Сувениры Тьмы (СИ) - Вильгоцкий Антон Викторович - Страница 32

— Мне бы не хотелось часто с этим сталкиваться, — поежилась девушка. — Разве что издали посмотреть.

— Так, к сожалению, не бывает, — промолвил Эйнари. — Даже если случайно ты и впрямь заметишь что-то такое издали, оно тоже непременно тебя заметит. И в следующий миг окажется прямо у тебя за спиной…

— Но если этот тайный мир настолько огромен, — задумчиво произнесла Ангелина, — если вампиры, демоны, ведьмы и все прочие существуют в реальности — почему они так редко вступают в контакт с миром людей?

— Это давняя история, — поглаживая бороду, сказал Тойвонен. — Были времена, когда такие контакты происходили намного чаще, более того — некоторые существа, не таясь, жили на Земле бок о бок с людьми. Однако в определенный момент кое-что пошло не так.

— Что же именно? — затаив дыхание, поинтересовалась Ангелина.

— Я не могу тебе этого сказать, — покачал головой торговец страхом. — Это слишком ужасная вещь. Намного страшнее, чем все, что я рассказывал тебе до этого.

— Но можешь хотя бы намекнуть, чем все закончилось?

— А ничего не закончилось, — пристально посмотрел на нее Эйнари. — Тогда, много веков назад, в отношения между мирами был внесен серьезный разлад. Их обитатели начали жестоко убивать друг друга — и первыми удар нанесли люди. В конце концов все те, кем сегодня пугают детей, предпочли уйти в тень, спрятаться от человеческих глаз. Охота на ведьм в Средневековой Европе, крестовые походы и многие другие вещи того же порядка — все это лишь отголоски тех давних, запредельно жутких событий. Но главная проблема, из-за которой все началось — она не разрешена до сих пор. К счастью, все это уже не касается человечества в той же степени, как тысячу лет назад. Но время от времени некоторым людям — кому случайно, кому не очень — приходится, в силу различного рода обстоятельств сталкиваться с проявлениями тайного мира. Кому-то из них удается выжить, о других не остается даже памяти. Очень показательный случай такого рода произошел несколько лет назад все в том же Ростове-на-Дону. Расскажу тебе об этом в нашу следующую встречу, сейчас я уже очень устал.

Глава 7

ДОМ, ОПУСТЕВШИЙ СОВСЕМ

Их было четверо — Владислав Дыбенко, Вячеслав Плахов, Сергей Власов и Евгений Кушнир. Они росли в одном дворе, учились в одной школе, и вместе стали наркоманами. Но если начиналось увлечение "дурью" у всех четверых одинаково — раскурили компанией "косячок" перед походом на дискотеку — то с течением времени каждый пошел по собственной стезе. Влад Дыбенко, поступивший после школы на философский факультет, стал наркоманом-интеллектуалом. Он и пары фраз не мог сказать, не упомянув имени одного из отцов наркокультуры — Карлоса Кастанеду, Кена Кизи или Уильяма Берроуза. Рок-музыкант Плахов черпал в наркотиках вдохновение. Серега Власов был единственным из четверки, кто отслужил в армии. И не просто отслужил, а успел повоевать — именно там, в чеченских горах, он привык расслабляться нетипичным для русского человека способом. А Кушнир — тот и вовсе успел побывать за решеткой, и джанк ему теперь был нужен лишь для того, чтобы отвлечься от тяжелых воспоминаний. К чести его будет сказано — незаконное хранение наркотических веществ было единственным преступлением, которое Женька позволял себе после отсидки.

Как видим, судьбы этих четверых ростовских парней сложились довольно разным образом. Одно осталось неизменным — их дружба. Ребята по-прежнему жили в одном городе, разными способами зарабатывали на жизнь, а по субботам собирались дома у Власова, чтобы поностальгировать, вспоминая, как двенадцать лет назад трусовато озираясь, смолили свой первый джойнт в сквере напротив ночного клуба.

Разумеется, такие вечера не могли обойтись без большого количества стимуляторов. Употребляли друзья все, что только могли достать: марихуану, "экстази", героин, кокаин, ЛСД, циклодол, калипсол, эфедрин, первитин, морадол, метадон, морфий, феназепам и псилоцибиновые грибы. В середине недели они созванивались, делясь информацией о перспективных "мазах". Вечером пятницы встречались в клубе "Подземка", чтобы скинуться на банкет и просто оттянуться под звуки тяжелого рока.

