Амарант (СИ) - Пар Даша Игоревна "Vilone" - Страница 54

Как злая насмешка судьбы. Я оказалась по другую сторону баррикады.

— Ты должна знать, — заговорил Вель, уводя разговор в сторону. Нам нельзя было это обсуждать, мы ничего не могли с этим поделать. — Ты не вернёшься домой.

— Это почему?

Вель замешкался с ответом, неуверенный в том, что может говорить. Это было странно и как-то неуместно?

— Король не отпустит тебя. Об этом судачат во дворце. Ты привлекла его внимание, он не любит отпускать интересные… игрушки. Тебя просто не выпустят пока он не получит то, что ему нужно.

А мы оба знали, что ему нужно. И оба догадывались к чему это может привести. Я блефовала в разговорах с Арманом. Любовь короля для такой как я будет иметь последствия весьма прозаичного толка. Беременность.

Любопытный факт биологии волчиц. Если девочка во время полового созревания полностью превращается в волка наравне с мальчиками, то это автоматически делает её бесплодной. У неё просто не случаются месячные. Возможно, это связано с избытком тестостерона или чего-то в этом духе, волки не проводили исследований на этот счёт, так как такие девочки рождаются крайне редко. В любом случае, это праздник для рода. Считается, что другие дети от этой триады будут крайне сильны и выносливы. С большой вероятностью сестра такой девочки сможет родить сына королю. Другой вопрос, что делать самой девочке. Она не сможет продолжить род. Как женщина она также не особо привлекает мужчин — особенность психологии делает её слишком резкой и грубой. Внешность также не бывает привлекательной. Обычно они становятся солдатами. В дальних пределах служит одна такая волчица. Рыжая бестия, её так прозвали за солнечный цвет волос и особую любовь к кровопролитию. Она уже в возрасте и одинока.

Конечно, меня не ждёт судьба таких девочек. В конце концов, каждый месяц я страдаю наравне со всей женской частью человечества. Поэтому каковы шансы, что, если окажусь в постели короля, забеременею? Вот-вот.

— Тебе не обязательно принимать решение прямо сейчас, — мягко заговорил Вель, по-своему трактуя моё молчание. — Время ещё есть.

— Спасибо, что предупредил, — отвечаю сжато. Посмотрев ему в глаза, увидела всепоглощающую теплоту. — Вельямин, я обязана тебе многим. Мы вместе прошли через кровавое полнолуние. Мы… были близки. И расплатились друг с другом по всем счетам. Надеюсь, ты это понимаешь.

Он смотрел так, будто режу его. Будто отрываю от сердца, ведь так оно и было. Я не хотела держать его, зная, что может случиться, если он останется. У него есть обязательства перед теми, кто остался там, в дальних пределах.

— Мы сами решим, что делать дальше. Я, Арман и Лико. Мы и раньше принимали непростые решения и находили выход из безвыходных ситуаций. Не беспокойся, мы справимся, — твёрдо закончила, кивком головы подтверждая каждое слово.

И в тот момент, когда решила, что всё сказала, он изменился. Сквозь мягкие участливые черты лица проступила волчья суть. Как рябь по воде, вернулась жёсткость и даже злость.

— Не решай за меня, Елена, — неожиданно грубо заявил он, агрессивно сжав кулаки. — Если ты думаешь, что на этом всё, то ты ошибаешься.

— Вель…

— Для тебя с этого момента я Вельямин Могронум, кан-альфа дальних пределов. Не забывайся.

— Может мне и брошь вернуть? — злость пришла и ко мне следом за его волей.

— Как пожелаешь.

Это напоминает злой фарс. Попасть в картинку телевизора, где люди делают глупости и ссорятся по пустякам. Но что иначе мне сказать ему?

— Я не хочу так расставаться.

— А кто сказал, что мы расстаёмся? — в его глазах мелькнула непонятная злая искра и от этого я вздрогнула.

Но ответа так и не дождалась.

***

После его ухода не отпускало тягостное предчувствие. Словно опустилась в глубокое болото и только голова торчит над поверхностью. Каждая мысль переваривает наш разговор. Как он смотрел, как говорил и как двигался. Что скрывалось за его последними словами? Чего он на самом деле хотел? Предупредить насчёт короля? Но и так было ясно, что он не отступится просто так. Нужно быть осторожнее.

