Истинная пара дракона (СИ) - Арминская Мая Юрьевна - Страница 47

Волосы сожгли при мне. В мире, где девяносто процентов порчи, проклятий и прочей темной ереси завязывали на волосах, хоть одном, не принято было разбрасываться целым париком из своей шевелюры.

Я прошла до конца площадь и решила выйти на набережную. Дождь уже перестал, и ничто не могло испортить ни укладки, ни взлетевшего до небес настроения. Эйфория была крышесносной. Настолько, что, оглушенная ею, я вовремя не успела услышать ни гудок, ни чей-то окрик. Когда моя голова все-таки запоздало повернулась вправо от дороги, которую я переходила, даже того не замечая, автокар на явно превышенной скорости находился в метре от меня.

Часть двадцатая. Свобода(2)

И за секунду до неминуемого столкновения, выбив разом вздох из сжавшихся легких, я почувствовала резкий развернувший тело рывок, едва не вывихнувший ухваченную кем-то руку. И не успела ахнуть, как, обдав леденящим порывом свистящего ветра, в сантиметрах от смертницы пролетел сумасшедший транспорт.

Спасенная, судорожно дыша, я медленно возвращала себе рассудок, обнаружив, что чересчур сильные объятия спасителя причиняют боль ребрам. Заторможено подняла шокированно вытаращенные глаза на мужчину, и они округлились еще больше. А потом… неизбежно помокрели.

— Лорд Эльдарш, — плаксиво выдавила я онемевшими губами. В голубых льдах была ярость, с которой он все еще сжимал мое запястье до посинения — но вырвать руку я даже не попыталась, в оцепенении осознавая только минувшую, глупую до невозможности смерть.

— Идиотка, — тоже назвал меня по имени он, и я не нашла ничего лучше, чем, преодолевая удушающий ком в горле, согласно кивнуть. Среди злобы в чуть шипящем голосе Ринталиона я различила жар дикого страха, причем за меня, что оказалось изумительно приятно, а еще львиную долю облегчения.

Меня наконец-то отпустили, но не совсем, а так, чтобы я могла вдохнуть свободной грудью и при этом не упасть без опоры. На запястье, кстати, точно останется синяк, но он не очень меня сейчас волновал.

— Ты в порядке? — вздохнул мужчина, пристально рассматривая мое лицо. Он был довольно близко, а я… А я что, а я в шоке. И как-то очень вовремя, разглядывая его в ответ, я отметила, что белокожий, глазастый (в смысле, глаза у него красивые) и клыкастый вампир поразительно привлекателен. Симметричные тонкие черты, прямой нос с высокой переносицей, полные губы и черные кудри, добавляющие ему контраста и харизмы. Мое сердце, не успевшее еще до конца утихомириться, с новой силой стало наращивать темп и застучало так громко, что он, наверное, мог слышать это сквозь уличный шум и где-то на заднем фоне волнение собравшихся обеспокоенных зрителей моего конфуза. А я стремительно теряла остатки рациональности, позабыв о том, что решительно была против отношений с ним, позабыв о причине, почему именно против.

— Кажется, я только что в вас влюбилась, Рин, — шепчу я, игнорируя и свои невольные слезы от бурлящих чувств, и всеобщий вздох.

А мой спаситель, не моргая, все смотрел и смотрел, затем неожиданно протянул руку (другой он обнимал за талию), коснулся моей выбившейся на глаза длинной челки и заправил ее. От этого жеста романтика момента побила все измерения и я уже чувствовала близость рокового поцелуя.

Но вместо этого Эльдашс нахмурился, поджал губы и сообщил:

— Ну раз у тебя только проблемы с головой, тут я не помогу.

Розовое полотно невидимой занавеси, которая уже почти нас закрыла, тут же рухнула наземь, и вместо с ней, потому что поддерживать меня таки перестали. Взвыв от удара, безжалостно пришедшегося на копчик, я ошарашенно уставилась на охамевшего спасителя, а он невозмутимо подал руку, помогая встать.

Что-то месяц назад о проблемах с головой речи не шло, когда он за мной пытался увязаться! Это настолько оскорбило и возмутило, что даже мысль о том, что я чуть не погибла, отошла куда-то назад.

