Всадники Одина Цена человечности (СИ) - Морошко Сергей - Страница 7

Брат, шедший немного впереди, с удивлением обернулся.

– Что? Ты о чем? – не понял он, забавно сведя светлые брови к переносице.

– Тише! – Ян приложил палец к губам. – Прислушайся.

Йорг недоверчиво покачал головой и прикрыл глаза, пытаясь уловить из какофонии лесных звуков тот, о котором только упомянул брат. Ведь слух у него не настолько острый, как у Яна.

– Мне кажется, или это кричит человек? Ребенок?

– Не кажется, – кивнул Ян. – Побудь тут, я проверю.

– Но… – попытался было возразить Йорг.

– Сейчас не время и не место для споров, – отрезал Ян и бесшумно двинулся вперед.

Йорг цветисто выругался, но следом не пошел. Оно и к лучшему. Ведь каким бы умным он ни был, в бою от него толку никакого.

Ян ступал осторожно, стараясь не тревожить опавшие листья и сухие обломанные ветки. В кронах деревьев заливались птицы, перебивая шепот ветра в листве. На ходу он вытащил «Койот», внутренне настраиваясь на бой. Ему всегда нужно на это время. Всего полминуты, но все же.

Организм перестраивался, готовил себя к возможным резким скачкам в нагрузке и потенциальным ранениям. Улучшались рефлексы, усиливалось зрение, слух становился острее. Повышался и болевой порог, за счет накачки тела эндорфинами. Измененная нервная система реагировала на них только как на обезболивающее, потому Ян совершенно не терял концентрации. Но у этой особенности имелся свой побочный эффект. Он получал удовольствие от секса скорее моральное, не более того. Зато это было удобно на операциях, особенно, когда перед Яном ставили задачу: «Добиться правильного результата любой ценой». Под словосочетанием «правильный результат» могло подразумеваться что угодно. И ладно, если имелось в виду лишь простое уничтожение цели. Хуже, когда приказ заключался в том, чтобы доставить противника живым. Подчас это не представлялось возможным. Для обычного человека, разумеется, даже для подготовленного солдата. Но не для модификата, живой машины, созданной специально, чтобы взламывать, уничтожать, красть и сеять смуту в рядах тех, кто считался на данный момент врагом. Перестроившись, он больше ни на что не отвлекался, Ян думал только об одном – о цели. Йорг неоднократно говорил, что в эти моменты он выглядел жутко. Что его лицо, и так не особо эмоциональное, превращалось в восковую маску, а взгляд становился стеклянным, словно у мертвеца.

Крик раздался совсем близко. Такой громкий и... такой обреченный... Ян ускорил шаг. Обычно он не позволял эмоциям взять вверх, в дальнейшем это помогало не слышать мук совести. Но... он больше не был личной куклой-убийцей Папы и даже псом Мьегаррэ. Ему хотелось помочь.

Деревья расступились, и Ян очутился на большой открытой поляне. К крику присоединился исступленный злобой рык, кто-то явно кого-то пытался съесть. Буквально в два прыжка Ян оказался на противоположном краю поляны близ поваленного дерева, откуда и доносились звуки нешуточной борьбы. По траве катался клубок, состоявший из странной пятнистой кошки, грацией и формами напоминающей каракала, и мальчишки. Самого обычного человеческого детеныша, вернее будет сказать, уже подростка лет шестнадцати-семнадцати[1]. Кошка пыталась его загрызть, а мальчишка в свою очередь сопротивлялся. Силы пацана были явно на исходе. Еще немного, и острые звериные зубы сомкнутся на хрупкой шее.

Над дерущимся клубком с тревожным криком носился крупный ярко-зеленый ракот[2], он яростно кидался на кошку, снова взмывал и снова кидался, то ли пытаясь защитить мальчишку, то ли отбить добычу у конкурента.

Ян взвел «Койот» и прицелился. Чертыхнулся. Убрать кошку лазером не выйдет. Слишком быстро и хаотично катались по земле эти двое, он мог случайно полоснуть пацана или ракота. Ян пока не определился – причислять ящерицу к врагам или все же к положительным персонажам?

«Ладно, и не с такими тварями справлялись!» – зло усмехнулся Ян, вынимая из скрытого чехла на поясе вибронож[3]. Холодным оружием он умел пользоваться ничуть не хуже энергетического. Быстро спустив лезвие на разрывной режим, он прыгнул и оказался верхом на кошке. Тварь тонко взвизгнула, попытавшись вывернуться из крепкой хватки Яна. За ней взвизгнул и ракот, резко взмыл вверх и исчез в гипере, позорно покидая поле боя. Ян же, воспользовавшись моментом замешательства кошки, всадил вибрирующий клинок прямо ей в шею. Кровь из поврежденной артерии алой струей хлынула прямо на мальчишку, заляпав все лицо и светлую рубашку в вырезе куртки. Через некоторое время он отпустил зверя и откатился в сторону.

Паренек, вопреки ожиданиям Яна, в обморок не упал, лишь оттолкнул от себя ногами обмякшую тушу и поднялся на ноги. Кошка хорошо его подрала. Обе руки, которыми он защищал горло, были искусаны и исполосованы когтями. Глубокие, но неопасные для жизни царапины. Главное, чтоб в них не попала инфекция.

