Оборотни носят «Прада» (СИ) - Миллер Кристин - Страница 37

— Почему бы тебе не присесть, Эйден?

Рейган и Сумасшедший Пес тихо обменялись парой слов, но сердце Эйдена стучало слишком громко, чтобы услышать их. Эйден знал соотношение сил: Рейган верен Лидии, Уайт — ему. Сумасшедший Пес — неизвестная карта, поддерживающая баланс. Он делал то, что считал правильным, а не держался за лояльность к какому-либо члену Совета. Исходя из его близости с Рейганом, казалось, что одна чаша весов перевесила… не в пользу Эйдена.

— Мы тоже хотим получить ответы, — сказала Лидия, бросая журнал через стол. Он скользнул по столу и открылся, остановившись перед Эйденом. Заголовки были скверными. Ему не нужно было смотреть дальше обложки, чтобы знать, что он показан в дурном свете. — У нас есть причины предполагать, что ты обратился в публичном месте, и по этой причине оказался обнаженным на улице.

— Это правда? — прямо спросил Сумасшедший Пес.

Пришло время для честности. Хотя какая от этого польза? Они работали за его спиной, без его участия. Он никогда не возглавит стаю, никогда не будет править.

— Я обедал на 39-ом Пирсе, когда учуял волка на парковке через дорогу. Я прижал его к стене и потребовал ответов. Я был осторожен. Никто не видел меня в волчьей форме. — Эйден приподнял подбородок, готовясь принять любое наказание. — Он попросил называть его «Изгой». Он часть группы, похитившей Мелину…

— Ты говоришь о не оборотне, — поправил Рейган.

Это попытка преуменьшить ее важность.

— Нет, я говорю о Мелине. — Его сердце забилось быстрее. — Теперь она одна из нас.

Пока они обсуждали друг с другом свои разногласия, Эйден смотрел через стол прямо на Лидию. Она оказалась единственным членом Совета, не сказавшим ни слова. Единственной, кто не удивился этой новости.

— Мы не слышали о ее обращении, — сказал Сумасшедший Пес, поворачиваясь к Эйдену. — Мы считали, что ей удалось сбежать. Потом ты нашел ее и отвез в безопасное место до ее выздоровления.

Интересно, кто сообщил им так много…

Вероятнее всего, Габриэль.

— Я помог ей понять, как устроено наше общество, и важность сохранения тайны. Я не обсуждал с ней вступление в стаю. Думаю, лучше сделать это в следующее полнолуние. — Эйден опустил ладони на стол. — Но пока я все выходные разгребал этот беспорядок, Совет проголосовал за то, чтобы сидеть сложа руки и ничего не делать. Изгои лишь становятся сильнее, и, если мы и дальше будем бездействовать, нам придется сражаться с другой стаей за наш город. Никто за этим столом не хочет такого конфликта.

— Мы этого не хотим, — сказал Сумасшедший Пес, его баритон резонировал в комнате. — Но нам по-прежнему не известно местонахождение Ашера. Если мы пойдем за изгоями, это будет похоже на убийство мух. Нам нужна королева или король, чтобы положить атакам конец.

— Если у тебя есть хоть какие-то идеи, где найти Ашера, — закончил Рейган, — поделись с нами.

Вот почему они проголосовали не отправлять стражей. Они не хотели выходить на ринг, пока Ашер не появится лично.

— Можно начать с допроса волка в «Хоулэндс». — Эйден по очереди посмотрел на каждого из членов Совета. — Посмотрим, может, он идентифицирует нападавшего. Ашер сразу взял на себя ответственность за нападение. Он мог быть там.

— Ты хватаешься за соломинку, — сказал Уайт.

— Нет, я решителен.

— Волк скончался от полученных травм в субботу ночью, — выпалила Лидия, перебивая их, — прежде, чем нам удалось получить у него какие-либо ответы.

Эйден не удивился, и это уже начало его утомлять.

— Что сказал страж?

Лидия пожала плечами.

— Это уже не актуально.

— Его охраняли? — Эйден стиснул зубы.

— Нет, — ответил Рейган, сжав руку Лидии. — Его доставили в критическом состоянии, никто не ожидал, что он поправится. Не нужно было ставить стража к его двери.

— Не нужно? — проревел Эйден. — У вас в больнице есть свидетель, способный опознать главного волка в стае изгоев, и вы не думаете, что важно защитить его и информацию, которой он обладает?

