Аллоген. Пенталогия (СИ) - Антоневич Андрей Анатольевич - Страница 58

— Допустим, я согласен на твои условия, но я вообще не представляю, как попасть на флагман и что собой представляет этот синхронизатор, — наконец заговорил Юра.

— Я давно все просчитал. Тебе выдадут одежду пандорца запрограммированную на систему безопасности флагмана. Туда ты доберешься на трангене сам. Его я запрограммирую, что бы он доставил тебя в нужное место в нужное время. На месте ты проникнешь под видом пандорца и в удобный момент извлечешь синхронизатор из нужного узла. На трангене вернешься обратно сюда и тогда с помощью синхронизатора я смогу активировать транспорт, на котором мы доберемся к источнику энергии.

— Даже если я смогу это сделать, где гарантия, что ты покинешь планету? — изображая из себя простачка, спросил Юра.

— Мне тут делать нечего. В каждом живом существе заложена цель продолжения рода, за исключением архонтов — они утратили эту способность. Мне нужны самки моего вида, а их на вашей планете нет. Я уничтожу архонтов, малседонцев, акремонцев и тогда отправлюсь в свою галактику.

— Если так все просто, то почему ты раньше не отправлял людей из своего города, что бы добыть синхронизатор?

Зака-Амбросий размотал сегменты своего тела и уселся в него как человек, после чего ответил:

— Я отправлял. Только никто не вернулся. А у тебя есть возможность управлять сознанием белковых форм жизни, а может даже и не только ими, — загадочно произнес амбросиец.

— Может, я и могу, только не умею пользоваться, — ответил Юра.

— Пандорцы привыкли выполнять приказы и с ними проблем не будет, а архонты должны думать, что ты такой же пандорец. Ничего сложного. Ну что?

— Я согласен.

— Сегодня отдохни. Будешь ночевать у самки, которая нарушила мой запрет. И не вздумай делать то же самое с другими помощницами Никодима.

— О чем ты? — округлив глаза, спросил Юра.

— Ты знаешь, — ответил Зака и на той же самой стене, транслировавшей как трапезничает у себя на корабле Арвила, появилось изображение Юры и Кристины как раз в том момент, когда она стала женщиной.

Юра не стал спрашивать у Зака, почему ему нужны в качестве питания только девственницы. Ответ он успел подсмотреть в его сознании еще до того как он заблокировался от него с помощью светящегося браслета — Зака считал, что человеческие гормоны счастья портили вкус спинного мозга.

— Никодим, ко мне, — проскрежетал амбросиец, и через несколько секунд та же стена пришла в движение, и на своем лежаке появился патриарх. Туника была уже чистая, только на лице была смесь обиды и страха.

— Да, владыка, — заискивая и преданно заглядывая в черные как смоль глаза насекомовидного инопланетянина, произнес Никодим.

— Отправляйтесь к себе. Дай ему отдохнуть и хорошо накорми. Пускай ночует в комнате у самки, которую испортил. Теперь он наш гость и союзник. То, что он потребует, ты должен выполнить.

Никодим недоуменно поднял брови вверх и вопросительно уставился на Юру.

— Все все знают, кроме тебя. Ты становишься не нужным, Никодим.

Беднягу опять затрясло от страха как осиновый лист на ветру.

— Не вздумай тут обгадиться, — прошипел Зака и добавил: — утром, что бы были у меня.

Юра больше вопросов не задавал и пошел к лежаку Никодима. Когда он обернулся, то успел только заметить, как под потолком скрылся последний сегмент тела Зака.

Стена пришла в движение. За пару секунд Юра с патриархом оказались в шлюзе, где находились гвардейцы. Лежак с Никодимом проплыл на центр платформы, а Юра опять оказался окруженным силовым барьером.

— Не надо, — обиженно буркнул Никодим, и силовое поле исчезло: — активируйте купол.

Борта лага начали одновременно удлиняться, и сошлись воедино над головой у Юры, образовав крышу. Сам лаг полностью стал прозрачным. Платформа вышла из пирамиды и поднялась на сорок метров в высоту.

— Домой, — облегченно вздохнул Никодим и приложился в невесть откуда взявшейся у него в руках фляжке с Юркиным вином.

Юру не интересовал, открывшийся его обзору, город с высоты птичьего полета. Заглянув в сознание Зака, он чувствовала страшное опустошение и усталость. Сейчас ему хотелось только спать.

