Искупление (СИ) - Романова Анастасия Александровна "IzMelery Dreamer" - Страница 77

Затишье.

Я шмыгнула носом и медленно приблизилась вплотную к изголовью, вознамерившись проверить сердцебиение, но рука неожиданно замерла всего лишь в паре сантиметрах от мужской шеи. Это было по-настоящему страшно, до мурашек!.. Непередаваемое, необъясняемое чувство! Однако я решилась, шумно выпустила воздух из лёгких и тотчас же прикоснулась кончиками пальцев к жилке на шее, но не ощутила даже малейшей пульсации, а тело показалось таким холодным, хотя и должно было сохранять прежнее тепло ещё непродолжительно время.

На секунду показалось, будто мир внезапно рухнул, словно хрустальный бокал разбился о непролазные булыжники, сильно придавившие ноги. Моя душа опустела окончательно, до последней капли. И не осталось ничего, кроме страшной боли, бесцеремонно пробивавшейся через грудную клетку, наружу, вместе с безмолвным криком непередаваемого отчаяния. Я потеряла последнюю нить. Она оборвалась. И даже несмотря на прощальные слова, слезы и мнимую решимость самостоятельно облегчить участь Мэрла, руки медленно опустились. Я не смогла и слова вымолвить, что уж говорить о том, чтобы пошевелиться. Просто замерла у обездвиженного тела, едва не задыхаясь от внутреннего хаоса. Всё закончилось. Чувства обнажились. А ведь это был последний шанс. Теперь-то я и не сомневалась, что непременно пропаду, сгину за людьми, которые сначала ворвались в жизнь, а затем столь же внезапно её покинули. Майкл, Хершел, Бэт, Мэрл… Нет, к этому невозможно подготовиться.

— Шейлин… — Тёплые мужские руки опустились на мои осунувшиеся плечи. Это был Дэрил. Больше бы никто не осмелился. Ни за что! Он остановился за спиной, и я ощутила, как дрожат его ладони. — Отдай нож.

Мужской голос был осипшим и сбивчивым, но ведь он просил, а не требовал. Увидел, что я не смогла совершить задуманное, поэтому и решил взвалить всю ношу на свои плечи. Мой бедный, загнанный в угол, верный друг. Одинокий, раздавленный и разбитый. Дэрил… Он приблизился, и мгновения хватило, чтобы почувствовать — наша боль едина. Мэрл до сих пор оставался его братом. Родным человеком.

— Я сам, — не прошло и минуты, как мужчина подтвердил догадки. — Ты не обязана.

Дэрил оказался прав. Он понял, с первых секунд!.. Мой дорогой друг знал, что я не справлюсь. Несмотря на все попытки и слезы. Он чувствовал — сил не хватит. И был прав. Я не решилась вонзить лезвие в голову человеку, которого полюбила. Именно — не осмелилась.

И снова ком подкатил к горлу, лишив возможности вздохнуть. Кончики пальцев занемели, веки приоткрылись, и меня занесло в сторону. Тело будто самовольно отшатнулось от лежака, да и осознание пришло не сразу. Затуманенный разум никак не хотел воспринимать реальность. Но ведь всему пришёл конец. Мэрл умер. Его не стало, чёрт возьми!..

Я всхлипнула и сама не заметила, как попала в крепкие объятия и выронила нож, с глухим стуком приземлившийся на пол.

— Тише-тише.

Дэрил прижал мою голову к своей груди и опустил подбородок на вздыбленные волосы. Я почувствовала, как его тело ощутимо содрогнулось, но хватка не ослабла. И мы просто замерли на месте, охваченные глубокой, непередаваемой тоской. Слова стали излишни. Мы чувствовали друг друга в тишине и отчётливо понимали — жизнь больше никогда не станет прежней. Сколько бы человек ни спаслось, к прошлому возврата нет. Они покинули нас. Самые близкие и незаменимые ушли из этого несправедливого мира, где хозяйничали мертвецы, а люди лишь отчаянно боролись за выживание.

— Ты не должна смотреть, — хрипло заговорил Дэрил, и я уткнулась лицом в его рубашку, отрицательно замотав головой. — Не нужно, Шейлин. Я сделаю всё сам.

— Не могу, — сбивчиво зашептала я, — нечем дышать.

— Тебе лучше выйти на улицу, — более уверенно, но по-прежнему мягко предложил мужчина, легонько погладив по спине. — Ну же, иди к родным.

