Вестник Порока (СИ) - Дадов Константин Леонидович - Страница 137

Не успела пыль от взрывов осесть, с некоторым трудом устоявшая на ногах белая аликорн, оставившая в камне пола две борозды от копыт, взмахнула алебардой справа налево параллельно полу, посылая в противницу серп белого огня и тут же кинулась в ближний бой. Кризалис предсказуемо решила перепрыгнуть атаку Селестии, совершив грациозный кувырок в воздухе и тут же попытавшись двумя ногами ударить в голову опасно приблизившейся принцессе дня, которая успешно выставила вперед древко своего оружия. Однако же, попытка оттолкнуться от алебарды, чтобы отпрыгнуть назад, провалилась, так как вместо твердой опоры перевертыш обнаружила под своими копытами воздух. Ехидно ухмыльнувшаяся белая крылато-рогатая пони растаяла в воздухе невесомым туманом…

«Иллюзия?».

Свист разрезаемого лезвием топорища воздуха заставил королеву использовать телекинез, чтобы придавить себя к полу, ускорив падение. От удара каменная плитка разбилась, но оружие старшей из аликорнов благополучно просвистело над зеленогривой головой.

Из положения «стоя на одном колене, пригнувшись к полу» Кризалис попыталась совершить подсечку второй ногой, одновременно с этим выпуская из копыта струю ядовито-зеленого пламени. Селестии, чтобы избежать повреждений, пришлось отпрыгнуть, усиливая движение взмахом широких крыльев, но прежде чем она снова приземлилась на твердую поверхность, чейнджлинга накрыла волна розовой энергии, словно ураганный ветер сметающей все на своем пути, мельчайшими жесткими искорками пытаясь содрать шкуру со своей жертвы.

Магический барьер королевы засиял ярким изумрудным светом, принимая на себя и отклоняя часть урона, но долго это продолжаться не могло. Обладательнице стрекозиных крыльев пришлось пойти на риск и метнуть один из своих мечей-серпов в направлении источника заклинания. Атака прекратилась, но металлический звон показал, что и бросок не достиг своей цели.

- Мне кажется, мы, как минимум, сравнялись. – насмешливо заметила Селестия, глаза которой источали золотое сияние, затопившее как белки, так и радужки с зрачками. – Смирись, нас обеих тебе точно не победить.

Выпрямившись в полный рост, перевертыш подозвала к себе отбитый меч-серп, охотно влетевший в ладонь хозяйки и, прищурив глаза, заявила:

- Если я не могу победить вас одна… значит, меня должно стать больше.

Последнее слово было произнесено хором из десяти голосов, девять из которых доносились от точных копий королевы чейнджлингов, шагнувших в стороны прямо из ее тела.

- Ненавижу… - как-то обиженно произнесла старшая аликорн.

- Тетя? – недоуменно спросила Каденс.

- Ненавижу, когда так случается. – теперь уже яростно рыкнула принцесса дня, создавая равное количество своих двойников, плотью для которых служил плотный свет, а кровью жидкое пламя. – Не зевай, племяшка…

Заклинания сыпались одно за другим, сотрясая стены тронного зала, заставляя их покрываться глубокими трещинами, несмотря на все зачарования и толщину укрепленного металлом камня. Потолок верхнего этажа обвалился, а затем и пол начал проваливаться, зияя множеством дыр, ведущих в подвальные помещения. Двойники королевы перевертышей и старшей принцессы пони развеивали друг друга, сталкивались в жестоких сшибках, подставлялись под атаку, чтобы другая копия имела шанс нанести смертельный удар. Принцесса любви, еще в первые минуты оказавшаяся оттесненной к дальней стене, время от времени вмешивалась в бой, используя атакующие заклинания, но в основном ей приходилось защищать себя и несущие стены от двух разбушевавшихся кобыл, тем самым предотвращая обрушение всего дворца.

