Амарант (СИ) - Пар Даша Игоревна "Vilone" - Страница 67

— Ты идёшь против Демьяна, своего брата? — осторожно задаю вопрос, напарываясь на злой прищур глаз.

— Он этого захотел. У меня была семья, дом и будущее. Я мог выбрать жизнь человека. Конечно, мне пришлось бы покинуть Надю, когда разница в возрасте стала бы слишком велика, но мир людей огромен, я нашёл бы куда отправиться. И у меня была ты. Маленькое продолжение нашей с Надей любви. Я хотел открыть тебе мир, смотреть как ты взрослеешь, готовился показать мир волков, чтобы увидеть, как ты впервые примешь вторую ипостась. У меня было столько планов и они не касались волчьих игр. Но Демьян решил убить нас. И у него это почти получилось. Он не знал, что я могу силой забирать его подданных, не знал, что есть способы превратить волков в диких, не знал, что я смогу бросить ответный вызов.

— Алхимик! — как громом поражённая воскликнула почти невпопад. Мысли ускакали дальше его слов. Я поняла, что делал Демьян. — Неон — это наркотик, с помощью которых он создаёт новых подданных?!

— И я не могу ими управлять, — кивнул Деймон, брезгливо морщась. — Уже двадцать лет у нас шаткое перемирие, где он наращивает силы, и я множу своё войско. Демьян не может в открытую заявить обо мне, это может привлечь других королей, это пошатнёт его собственную власть. Поэтому мы воюем втихую.

— Дальние пределы. Я видела, как ты это делаешь, — поджав губы, согласно кивнула. — Почему здесь Вельямин? Он не дикий!

— Он твой, — просто ответил Деймон. — И мой. Поэтому я пригласил его, зная, что он захочет увидеть тебя.

Я побарабанила пальцами по столу, подходя к главным вопросам. К тому, как поменялась моя жизнь. Когда отец рассказал мне всё, что успел узнать от Армана, я рассказала о том, что случилось в лесу, когда я перешла. И, к сожалению, ответ меня не порадовал.

— Арман, после смерти и предательства брата, провёл собственное расследование, но не смог ничего узнать. Король не допускает его до своих секретов, поэтому понять, как всё произошло, не получилось. И король не выдал его брата, поэтому Арман отстранился ото всех. Он принял дела от Луки, которого изгнал король, и даже нашёл время объясниться со мной, но затем ушёл и полностью занялся работой и собственными делами. Он начал возвращаться только когда встретил Лико. А через несколько лет, узнав о неоне от парня, стал помогать ему создавать лекарство от этого наркотика. Я помню тот день, когда Арман сообщил, что в его доме появилась девушка, сбежавшая от Алхимика. Тогда не сопоставил факты, даже в голову не пришло, что ты можешь быть моей дочерью. Неон не действует на волков, Елена. А на тебя подействовал. Это сбило, хотя шрам должен был насторожить.

— Так ты отдал приказ Райво убить меня? — нерешительно спросила, решив, что так он оправдывается за свои действия.

— Я не знаю, кто отдал приказ. Не знаю, кто такая Эльза и почему она доставила тебя в то самое место. Более того, я сам не знаю, где находится это место в мире людей. Райво мёртв, а его жена не знает, с кем говорил муж. Он держал многие вещи в секрете, не считаясь с мнением собственных членов стаи. То, что случилось с ним, закономерный финал, — Деймон удручённо покачал головой. — Наша дикость — это отсутствие порядка. Они, — мужчина указал рукой на окно, в сторону остальных домов, — все служат нам. Но не так, как Демьяну. У них есть свободная воля и я не могу приказать им, что делать. Единственная истинная форма безоговорочной власти — это Дикая охота. Мы можем пробудить её в них, уведя за собой по мирам, сами теряя всю человечность. В остальном, они остаются, потому что здесь чувствуют себя свободными. Разорвав связь со мной, волки превратятся в обычных диких. Поэтому Арман до конца не ушёл, оставаясь рядом, но сохраняя волю. Тонкий момент.

— Это всё очень интересно, но всё же меня волнует, кто пытается меня убить, да ещё таким странным запутанным способом!

— Эти и другие вопросы мы ещё обсудим. Сейчас тебе нужно понять только одно — чего ты хочешь теперь, когда знаешь, кто ты.