– Ты кто такой вообще? Зачем ты ее убил?! – с явной враждебностью выкрикнул мальчишка. Ярко-зеленые глаза горели яростью и обидой. – Арысь всего лишь защищала котенка! Это я, дура, поставила силок не там, где надо…

Он говорил что-то еще, но Ян уже не слышал, его как током шибануло. Во-первых, паренек говорил на стандарте. Чистая понятная речь, будто бы они сейчас находились где-нибудь на Александрии, а не на границе Империи с Единением в буферной зоне. Единственное, что смущало Яна – легкий журчащий акцент, такой бывает только у асов из-за особенностей строения речевого аппарата. Ну, а во-вторых... во-вторых, мальчишка оказался девчонкой.

– Ты меня слушаешь вообще?! Кто ты такой?! Отвечай! Ты чужестранец? – неожиданно резко бросила незнакомка, прерывая его размышления.

Ян не ответил. Он молча отключил нож и вложил его обратно в чехол, одновременно отходя подальше от взбешенной туземки. Не то чтобы он ожидал потока слез радости и благодарности за спасенную жизнь, но и элементарного «спасибо» эта особа, похоже, говорить не собирается. Ну и дьявол с ней.

Чуть поодаль, с затянутой веревкой силка на шее, лежал котенок. Размером чуть меньше обычной домашней кошки. Безжизненные голубые глаза на почти человеческой мордочке смотрели куда-то в сторону. Котенок был мертв.

Что за черт? Он присел рядом с трупиком, внимательно в него вглядываясь и не решаясь взять в руки. Немного раскосые, широко расставленные глаза, нос пуговкой, пухлые мохнатые щечки... Короткая шерсть цвета песка и забавные черные кисточки на длинных заостренных ушах. При приближении сходство морды с лицом младенца рассеялось. Он перевел взгляд на дохлую самку, так и есть, морда той тоже отдаленно напоминала человеческую. Результат генной инженерии? Вероятно, это и впрямь колония. А спутники на орбите скрывает хорошее маскирующее поле? Так?

– Где у вас космодром? – сходу начал он. Аккуратно устроив трупик котенка рядом с кошкой, он поднялся на ноги.

– Чего? – не поняла девушка. Она даже, похоже, злиться перестала. Смотрела на него своими яркими глазами с изумлением и все.

– Ну... Где у вас садятся корабли?

– Тебе порт нужон?

– Да... – с облегчением кивнул он. – Порт.

Ян поверить не мог, что все оказалось так просто.

– Море в девяноста верстах отсюда. Только порт в Гуннаре, а это еще около двадцати верст по берегу.

«Рано обрадовался, парень...» – разочарованно подумал Ян. Похоже, местные даже и не догадываются о том, что на кораблях можно не только по морю плавать.

– Эй, чего молчишь, будто воды в рот набрал? Тебе куда надо? Ты из Вольниц[4]? На тебе одежа странная.

– Да, есть такая особенность у моего братца, любит он странно одеваться. Тебя как зовут, девочка?

Брат «умел» начинать знакомства, дипломат хренов. Впрочем, Тану, так назвалась девчонка, его тон нисколько не смутил. Похоже, только раззадорил. Она оказалась местным траппером и зарабатывала на жизнь отловом различного зверья на продажу. Так же она рассказала, что всадники на драконовых скакунах ничего общего с галлюцинациями не имели. Отнюдь. То были местные «боги». Дикий Гон или Всадники Одина, как их еще называют. Дескать, Морозные Всадники проносятся по небу, принося с собой лютую стужу и собирая заблудшие души мертвых, чтобы препроводить в Вальхаллу или Хель. А заодно собирают и дань с живых в виде юношей, девушек и совсем маленьких детей. Взамен эти самые «боги» даруют хорошую погоду, изобилие рыбы в морях и реках, плодородие земле и все иные блага. Один, Фригг, Фрейя, Локи... Йорг, как услышал эти имена, аж воздухом подавился. Ни капли не церемонясь, он оттащил Яна в сторону и стал втирать, что дело дрянь. Мол, имена эти, да и названия он уже слышал. На уроках Истории Древности. Оказывается, когда-то, когда люди еще жили на Земле, за десяток тысяч лет до уничтожения ее швампами, существовала уже подобная религия у людей. Долго существовала. Несколько сотен лет. Но постепенно ее вытеснило так называемое христианство, ставшее позже одним из истоков веры в Единого. В конце ХХ начале XXI века докосмической эры язычество пережило второй расцвет, какие-то ушлые умельцы смогли визуализировать образы прошлого на свой лад. Но вспышка угасла, будучи столь же стремительной, сколь и яркой. Позже все покрылось пылью веков и осталось только в исторических архивах папской библиотеки. Йорг на что угодно был готов поспорить, что даже он, Ян, ничего об этой языческой ереси никогда не слышал. И оказался прав. Так откуда жителям этой замшелой планетки известны боги, выдуманные народом из давно исчезнувшей с лица Галактики колыбели человечества? Вопрос. Ян разделял опасения и сомнения брата, однако перспектива проторчать в лесу до скончания времен его совершенно не прельщала. Потому он решительно свернул дискуссию и предложил Йоргу вернуться к расспросам девчонки. Этот способ докопаться до истины представлялся ему гораздо продуктивнее.