Протозанщики. Дилогия (СИ) - Брацио Сергей - Страница 142

142

— Зачем бежали к станции? — не отставал Антип от Руслана, — Зачем сворачивали с дороги на запад. На юге жилые поселки Белоруссии. Свернув на восток — попали бы в Россию. Зачем мы здесь?

— Не знаю! Как можно остановить поток? Прут как стадо! Пришли отсюда. Вот и вернуться захотелось сюда. Рустам сил добавил — ломанулись как кони!

— Темнишь! Изначально ты про Закопытье говорил. Что здесь?

— Да ничего! Не придумывай, — и после паузы добавил, — Не знаю… тянет сюда… словно, ведет кто-то. Что-то чувствую, но объяснить не могу. Что-то здесь должно…

— Надо обратно бежать! И на развилке разбегаться! Рустам…

— На дороге сикарийцы! — доложил казак, — Вышли из леса, сейчас проходят развилку.

— То есть, на восток путь закрыт! Что у нас на юге?

— Другой дороги, кроме той, с которой свернули — нет. Троп не знаю. Никто не знает! Можем удачно выскочить на поля, а там и деревня недалеко, а можем и в болота угодить. К тому же старый автобус всего раз в сутки ходит. Столько народу не увезет.

— А на западе?

— На западе — Добруш. Административный центр, со всеми вытекающими. Оттуда двадцать пять километров до Гомеля, а это не только железная дорога, но и аэропорт.

— Отлично! Надо в Добруш, — решил Антип, — Рустам, ты должен… О-о-ой!

Внезапная боль в плече, заставила бандита умолкнуть. Взгляд скользнул вниз, различая большую черную стрелу в кровоточащей ране.

— Блиииин, подстрелили!

— Сикарийцы! — на ходу выкрикнул казак-разведчик, — Догнали!

Несколько стрел одновременно врезались в спину разведчика. Молча, не проронив более ни звука, военный упал на землю.

Велийцы сбились в кучу. Уставшие, безоружные, обреченные. На дороге явно различимо воинство Савриила, сверкающее в пыли некогда белыми, а теперь грязными, истрепанными знаменами. Сикарийцы остановили бег, перемещаясь шагом.

— Не успели, — выдохнул Антип, обламывая стрелу в ране, — Не успели.

Над головами сикарийцев зеленым пламенем сверкал страшный «храм». Огромное, призрачное здание парило в воздухе, окутывая юззи незримой защитой.

— Савриил пришел, — обреченно выдохнул Руслан, — Значит, пришло время погибать.

— Опять? Что-то зачистили мы, не кажется? Ну уж, задешево не отдамся точно! Пополню царство Израдца новыми постояльцами, — Антип выхватил небольшой нож, не обращая внимания на боль в левом плече, — Рассредоточиться! Нечего стоять как бараны, позволяя убивать себя! У кого осталось хоть какое-то оружие — вперед. Остальные действуйте руками, бейте ногами, рвите зубами, но заберите с собою как можно больше тварей!

— Не бояться! — громко вскрикнул Рустам, и сам поверивший в свой приказ, — Раз уж умирать, умрем достойно.

По рядам пробежала волна одобрения. Изматывающие марши по лесам и дорогам, надоели. Раз уж приперли к стене, лучше погибнуть на месте.

* * * — Прости, но я не в состоянье видеть, Как погибают из-за нас, — гость поднялся на ноги, направляясь к выходу, — Сам Савриил прибыл на бойню, Желая лицезреть конец. Не знаю, как ты можешь видеть, Не знаю, как ты сможешь жить, После того, как стал причиной Убийства тысячи людей! — Ты вправе строить обвиненье, Ты вправе упрекать меня. Но не терзай остатки сердца, Сейчас, когда наступит мрак! — сквозь слезы, произнес Андрей. — Послушай, друг, еще не поздно, Еще ты может победить! Призри условные преграды, Отправь же в Олово полки! Ворвись стрелою Мира Меди! Нарушь победный шаг врага! Не только ты спасешь велийцев, Весь Мир от ужаса спасешь! — О, не проси! Побойся Бога! Чего ты хочешь от меня? Измены выданному слову? Но не могу я, не могу! — Тогда прощай, упрямый недруг! Да недруг, ибо не могу, Назвать я другом ту причину, Что рушит тысячи людей! Совсем один ты остаешься. Пусть совесть с памятью теперь, Терзают вечно твою душу! Да не узнаешь ты покой!

Гость, гневно хлопнув дверью, исчез в мареве перерожденной Меди. Наступила полная тишина. Андрей, не поднимая головы от стола, громко рыдал, а Волна, парализованный ужасом, не моргая, уставился в экран.

— У вас как обычно сплошное веселье! — раздался чуть хрипловатый голос, и в комнате появился Израдец, — И сегодня как-то многолюднее, чем обычно.

— Во всех Мирах, ты есть последний, Кого мне надо лицезреть! — закипел Андрей, найдя виновника всех бед, — Ты же причина катастрофы! Ты зло, связавшее меня!

— Эй, эй! Потише, старичок! Вы лишь сдержали слово. Это даже не заслуга, а обязанность.

— Куда завел ты нас, лукавый! Ты видишь, как страдает люд? Все твои планы — пораженье! Все твои мысли — чистый яд! Да, я сдержал дурное слово, Но зри же, подлый, на друзей! Смотри, как погибают люди, Поверившие нам с тобой!

— Вот не надо на меня одного вешать всех собак! Вместе мутили дельце. Вместе и… — Израдец развел руками.

— Уйди, исчезни, испарись же! Не искушай меня на бой! Всего лишь малое мне надо, Чтоб снова воссияла Медь! Чтобы полки из Мира Меди, Отправились на помощь тем, Кто умирает нашей волей, Кто верил, а теперь погиб!

— Не уйду! А ты заткнись и слушай. Надоел твой вой. Наместник, блин! Какой ты Наместник — нытик!

— Я же прошу пока нормально, Изыди в свой вонючий Мир! — Андрей покраснел от гнева, снова вырастая до потолка.

— Что, дружок, кинешься на меня с кулаками? Ударишь? Сам отдал Медь, так что не шелести, а слушай! Я пришел не злорадствовать, а предложить помощь.

— Какую? Новое безумство? Как тебе хапнуть Серебро?

— Я готов вернуть тебе Медь! — Израдец переродился в крылатую ипостась, вырастая до потолка, — Так что слушай или иди к черту!

— Андрей! — неожиданно резко крикнул Волна, — Сядь и послушай!

Истинный подчинился, уменьшился до размеров обычного человека и забитым щенком присел на стул. Глаза опущены в пол, руки сцеплены вместе, ноздри подрагивают, выдавая нервное напряжение.

— Вот, спасибо, — негромко произнес Израдец, оседая до старика, — Повторяю: мо-гу вер-нуть Медь!

— Как я могу тебе поверить? Что вдруг заставило тебя? Где новый план пропитан ядом? Чем новым страшен для меня?