Станцуй со мной танго (СИ) - Абалова Татьяна - Страница 46

- А мне-то за что? – обиженно спросил Марк, не веря, что дизайнерская вещь, за которую он выложил ползарплаты, безжалостно уничтожена.

Пояснить, по какой причине невзлюбил «барчуков» плотник, Леонид не успел. Фазенда содрогнулась от крика: «Етить твою за ногу!».

Выбор, в чем бежать на улицу, был решен без долгих метаний. Ботинки с обрывками шнурков и бушлат – вот и все доспехи, которые нужны рыцарю для борьбы с ветряными мельницами и доморощенными мстителями.

***

- Саш, ну чего так медленно? – Тося в нетерпении ерзала на сиденье черной Тойоты Прадо, за рулем которой восседала Александра Михайловна. – Мне кажется, я без машины давно бы уже добежала до дачи.

- Ночь, - коротко ответила Саша – весьма ответственный и многоопытный водитель, не поддающийся на панические настроения пассажира.

Александра Михайловна сама не поняла, когда вдруг стала так активно вмешиваться в жизнь Леонида. Видимо тот августовский звонок, когда Тося пожаловалась на депрессию сына, включил тревожную лампочку, загоравшуюся лишь в самые ответственные этапы взросления Скворцова. К ним относились и его появление на свет, и подростковый период, полный любовных мучений и терзаний, и похороны отца Леньки, сделавшие его в одно мгновение мужчиной, от которого зависит не только благополучие матери, но и сотня рабочих завода. И та страшная авария, когда в его машину врезался пьяный лихач. После нее Леня мог никогда не встать на ноги, но, слава Гиппократу, все обошлось. Александра сама оперировать не взялась – впервые в жизни у нее тряслись руки, поэтому, пользуясь связями, сразу повезла Леньку в военный госпиталь. Те точно ничего не упустили бы.

«Слава богу, кости целы, а шрамы – это ерунда! Их и не видно почти», – после стольких дней страданий Тося радовалась неизвестно чему. А может быть, эти шрамы и вогнали молодого мужчину в депрессию? Не каждой женщине приятно видеть красные рубцы. Со временем они побелеют, но, видимо, у Ленчика не было этого времени. А она, хирург Звонцова, отпустила ситуацию: жив–здоров, а остальное приложится. Поэтому звонок Тоси стал неожиданностью, а еще большей - что в первые же дни после аварии от него ушла Ольга. В пылу волнений Саша и не заметила, что ее нет рядом с Леонидом, думала, просто не сталкиваются. «Не боевая подруга, а так, подстилка».

Новые волнения Тоси и новый раунд борьбы «за жизнь Ленчика» начались в субботу в десять часов вечера, после того, как он не ответил на звонок матери, желающей узнать, что «сынуля» предпочитает на завтрашний обед: рыбу на пару или селедочку с отварной картошкой. Накрутив себя, она вынудила и подругу в час ночи выгнать из гаража машину.

Александра посмотрела на Тосю. Та, чтобы хоть чем-нибудь заняться, вновь принялась терзать телефон, по сотому разу набирая номер сына.

- Вот ведь подлец какой! – услышав неизменное сообщение «абонент находится вне зоны обслуживания», Антонина в сердцах закинула бесполезный мобильник в бардачок, но, опомнившись, тут же достала и положила в карман куртки. – Знает, что я переживать буду, и даже словечка не напишет!

- Тося, посмотри на часы. Какое словечко в два часа ночи? Спит давно.

- Пусть бы так, - Антонина в азарте спора даже развернулась лицом к невозмутимой подруге. - Важно совсем другое – с кем спит? Виолетта-то так и не отзвонилась!

Саша закатила глаза.

- У девочки своя жизнь.

- Ага, в койке моего сына!

- Вот ты непримиримая какая! Давай спорить, что мы обнаружим в той самой койке кого угодно, только не Виолетту?

- На что спорим? – тут же откликнулась Тося и с готовностью плюнула на открытую ладонь.

Саша покосилась на протянутую руку.

- На то, что ты в любом случае будешь любить того ребенка, которого зачнет твой сынулька.

- Что-то я не поняла… - нахмурилась Тося. – В чем моя выгода от этого спора?

- В том, что у тебя будет внук, и не важно, кого ему в матери выберет Леонид. И убери свою руку, я ее все равно пожимать не буду. У меня профессиональная брезгливость ко всяким таким деревенским штучкам.

Антонина надолго отключилась. Мыслительный процесс подбора кандидаток в снохи продолжался до самых дачных ворот. Успокаивало лишь то, что Саша гарантировала отсутствие в списке Виолетты, которую Антонина отчего-то сразу невзлюбила. Даже Ольга, несмотря на боль, которую она причинила сыну, казалась более выгодной партией. «Правильно говорит Саша – все познается в сравнении!»

- Посигналь еще раз, - Тося сама потянулась к рулю, но Александра убрала ее руку и распахнула дверь.

- Хватит. Люди давно спят.

Но и звонок в домофон не помог – никто из охраны, должной бдеть в тайной комнате, не откликнулся.

- Вымерли что ли? – произнеся страшные слова, Тося сама же испугалась. Выскочив из машины, побежала в сторону других ворот – Дризовских.

- Стой, глупая! У меня ключи от черного входа есть, - крикнула ей вдогонку Саша и вновь заняла водительское место. Тося запрыгнула в машину чуть ли не на ходу, что определенно поразило подругу. – И откуда ты силы берешь?

- Мною материнский инстинкт движет, - Тося тяжело дышала. Все-таки не тот возраст, чтобы скакать как сайгак.

- Эдак ты никогда снохой не обзаведешься, если будешь с такой настойчивостью койку сына мониторить.

Машина остановилась у хозяйственных ворот. Александра, пошурудив в бардачке, достала связку ключей. Выбрав нужный, отправилась отпирать. Тося семенила следом.

Не дождавшись, когда подруга загонит машину во двор, понеслась в сторону конюшни.

- Внедорожник Ленчика здесь! Я так и знала! – громким шепотом возвестила она и потрусила в сторону «барского дома».

Дом встретил темнотой, лишь на первом этаже из окна дедовской комнаты из-за плотных занавесок пробивался неяркий свет.

- И что? Ворвешься в комнату сына? – Александра боялась, что Тося без нее успеет наворотить дел, но та поджидала подругу у дверей чужой спальни.

- Зайти и сразу свет включить? Или постучаться сначала? Я в щелку заглянула – на кровати кто-то лежит. В темноте не разобрать один – не один.

- Спит? – Саша прислушалась. – Тихо вроде…

- Давай я телефоном посвечу? - Тося достала мобильник. - Мы только убедимся, что Ленечка на месте, и спокойно пойдем в свой домик, а?

Александра вздохнула и приоткрыла дверь. Она скрипнула, и с кровати донесся сонный голос: