ли огоньку, сэр?

Парень в широкополой шляпе, в заляпанной краской куртке маляра или художника, приблизился с трубкой в руке к джентльмену.

Тот улыбнулся.

— Вы неплохо замаскировались, мистер Стюарт. Где же ваша подруга?

Лаки сунул трубку в карман и положил руку на рукоятку револьвера.

— Там, где нужно. Мы с вами знакомы? Не припоминаю вас, сэр.

— Деррел Хардвик, к вашим услугам.

— Вы мне прислали три письма, чтобы только представиться здесь?