— Что-нибудь болит все-таки, Белла? — вздохнул Ринталион с таким усталым выражением, что я неволей задалась вопросом: действительно ли он оставил меня на целый месяц освоиться или ему пришлось из-за проблем?

Вампир, и так довольно худощавый, пусть и подтянутый, казалось, похудел. У него еще отчетливее выделились скулы и он и, присмотревшись к темным кругам под глазами и хмурым морщинками между бровей, я осознала, что мой спаситель и до происшествия со мной был измотан.

Ощутив укол вины, я поникла под его серьезным взглядом и неловко отступила на шаг.

— Все в порядке, спасибо, Ри… Лорд Эльдашс, — я одернула себя, не позволяя переходить на слишком близкое обращение. — Спасибо, вы спасли меня, я… Обязана вам жизнью. И я прошу прощения за причиненные неудобства.

«Если ты отрезала волосы и якобы дракона от себя, это не повод бросаться в новые отношения, словно последняя…»

Он некоторое время еще молчал, потом кивнул и слегка улыбнулся. Дежурно, вежливо, с нотками усталости под показным радушием.

— Впредь будьте осторожнее, Белла.

— Обязательно, — я осмотрелась, но на нас больше никто не пялился. Небольшая толпа тактично разошлась, оставляя нас посреди тротуара стоять совсем обыденно, как будто просто неожиданно встретились старые знакомые. И сейчас, после обмена любезностями, как раз и попрощаются. — Вы можете заходить ко мне, все же…

— Хотите меня отблагодарить? — усмехнулся вампир.

— Нет, я… — я смутилась. — Мы ведь друзья, Ринталион. Я всегда вам рада.

— В прошлый раз вы говорили иначе, — явно повеселев, заметил мужчина, открыто вгоняя меня в краску. Но прежде, чем я пожалела и забрала свои слова назад, добавил: — Если мы друзья, и вы обязаны мне жизнью, быть может, вы согласитесь со мной поужинать?

Я неуверенно переминулась с ноги на ногу. Мой рассудок снова был при мне, и на такое безрассудство, как например свидание, прямо сейчас я уже не хотела решаться.

— Уже не настолько благодарны, Белла? — я услышала оскорбительный смешок и, обалдев от такого замечания, гневно вскинула подбородок.

— Почему бы мне не согласиться?

Это было, наверное, худшее приглашение на ужин в ресторане из всех возможных вариантов, но оно произошло, и я действительно дала свое согласие.

Ринталион проводил меня до дома. То, что он шел уверенно и знал, где поворачивать без каких-либо знаков с моей стороны, немало сказало мне о его намерениях и о том, что от меня не отказались ни тогда, ни сейчас. Я осторожно попыталась спросить, что же с ним случилось и почему он выглядит морально пожеванным, но вампир отшутился на тему любовных страданий по одной длинноволосой леди и отпустил комплимент моей новой прическе. Причем искренне. За всеми стремительными событиями я даже и позабыла о волосах, но стоило ему напомнить, как улыбку сдержать было уже невозможно. С гордостью свободно тряхнула волосами, сдувая лишние пряди с лица, и на корню обрубила ростки сомнений.

Я сделала это, оставляя прошлое позади. И дракона.

Той ночью мне приснился последний наш сон.

***

Моя рука начала болеть. Он сжимал ее так сильно, что я подняла на него недоуменные глаза, отрываясь от книжки на коленях. Мы снова были в его спальне привычным теплым вечером.

Шайкан смотрел на меня и молчал. Его палец рассеянно и нервно водил по моей коже, и от того, каким по-настоящему дискомфортным становился захват, я нарушила нашу тишину первой.

— Больно, — прошептала я и попыталась мягко вырваться.

Его взгляд как остекленел, и меня это начало всерьез пугать.

— Шайкан, — простонала я, когда боль стала уже невыносимой. Кажется, он мог так сломать мне что-нибудь.

Мое хныканье его отрезвило. Вздрогнув, он отпустил меня, но только чтобы сразу притянуть к себе, сжимая плечи, и обнять так крепко, что я замерла, с трудом дыша.

— Скажи мне, чего бы ты хотела, Мариа? Что мне подарить тебе, моя маленькая леди?

Я молчала, ошарашенная его поведением. Долго молчала, прислушиваясь к стуку сердца и… Думала, кому из нас он принадлежал. Может, я ошибалась в том, что у драконов нет сердец?