Наибольшую лепту всегда вносил Влад. Он занимался рекламным бизнесом и весьма неплохо зарабатывал. Поскольку Дыбенко посвятил наркотикам всю свою жизнь, ему не в лом было жертвовать на общее дело весьма значительные суммы. Прочие участники кворума позволить себе такого не могли. Плахов не имел постоянной работы, Власов выплачивал жилищный кредит, а Кушнир содержал свою престарелую мать. Впрочем, Влад никогда никого не попрекал тем, что он почти в одиночку "двигает" всю компанию. Они ведь были друзьями. А у настоящих друзей так и заведено.

Как-то раз Дыбенко позвонил Власову в пятницу утром и сказал, что вечером в "Подземку" не придет. "Вопрос с товаром я беру на себя, — сказал Влад. — К завтрему притараню принципиально новый наркотик". И положил трубку. Традиционная пятничная встреча прошла без него. В "Подземке" в тот вечер выступала группа "Антимир", чья мрачная музыка ввергла Кушнира в глубокую депрессию. Стуча кулаком по столу, он плакал на плече у Власова и раз за разом заказывал водку. В результате чего напился до такой степени, что не мог даже ходить. Когда вечеринка закончилась, и друзья собрались ехать домой, ни один таксист не захотел везти такого кадра, опасаясь, что тот заблюет машину.

Пришлось Плахову и Власову на себе тащить беднягу через полгорода к Серегиному дому. Время от времени Кушнир приподнимал голову, полными слез глазами смотрел на Луну и принимался горланить наскоро заученные куплеты песен "Антимира". Несмотря на то, что ночь была довольно теплой, Женьку бил озноб.

Добравшись до дома Власова, Плахов решил не ехать домой, а остаться у друга аккурат до следующего вечера. Положив бредящего Кушнира отдыхать и поужинав оставшимися с прошлой встречи псилоцибиновыми поганками, друзья легли спать.

Утром Слава вспомнил об одном неотложном деле и уехал, пообещав вскоре вернуться. Сергей пошел в магазин за пивом. Вернувшись, он позвонил Дыбенко. Тот не отвечал. Как только Власов прервал затянувшийся вызов, поступил входящий звонок.

"Дыбенко", — обрадовано подумал Сергей. Но звонил не Влад, а другой приятель Власова — иеродьякон Русской православной Церкви Андрей Кафельников. До поступления в духовную семинарию Андрей был карточным шулером и часто зависал на воровских малинах. Некоторые из прежних повадок он сохранил по сей день. Сейчас Кафельников звонил, чтобы узнать, нельзя ли ему вечером зайти к Власову — как следует раскумариться. "А почему бы и нет?", — ответил Сергей. Он давно хотел познакомить дьякона с Владом, Славой и Женькой. А заодно и приобщить его к миру тяжелых синтетических наркотиков.

На диване заворочался Кушнир. От звонка Кафельникова он проснулся и сразу понял, что сделал это зря. На помощь ему пришел Серега с двумя бутылками холодной "Балтики". Включив на DVD лучшие бои Майка Тайсона, друзья принялись пить пиво, ожидая возвращения Плахова.

Тот подъехал через полчаса. Дело, по которому отсутствовал Слава, прошло успешно, так что к Власову он заявился, неся на плече ящик пива "Пит". Решив, что перед масштабным трипом много пить не стоит, Сергей оставил на столе в гостиной десять бутылок, а остальные десять отнес на кухню и поместил в холодильник. В кармане куртки Кушнира нашлись три пачки феназепама, так что до прихода Влада товарищам было, чем заняться.

В течение дня Сергей еще несколько раз позвонил Дыбенко, но ни домашний, ни мобильный телефоны Влада не отвечали. "А не случилось ли с ним чего?", — забеспокоился Плахов. "Не знаю, — пожал плечами Власов. — Хреново, если так".

К шести часам вечера, когда в окне, наконец, замаячила улыбающаяся физиономия Влада, друзья успели в который раз уже посмотреть фильмы "На игле" и "Кислотный дом" и сидели, как на иголках. При виде друга у Власова словно камень с души свалился.