Заложница красных драконов (СИ) - Чекменёва Оксана - Страница 51

Да что со мной такое вообще происходит?

Оказалось, что ждали не только нас, Леикон с Неарой прибежали последними. Растрёпанные, с влажными волосами, безуспешно пытающиеся спрятать довольные улыбки. Интересно, они вместе мылись? Нет, я даже не хочу думать, что там у них произошло. Просто… после того, как муж доставлял мне в постели удовольствие, я ещё какое-то время лежала с точно такой же глупой улыбкой на лице.

Неужели Леикон научился? Или мой муж всё же дал ему пару советов? А может — старшие братья? Может, и его эти «пять раз» задели, и он решил их расспросить поподробнее?

Так, всё, хватит! Решила же — не думать. Вот и не буду. Лучше на еде сосредоточусь, а то и не заметила, как проголодалась. Я, может, и не устала во время урока, но длился он долго, кажется, ужин сегодня был даже немного позже, чем обычно. Поэтому я стала старательно жевать, краем уха слушая, как Таода и Истла рассказывают о сегодняшнем уроке и о том, как я всех удивила. Потом был рассказ о достижениях Леикона, потом старшие стали вспоминать, как они сами учились летать, в основном — всякие смешные моменты. Под эти разговоры ужин пролетел незаметно.

Почему-то я даже не удивилась, что сразу после него муж потянул меня в спальню. Ещё и солнышко не село, а мы уже в постели были. И я даже не знаю, как так получилось, но мои руки, словно бы сами по себе, начали ощупывать и гладить грудь мужа — наверное, из-за того, что я думала о ней сегодня, какая она красивая, и теперь мне захотелось не только смотреть, но и трогать.

Я делала это почти неосознанно, просто потому, что мне этого захотелось, но, похоже, я сделала что-то не так. Потому что мой муж, целовавший в тот момент мою шею, вдруг замер, негромко застонал, а потом отшатнулся и пристально вгляделся в моё лицо. Испугавшись, я убрала руки, пискнув:

— Прости!

— Почему ты извиняешься? — хрипло спросил он.

— Я сделала неправильно? Не надо было?

— Надо! Меня поразило то, что ты всё же решилась ко мне прикоснуться, но я рад этому, очень рад.

И словно в подтверждение своих слов, король подхватил меня и перекатился по постели так, что уже не он нависал надо мной, а я сидела верхом на его животе. А сам он лежал подо мной, открытый моим глазам и рукам, широко улыбаясь и подбадривая взглядом. Поймав мои руки, которые я не знала, куда девать, король прижал ладони к своей груди.

— Делай всё, что тебе хочется, моя золотая девочка. Я весь твой.

На многое я не решилась — смелости не хватило, — но огладить всю его широкую грудь, плечи и шею я смогла. Это было захватывающе, завораживающе, возбуждающе. Тем более что сам король в это время ласкал меня. Не грудь — о чём я мимолётно пожалела, — видимо, чтобы не мешать моим рукам, но живот, бёдра, попу и то тайное местечко внизу живота, которое так мечтало о его прикосновениях.

К тому моменту, когда умелые пальцы мужа прикоснулись к невероятно чувствительному комочку плоти, я уже тяжело дышала и вся горела, желая лишь одного — ощутить его в себе. Словно угадав мои мысли, король приподнял меня и медленно опустил на свою плоть, как тогда, в ванной. Я уже знала, что нужно делать, да и уже почти стояла на краю, поэтому очень быстро улетела к звёздам, а вскоре и муж последовал за мной.

Какое-то время я лежала на его груди, куда упала, когда меня настигло наслаждение, лишив сил. Слушала, как всё медленнее бьётся сердце под моим ухом и грудь вздымается уже не так тяжело. Сама я тоже уже отдышалась, но лежать так было приятно, муж тоже не спешил повернуться как-то ещё или снять меня с себя. Спать не хотелось, шевелиться тоже. И я решила спросить о том, о чём думала сегодня. Но перед этим набралась храбрости и окликнула мужа:

— Эльрион?

Я почувствовала, как он слегка напрягся, а потом расслабился, его рука опустилась на мою голову и стала играть с прядями волос.

— Да, моя золотая девочка.

— Сегодня я видела лица Таоды, Истлы и Неары.