В задумчивости забрела в ранний сад, в котором только-только появилась первая салатовая зелень. Декоративный кустарник формами напоминает круглые бочки и пирамиды невысокого роста. Даже сейчас благодаря плотным и мелко-переплетённым ветвям, смогла затеряться в этом лабиринте, с удовольствием вдыхая первый весенний запах. Это как воспоминание о прошлом. О том, что было в последнее реальное утро. Тогда густой туман не смог спрятать от страшной сказки, сейчас мне и прятаться не хочется.

Я кутаюсь в лёгкую как пёрышко, шаль, под которой скрывается свободное серое платье в пол с длинными рукавами и воротом под горло. Оно из шерсти, тёплое и мягкое, из-за плохо тянущейся ткани, немного тесновато в плечах и рассчитано на грудь поменьше, но другие варианты не подходили для весенней прогулки. Скудный и старый гардероб намекал на принадлежность другой девушке. Видимо в этом мире обречена донашивать чужие платья и наряды. И у прежних обладательниц несчастливая судьба. Я продолжу их линию жизни?..

— Нашёл тебя, — голос прозвучал раньше, чем Лико вышел из-за поворота. Он немного улыбается краешками губ, но глаза грустные-грустные.

Не дождавшись ответа, пошёл рядом, подстраиваясь под мой темп.

Какое-то время идём молча. Лико прячет руки в карманах лёгкого пальто, ногами в дорогих ботинках ковыряя камешки, застрявшие между каменных плит тропинки. Небо над нами пронзительно-синее, нависает глубоко-глубоко. Словно опрокидывая в море. Над головами проносится далёкое пение ранних морских птиц. Даже здесь, на возвышенности, в отдалении от морского берега чувствуется в воздухе слабый солёный привкус.

Я остановилась возле короткий деревянной скамейки, углублённой в сторону от основной тропинки. Над ней как шатёр вьётся вечно-зелёный плющ, скрывая её от любопытных глаз. Воздух сырой, а скамейка, будучи в тени, не успела просохнуть и немного влажная. Однако всё равно устроилась на ней, откинувшись на спинку и запрокинув голову. Лико остался стоят, сверху вниз глядя на меня. Никак не могу привыкнуть к его новой стрижке. Ему даже идёт такой жёсткий вид. Кудрявая мягкость ушла, уводя за собой юношеские черты лица, выдавая вперёд твёрдый подбородок, скулы и яркий цвет глаз. Он похож на отца лишь издали. Вблизи не видна хитрость лиса, но думаю он способен стать хитрее, если захочет. В конце концов, мы продолжение наших родителей. И как бы он не сторонился своего вида, ему придётся признать в себе волка.

— Я так о многом хотел поговорить. Но теперь смотрю на тебя и не узнаю, — хрипло заговорил он. — Ты очень изменилась.

— Как именно? — раскинув руки на спинке скамейки, уставилась на него, слегка наклонив голову набок.

— Теперь ты напоминаешь Эльзу, — неожиданно сказал он. — Нет-нет! — воскликнул, взмахнув руками, заметив мой недружелюбный взгляд. — Не так, как думаешь, но… Ты стала очень раскованной. Вся раскрылась. Раньше пряталась за волосами, делала всё, чтобы не показывать своего лица. Сутулилась, сжималась в комок, боялась… Ты начала меняться, попав в дом Армана, а сейчас… Я просто не узнаю тебя. Как будто стала совсем иной.

— Останься я прежней и была бы уже мертва, — сухо ответила, закрываясь от него, скрещивая руки на груди. — Мы узнаём себя в момент опасности. Когда выходим за пределы зоны комфорта. Потребовалось много времени, чтобы найти границы своих возможностей. Пределы, за которыми начинается настоящая жизнь. Я узнала себя и приняла то, кто я есть.

Наклонившись вперёд, переложила руки на колени, вывернув их ладонями вверх. Линии на руках длинные, глубокие, уходящие в далёкое будущее. По ним нельзя ничего предсказать, но иногда кажется, что нет предела тому, что уготовила жизнь.

— Только в борьбе мы узнаём, кто мы есть на самом деле, — заговорила слегка хрипя, глотая слова. — Я бежала по лесу в кроссовках, полных снегом и льдом. Скользила, падала, но продолжала бежать к реке. Это старая волчья забава — загонять жертву к быстрой воде, обещая жизнь, если успеешь её пересечь. Я успела.