Глава 10

Транген бежал без остановки уже четыре часа. Теперь управлять им, лежа в неудобной позе на животе и постоянно напрягая пальцы рук, не требовалось. Инженеры Зака хорошо поработали и переделали пилотное место трангена под человеческий организм, который, как выяснилось впоследствии, был транспортирован в универсум еще в первый день его пребывания в Амбросинске. Теперь он полулежал на спине с вытянутыми ногами и наслаждался, мелькавшими по бортам, видами ночного леса. Маршрут был заложен заранее. Юре оставалось только наблюдать за изображением на консоли, нижняя часть которой отображала картинку перед трангеном, а верхняя давала информацию о местности на двадцать километров впереди. Скоро это наскучило, и Юра вернулся к событиям, которые произошли за последние сутки.

Пока они долетели от универсума до дома Никодима, тот вылакал все остатки вина и до вечера к общению был не доступен, однако передать распоряжение владыки гвардейцам, касающегося нового статуса Юры, он еще смог, что внесло существенные изменения в его времяпрепровождение. Для начала он заказал себе на ужин рыбу, умолотив которую, потребовал у девушек из обслуги повторить его заказ. Когда он, наконец, насытился, гвардейцы по его просьбе, выгнали из кабинета патриарха, где он и разместился для трапезы на время отсутствия хозяина, всех девушек из обслуги, которые назойливо терлись возле него, посылая ему недвухсмысленные взгляды и заполняя своими феромонами все пространство комнаты.

Некоторое время он сидел в одиночестве и думал чем бы заняться до наступления ночи, пока в кабинет не зашла Кристина и не отчитала его за то, что он флиртует с другими девушками из числа помощников Никодима так, словно они уже несколько лет живут вместе. Ему было непонятно такое ее поведение, ведь в отличие от их бункера, в котором приветствовались полигамные отношения, в Озерске-Амбросинске существовал институт моногамной семьи. Женщина или мужчина, могли поменять партнера только в крайнем случае, с разрешения патриарха.

Юра для себя отметил, что, несмотря на то, что Никодим хоть и был паскудой, но лучшее и ценное, что было до вторжения архонтов из человеческих ценностей он попытался все-таки восстановить в Озерске. Да, он был законченным эгоистом и без зазрения совести приводил на верную смерть последние двадцать лет в универсум наивных молодых девочек, но внутри его еще сохранилась искорка человечности. Юра просмотрел его сознание еще в лаге по пути из универсума. Затуманенный алкоголем разум Никодима, читался легко, как открытая книга и ему не составило больших усилий увидеть всю его поднаготную.

Никодим родился в богатой и полноценной семье. Так как он был единственным ребенком, то его родители баловали с детства и ни в чем ему не отказывали. Живя на всем готовом, он вырос ленивым и безответственным увальнем, который не смог поступить ни в одно более мене пристойное учебное заведение. Хорошенько проплатив, отец пристроил его в духовную семинарию, тем самым избавив его от службы в вооруженных силах. Преподаватели семинарии отличного знания материалов учебных дисциплин от учеников не требовали, но пристально следили за своевременностью внесения пожертвований на нужды семинарии родителями таких же, как и Никодим остолопов.

Немного пообвыкнув, тот понял, что в его будущей профессии от него требуется только правильно уметь разглагольствовать. Тут в нем и раскрылся дар актерского мастерства, благодаря которому он стал лучшим учеником семинарии, по окончании которой получил прибыльное место. Кроме прибыльного места в семинарии он еще и получил любовь к веселой жизни, сопровождаемой пьянством и развратом. В итоге своей самостоятельной деятельности на религиозном поприще он начал продвигаться вверх по духовной лестнице и достиг бы большого сана, но алкоголь сделал свое черное дело. На одном из духовных семинаров по обмену опытом, Никодим напился до чертиков и в драке из-за проститутки-транса с одним из высокопоставленных сановников, выбил тому глаз. Умять скандал не получилось. Карьера Никодима покатилась под откос, пока он не оказался в одном из провинциальных городков, где и был захвачен в момент нашествия архонтов. Разум Никодима немного помутился, когда он, протрезвев в фильтрационном лагере, впервые увидел захватчиков воочию, но со временем он полностью оправился и старался заслужить одобрения со стороны своего хозяина, которого потом убил Зака. В Озерске-Амбросинске он вновь почувствовал себя хозяином жизни и возомнил себя мессией, от которого в дальнейшем зависела судьба человечества.