— Я тоже потеряла брата, — невольно вырвалось из горла, — не заставляй вновь оставаться в стороне…

— Мне нужно побыть наедине с Мэрлом, прежде чем он обратится.

Дэрил отстранился, и только в ту самую минуту, оторвав заплаканное лицо от вздымавшейся груди, я подняла глаза и почувствовала, будто сердце забилось в самый дальний угол грудной клетки. Мужчина плакал. Он стоял совсем близко, сгорбленный, с поникшей головой и лицом, едва прикрытым спутанными волосами, а по бескровным щекам медленно стекали слёзы.

— Пожалуйста, — тихо попросил Дэрил, и я не смогла ни слова вымолвить в ответ, — подожди с остальными. — Он тяжело выдохнул, а затем, подняв нож, стер слезы тыльной стороной ладони. — Сделай это для меня.

Я подчинилась молча, не произнося ни звука. В последний раз посмотрела на обездвиженного Мэрла, принявшего смерть, как неотвратимый результат всех его земных злодеяний, а потом, с тяжёлым сердцем приблизилась к выходу и покинула хижину.

— Шейлин! — Навстречу сразу же выскользнул Рик. Он поспешил обнять и хоть как-нибудь утешить, но я лишь выставила руку и отрицательно покачала головой. — Он умер?

— Да.

Я отвернулась, сразу. И даже не стала дожидаться очередных расспросов. Частичка сердца, уже в третий раз за несколько недель, откололась и навсегда осталась в той самой хижине, как напоминание о потерянном времени. А ведь мы даже и не были толком знакомы или близки. Просто, в один момент, обнаружили нечто важное и незаменимое. Желание и обстоятельства вынудили познать друг друга, проникнуться симпатиями. Ну а я умудрилась испытать и нечто большее, однако поняла это слишком поздно, всего несколько минут назад. Но от этого боль лишь усилилась, стала более отчётливой и яркой. Я буквально могла соприкоснуться с ней, слиться в единое целое. И до сих пор, по неведомым причинам, сдерживала эмоции под контролем, позволив лишь минутную слабость в обществе Дэрила. А теперь он остался там, наедине со своими внутренними страхами и чувствами, и должен был покончить со всем этим — избавить брата от незавидной участи ходячего мертвеца.

— Мне очень жаль, — послышался грустный женский голос, и только потом я почувствовала, как хрупкие руки обхватили за плечи. — Мэрл и Кэрол, они вдвоём спасли нас всех.

Это была Мегги. Она не осталась в стороне, проявила сочувствие, хотя в одночасье и лишилась всех своих родных. И я, тронутая ее словами, кивнула в ответ, ощутив колкую дрожь, вновь охватившую тело.

В лесу было тихо. Никто не разговаривал, за исключением редких перешёптываний, доносившихся из-за спины. Нет, они не сочувствовали Мэрлу, потому что не знали другим, не бродили в его обществе и не делили кров, как я; не прожили долгие годы, не пускались во все тяжкие, как Дэрил. Однако, судя по всему, притихли, осознав, какое это, должно быть, горе для нас. И на том спасибо. Большего и не требовалось. Рик попытался поддержать, но я ощетинилась, не позволила приблизиться, опасаясь снова разрыдаться, а вот Мегги удалось достучаться, соприкоснуться с болью, которая рвала не только мою, но и её душу. Мы потеряли многих, пережили, казалось бы, непостижимые потрясения, и произошло это за ничтожно короткий срок! Я даже опомниться не успела, как история закончилась, так и не начавшись.

— Вот и всё, — дверь скрипнула, и на крыльце появился Дэрил.

Он провёл в доме не больше пяти минут, вышел взъерошенный и угрюмый, мрачнее тучи, но собранный, как никогда; ссутулился, опустил окровавленный нож и вытер о рваные штаны, не удосужившись даже посмотреть на друзей, которые заметно оживились вместе с его появлением. Дэрил скорбел, там, внутри, не напоказ, не так открыто, как всего несколько минут назад, под ветхой кровлей хижины. Он позволил эмоциям вырваться наружу, но всего лишь на мгновение, а потом, точно как и после смерти Бэт, замкнулся и замолчал, сделался каменным и отрешённым.

— Мы похороним его как положено, — пообещал Рик, провожая друга участливым взглядом, переполненным неподдельным сожалением.

— Да, — Дэрил, будто не до конца расслышав, растерянно кивнул, а затем отправился в самую пущу леса, обронив между делом: — Надо всё подготовить.