— Ты говоришь о власти? Этого ты хочешь? Получить своё по праву рождения? Право первенца? — пытаясь понять его, задала прямой вопрос, чтобы самой ответить на его вопросы.

— И об этом, и о том, что некому обсуждать в мире волков.

Деймон встал и подошёл к окну, уставившись в морозную тьму. Скрестив руки на груди, опёрся о деревянную стену, переводя взгляд на меня.

— Этот мир безнадёжно отстал. Вопрос, как так получилось, волновал и прежде, но теперь, живя здесь уже почти двадцать лет, я начал понимать, как это произошло. Дело в королях. В том, как их власть влияет на волков. Почему-то она подавляет у молодых творческое начало. Способность воображать, способность видеть дальше того, что их окружает. А когда появляется что-то новое, сами волки замедляют процесс принятия. Поэтому все новинки волки покупают в мире людей, но это лишь усугубляет развитие собственного мира. Я как-то попадал в мир лис, они за прошедшие тысячелетия с момента разрыва, успели достичь таких высот в биотехническом развитии, что людям и не снилось! А совы? Они создали суб-пространства и полностью изменили представление о будущем и прошлом. Почти все миры ожерелья меняются, исключение — пустынный мир драконов. А вот волки почти не изменились с тех пор. Я хочу стать тем, кто изменит их. Это займёт всю мою жизнь, но я верю, что смогу изменить этот мир. Мир, в котором до сих пор существует рабство!

— О, — это всё, что смогла сказать на пламенную речь отца.

— Я верю, что именно дикость поможет мне изменить этот мир. Если ты останешься, то сможешь помочь сделать это. Есть так много всего, что я хотел бы тебе рассказать. О нашем прошлом, о том, почему Демьяновы — особенный род волков. И о том, почему я знаю, что смогу изменить этот мир, как когда-то его изменил первый Демьян.

В ту ночь мы говорили долго, почти до рассвета, пока я окончательно не потеряла нить разговора, и отец не отвёл меня в гостевую спальню, где тотчас же вырубилась, забывшись глубоким тяжёлым сном.

Мне сложно понять, хочу ли я верить ему. И вообще, могу ли принять всё то, что наполняет его жизнь, ведь моя не менее сложная. Поэтому решила остаться на какое-то время, чтобы посмотреть, как живут дикие волки, узнать чуть больше о том, что делают дикие. И решить, стоит ли мне связываться со всем этим.

----

*Д. Г. Байрон — К моему сыну

Глава 25. И смерть и жизнь — родные бездны

Глава 25. И смерть и жизнь — родные бездны

Кто я такая? Кто даст мне ответ?

Здесь других таких больше нет.

Как в магазине, хожу выбираю,

Роли чужие к лицу примеряю.

Буду я птицей или волчицей,

Или же стоит остаться собой?

Корона утянет принцессу на дно.

Шелка, драгоценности, всё это — зло.

Я не такая, как он бы хотел.

Нет во мне злости,

Добра тоже нет.

Только дорожка из пролитых слёз

Их недостаточно, мне — не везёт.

Вот и ещё один путь позади.

Что же ждёт меня впереди?

Выбор одежды невелик, а опять рядиться в платье совершенно не тянуло. Какая-то майка вместо нижнего белья, колючий светло-серый свитер, коричневые брюки из грубой материи, обшитые изнутри мехом, что удивительным образом не мешало двигаться, а чтоб не спадали, затянула поясом потуже. Обнаруженные сапоги на несколько размеров больше, но правильно подбитая ткань с постели, помогла, и при ходьбе они не спадали. В довершении в шкафу висел запас верхней одежды, среди которых нашлась миниатюрная меховая куртка, удивительно мягкая и тёплая.

В доме никого не было, а с улицы доносились голоса. Ополоснув лицо ледяной водой в ванной комнате, завязала волосы плотным узлом, внимательно изучив внешность в зеркале. Скулы вылезли вперёд, щёки запали, под глазами синяки. Не красавица, а узник Освенцима. Только губы красные, искусала до мяса, заживать не успевают. Как и ногти на руках — обгрызены и изломаны. Вот так вот принцесса. Всё время в шмотках с чужого плеча, да в чужих постелях спящая. Бездомная. Один фарс, а не наследница. И без образования. Блестящая партия.