— Я думал, ты уже давно их видишь. Особенно Неару — вы же росли вместе.

— Нет, я имею в виду не это! — не хотелось отрывать голову от такой удобной подушки, но я всё же приподнялась, поставила два кулака, один на другой, на грудь мужа, а на них пристроила подбородок, чтобы было удобно смотреть ему в лицо. — Я видела их лица, когда они были драконами!

— Уже? Это хорошо, значит, у тебя начала просыпаться магия.

— О! Так это тоже после «обмена», да? А я думала, что прежде была просто невнимательна.

— Нет, Дарёна, дело не в твоей внимательности или отсутствии её. Мы действительно начинаем узнавать своих сородичей драконами, лишь когда сами обретаем способность ими становиться. Это обычно происходит в первые дни после обмена, самое позднее — спустя десять дней, но это редкость. И обычно именно наставников мы узнаём первыми — просто их видим в это время чаще всего.

— И теперь я могу узнать любого дракона, да?

— Только если изначально знаешь, кто это. Ты знала, кто перед тобой, поэтому связала лица девушек с мордами драконов. Но если ты сейчас полетишь к красным, в семью, где жила последние годы, и они выстроятся перед тобой в ряд драконами, не думаю, что ты узнаешь всех.

— Я их и людьми не всех узнаю, — пробормотала себе под нос. Увидев вопросительно поднятую бровь, пояснила. — Это вас в семье немного — и то я до сих пор всех имён не запомнила. И хотя я тоже дракон, как оказалось, но ваши имена…

— Наши имена, — поправил меня муж.

— Да, наши имена. Так вот, для меня они до сих пор сложные и непривычные.

— Не удивительно. Ты выросла среди людей, совсем в другой обстановке, впитала в себя с младенчества другой образ жизни — и имена в том числе. Для нас, например, человеческие имена кажутся слишком сложными и громоздкими, так что я тебя понимаю.

— Вот! А я даже с половиной семьи Риалора не знакома. Никогда не разговаривала, имена если и слышала, то забывала тут же, но чаще просто не знала. Я вообще старалась не высовываться, общалась в основном с герцогом и герцогиней, да с ровесниками. А от взрослых держалась подальше, мы и жили-то на разных этажах. Виделись только на совместных трапезах, но опять же, не разговаривали.

— Да, пример неудачный. Ладно, попробую так — представь, что ты встретила двух незнакомых драконов, и они тебе назвали свои имена… Нет, лучше так — они назвались Первый и Второй. Если ты вновь встретишь их крылатыми, то сразу поймёшь, кто из них Первый, а кто Второй. Но если встретишь, когда они будут в двуногой ипостаси, то даже не догадаешься, что знакома с ними, пока кто-нибудь тебе не скажет об этом, или же они не представятся: «Я — Второй, и мы уже встречались». То же правило действует и наоборот — будучи знакома с двуногими, не узнаешь их в драконах, если они не назовутся, или же ты сама не будешь точно об этом знать, как сегодня, например.

— Но Неара была похожа на себя. У неё те же черты лица! Не спутать!

— Поверь, это оттого, что ты смогла сопоставить имя и оба облика. После этого сходство видно так же ясно, как солнце днём. Но не раньше. Со временем ты и сама в этом убедишься, а пока просто поверь.

— Я верю, — у меня не было повода сомневаться в словах мужа. — Ты поэтому меня не узнал там, в каньоне?

— Да. Я видел перед собой очаровательную юную самочку. Я мог примерно представлять, как она выглядит в двуногом обличье, но сопоставить те черты лица с твоими просто не мог. Да мне и в голову такое не приходило, я же был абсолютно уверен, что ты — человек.

— Я тебя тоже тогда не узнала, пока не обратился, впрочем, видела-то в основном со спины. Да и не до того мне было, чтобы рассматривать. Большой, чёрный, и защитил меня — это всё, что мне нужно было знать. Спасибо ещё раз, что спас меня, муж мой!

И я поцеловала то, что было ближе всего, — грудь короля. Услышала его тихий стон и почувствовала, как во мне шевельнулась и затвердела та его часть, что так и не покинула моё женское местечко, лишь стала мягче. Это что, от одного моего поцелуя? Так быстро? Но прежде нужно было чуть больше…