Пони, тем временем, уже успели эвакуироваться с поля боя, забрав и раненого Шайнинга, в упрямстве своем собиравшегося вмешаться в противостояние явно не своего уровня (в этот момент Каденс испытала сильную гордость, смешанную с большой долей страха за любимого)…

Хлопнув перед собой крыльями, Селестия создала сильнейшую ударную волну, разом прекращая существование дюжины Кризалис. С остальными копиями тут же расправились ее двойники, на краткое время оставшиеся в подавляющем большинстве. Однако же сама правительница перевертышей успешно избежала атаки и, подпрыгнув вверх, застрекотала крыльями, уносясь к ночному небу через один из проломов в крыше.

Упускать столь опасного врага белая аликорн не собиралась, а потому, кинув взгляд на порядком измотанную племянницу, сама взмахнула крыльями, бросаясь в погоню. Догнать удирающую жертву удалось еще над территорией дворцового парка, так что схватка продолжилась уже в небе, под взглядами тысяч горожан и стражников.

«Что-то не так».

Пронеслась мысль в голове принцессы дня за мгновение до того, как в воздухе разлились звуки музыки и по Кантерлоту прокатился громоподобный раскатистый голос:

- Славно-славно. Лязг оружия, крики раненых, стоны умирающих… Это просто музыка для моих ушей. – громкий щелчок отозвался у белой аликорна мучительной зубной болью, чейнджлинг же стала растерянно озираться, так и не поняв, что произошло и чем им всем это грозит. – Но давайте сменим мотив.

Еще один громкий щелчок, заставивший все стекла в городе жалобно задрожать, превратил луну, висящую в небе, в подобие прожектора, лучь которого указывал точно на каменный постамент, где заложив руки за спину и выпятив грудь, широко ухмыляясь острыми зубами с одним сильно выступающим клыком, стояло существо, словно бы слепленное из кусков разных зверей (драконья голова с козлиным и оленьим рогами сидела на толстой шее, плавно перетекающей в длинное драконье тело, оканчивающееся гибким хвостом с пушистой львиной кисточкой, правая рука была похожа на орлиную лапу, левая на львиную, правая нога была козлиной, а левая принадлежала ящеру). Дискорд, во всей своей красе и могуществе, с чувством глубокого удовлетворения смотрел на разгромленный дворец Кантерлота, хищно прищурив алые глаза с змеиными вертикальными зрачками.

- Это плохо… - прошептала белая крылато-рогатая пони, ощущая, как холодный пот скатывается по лбу, а шерстка на спине встает дыбом.

Пользуясь тем, что все внимание переместилось на нового фигуранта, Кризалис попыталась сбежать, но не смогла телепортироваться, а при попытке улететь, врезалась в преграду, похожую на стеклянный купол, накрывший всю столицу.

- Куда же ты, детка, шоу только начинается. – радостно ухмыльнувшись, дух хаоса начал увеличиваться в размерах и вместе с тем звуки музыки стали звучать много громче, заставляя пони прижимать руки к ушам, чтобы не оглохнуть.

Я ем на обед, золотые слитки,

Брильянтовый десерт, нефтяные сливки.

Меня зовут Дискорд – хозяин Эквус сферы,

Я не реальный кул, мой респект без меры.

Подчиняясь воле создателя, разноцветные лучи луны-прожектора стали кружить по Кантерлоту, высвечивая пони и чейнджлингов, прекративших свое сражение и теперь недоуменно взирающих на разыгрывающееся представление.

В левой руке сидр, в правой руке квас,

Мой пиар менеджер – высший класс.

В левой руке сидр, в правой руке квас,

Мой пиар менеджер – высший класс.

Капитал!

С очередным щелчком пальцев, в руках у Дискорда появились две стеклянные пузатые кружки, которые начали увеличиваться вместе с хозяином, ростом уже достигшим вершины самой высокой башни дворца. Музыка так же становилась все громче и, подчиняясь силе магии песни, помноженной на щедро выплескиваемый в пространство хаос, здания в городе начали пока что слабо вздрагивать и наклоняться в разные стороны, словно бы пританцовывая, но не решаясь пуститься впляс.

Я ем города, морями запиваю,

Мои огромные рога, небо подпирают.

Гром и молнии, туманы и дожди,

Мое копыто лижут, великие вожди.

На последнем слове куплета Дискорд топнул козлиной ногой, из-за чего ближайшие здания подпрыгнули, а стекла вылетели из рам брызгами осколков.