Уайт, единственный союзник Эйдена во всем этом, сложил руки на столе и уставился на остальных, в то время как они смотрели равнодушно. Безразлично.

— Хорошо, — Эйден встал с кресла. — Я сам отправлюсь в Бернал-Хайтс. И отслежу этих изгоев от церкви, где держали Мелину. Мы не будем вызывать всех стражей, только избранных. Сейчас не полная луна, поэтому со мной должны пойти рожденные волки.

— Это одна из причин, почему ты не сможешь править, — сказала Лидия. — Ты даже не можешь справиться с себе подобными, если только не время полнолуния. Мы не можем планировать битвы по лунному циклу, Эйден. Где-то в глубине души, разве ты не думаешь, что стае будет лучше с другим Альфой? Рожденным волком?

Рык вырвался из груди Эйдена и прокатился по комнате. Адреналин наполнил его тело, смешиваясь с жаждой мести. Он обошел вокруг стола, чтобы вытащить Лидию за горло. Она встала со стула, обнимая себя руками, а Рейган присел перед ней, готовясь защищать.

Отлично.

Он вышвырнет их обоих.

Уайт обхватил Эйдена вокруг талии и оттащил назад. С трудом. Этот волк был аномально сильным, не только из-за возраста — он соединился со своей Люминарией почти пятьсот лет назад.

— Значит, вот что происходит? — выкрикнул Эйден через плечо Уайта. — Совет выбрал другого Альфу?

— Нет, — ответил Уайт, крепко держа Эйдена. — Церемония по-прежнему состоится завтра вечером. Но, будем честными, в сложившихся обстоятельствах… — он кивнул на стопку лживых журналов, — похоже, ты безответственно относишься к своим обязанностям в стае.

— Что ты несешь, черт возьми? — Эйден вырвался из хватки друга. — У меня ощущение, что я единственный, кто серьезно относится к делу.

Сумасшедший Пес остался сидеть, наблюдая за разворачивающейся в комнате драмой. Эйден настороженно посмотрел на него, ожидая, когда он вмешается. Но он не стал.

— Мы уже проголосовали: стражи останутся в стороне, пока Ашер не высунет голову, — сказал Уайт. — До этого мы не будем голосовать снова.

— Все в порядке, — сказал Эйден, поправляя свою одежду. — Поскольку вы не избрали Альфу, я все еще наследник, а значит, дела Совета — не мое дело. Я сам поеду в Бернал-Хайтс.

— Ты не можешь обратиться. — Уайт последовал за ним к двери. — Ты не сможешь защититься от них.

— Они атаковали мою Люминарию, Уайт. Они вернутся за ней.

Всё. Он сказал это. Все карты выложены на стол.

Уайт смотрел на него, сжав губы так, что они стали под цвет имени.

— Справедливость восторжествует, — продолжил Эйден. — Если мне нужно взять дела в свои руки, чтобы убедиться, что больше ни один невинный не пострадает, пусть будет так.

Эйден зашагал к двери.

— Если ты сделаешь это, твою кандидатуру снимут с поста Альфы, — остановил его крик Лидии. — Какой бы шанс у тебя ни остался, ты потеряешь его.

Эйден обернулся, сжимая кулаки. Сумасшедший Пес переводил любопытный взгляд между Эйденом и Лидией.

— Ты не подчиняешься прямому приказу Совета, — вмешался Уайт, положив руку на плечо Лидии. — Твое вмешательство может дорого обойтись стае.

— Полагаю, тебе нужно принять решение, мой друг. — Сумасшедший Пес приподнял свои густые брови. — Ты же можешь попробовать оставаться спокойным еще пару дней и посмотреть, сможем ли мы достать Ашера.

— Да, могу, — ответил Эйден, — но это неправильно. Если стая будет управляться трусами, сидящими сложа руки, пока люди и оборотни страдают, тогда я не желаю быть ее частью.

— Осторожно, — сказал Уайт, хватая Эйдена за локоть. — Не говори то, о чем потом пожалеешь.

Эйден посмотрел в лицо лучшего друга отца.

— Я не хочу быть частью стаи, отказывающейся принимать меры, когда это необходимо. — Он указал на Лидию и Рейгана, стоящих рядом в противоположном конце комнаты. — Не хочу.

Развернувшись на пятках, Эйден вышел из комнаты, чувствуя, как тупая боль растекается в его груди, выжигая дыру.

Никто, будучи в человеческой форме, не может тягаться со стаей волков-изгоев. А если бы человек встретился с ними лицом к лицу, вряд ли бы выжил.