Душа моего духа (СИ) - Морская Лара - Страница 35

Прежде чем ответить, Тиниалирий заставил себя успокоиться.

— Вы пытались меня обмануть. Я знаю, что вы собирались подселить на мою землю второго духа, а меня либо отослать обратно в империю, либо запереть в вулкане. В моём пророчестве ничего об этом не говорилось. Младшей земле не нужен второй дух, она моя! Я обещаю вам, что никак не наврежу этим смертным. Если вы солгали мне, то у меня есть право узнать моё истинное пророчество.

Надо отдать Создателям должное: они выслушали его оскорбления со спокойной невозмутимостью.

“Они были готовы к тому, что я их вызову”, - догадался Тиниалирий.

— Мы не станем отвечать на ваши недостойные обвинения. Вам уже было прочитано пророчество, у каждого духа оно одно. Тиниалирий, у вас есть обязанности перед Империей Духов, так что будьте любезны, выполняйте их. Станьте достойным духом вулкана и постарайтесь контролировать ваш темперамент.

— Вы вернёте мне Найли? — Тин улыбнулся: остальное не имело значения.

— Что с вами происходит, Тиниалирий? Где ваше знаменитое равнодушие? Откуда в вас эта нездоровая одержимость людьми? Такое поведение недостойно вас. Мы не станем никого возвращать. Опомнитесь, мы будем за вами следить…

Вспомнив о разговоре с Создателями, Тиниалирий перевернулся на живот, с грохотом разбивая кулаком камень. Ему больше не хотелось проигрывать эту унизительную сцену в памяти, но она снова и снова появлялась у него перед глазами. Он умолял, клялся, ругался, спорил, угрожал, но Создатели остались совершенно равнодушными. Он видел очертания их скучающих лиц на фоне крон многовековых деревьев империи. Он попытался объяснить им, что оставшиеся трое смертных идеально подходят на роль богов, на что они ответили:

— У вас с ними сложились опасные, нестабильные отношения. Зная о том, какой у вас темперамент, мы не доверяем сложившейся ситуации.

И они повторяли эту занудную фразу снова и снова, пока она не начала сама по себе вибрировать в его голове. “Нестабильные отношения”, “какой у вас темперамент”… “нестабильные отношения”… Потом они намекнули, что на Младшую землю следует прислать совсем других людей.

— Но мне нужна Найли! — воскликнул он тогда.

— Зачем?

Тиниалирий растерялся. Что значит “зачем”? Откуда он может знать, зачем? Нужна — и всё! Как он может объяснить это? Ведь дело не в Найли, а в нём самом. Без этой маленькой, любопытной смертной его жизнь стала совсем неинтересной.

— Мне без неё плохо, — попробовал объяснить он.

— И что из этого? Смысл вашего воплощения не в том, чтобы вам было хорошо, а в том, чтобы выполнять ваше пророчество. Займитесь делом, Тиниалирий.

— Я не собираюсь ничем заниматься без неё. — Тиниалирий не сдержался, и его кожа запылала. Его получеловеческий облик казался очень неуместным в лесу империи. — Если вы её не вернёте, то я сам заберу её обратно.

— Вы не сделаете этого. Вы и так непозволительно часто покидаете ваш вулкан. Мы не позволим вам забрать её, вы останетесь на вашей земле. Мы только что изменили положение их яхты, и она теперь вне досягаемости для вас.

Когда все другие возможности были исчерпаны, Тиниалирий решился пойти на угрозу, последствий которой и сам толком не понимал. Никто из знакомых ему духов никогда не решился бы на такое.

— Тогда я покину мой вулкан навсегда и прерву моё воплощение.

Создатели тщательно обдумали услышанное.

— Ну что ж, мы считаем сказанное вами очередным доказательством вашей нестабильности. Неужели вы действительно пытаетесь нам угрожать? Как только вы прервёте воплощение, пророчество будет нарушено, и Империя Духов будет обречена на гибель, а с ней погибнете и вы, и ваша женщина.

Тиниалирий ещё пытался спорить, но уже понимал тщетность своих угроз. Он знал, что никогда не решится на этот шаг. Он покинул Создателей ни с чем.

Вспомнив прощальные взгляды Создателей, Тиниалирий выругался словами, которым он научился от Макса. Легче ему не стало, но он на минуту почувствовал себя человеком, таким эмоциональным и беспомощным. Именно поэтому он сохранил получеловеческий облик, который придумал для себя. Ему хотелось оставаться хоть в чём-то похожим на Найли. Поднявшись, он бросил усталый взгляд на слишком знакомые очертания скал. Века… ещё целые века ему предстоит вспоминать Найли на этой одинокой земле.

Подойдя к краю, он посмотрел вниз. Он дождётся. Он сможет сделать так, чтобы Найли вернулась. Есть один путь, и Создатели не смогут помешать ему в этот раз. Он пустит новых смертных на материк и поможет им восстановить его. А когда они отправятся на Большую землю, чтобы набрать переселенцев, он заставит их привезти к нему Найли.

Была только одна проблема: на восстановление материка могут потребоваться десятки лет, а за это время Найли… Тиниалирию не хотелось об этом думать. Он должен был найти способ восстановить материк как можно быстрее. Хотя признавать свои слабости было для Тиниалирия мучительным, ему предстояло попросить о помощи.

Глава 8. Два месяца спустя

Эльмира

Тёплый жир стекал с её губ, щекоча подбородок. Она промокнула его тыльной стороной ладони и вытерла её о джинсы. Модные, с заниженной талией и стразами, они стоили баснословных денег. Приподняв верхний кусок хлеба, Эльмира взяла щепотку жирного нарубленного мяса, перемешанного с расплавленным сыром, и ткнула ею в правую брючину. Сальные пятна неровной цепочкой засияли на джинсах.

“Ну вот, а мама говорит, что мне не хватает самовыражения. — Эльмира полюбовалась на своё творение, потом снова взялась за бутерброд. — Сейчас доем и пойду за мороженым”.

Щедрое июньское солнце напекало голову. Нос Эльмиры шелушился от загара, а на скулах пестрели целые колонии веснушек. В своей прошлой жизни она не выходила из дома без солнцезащитного крема и прятала лицо под широкополой шляпой. Вечерами она наносила на скулы осветляющие маски. Но это было в прошлой жизни, а теперь всё было по-другому. Её волосы были закручены в беспорядочный узел, а джинсы казались непривычно тесными.

Зато её очень радовала еда. Рубленое мясо с сыром, пицца, эклеры… ммм… особенно эклеры. Если целыми днями бродить по праздничному летнему городу в поисках чего-нибудь вкусненького, то время летит ослепительно быстро. Ещё можно зайти в кино и посмотреть приключенческий фильм о пиратах или о волшебниках. Самое интересное занятие — сидеть в парке с какой-нибудь очередной вкусняшкой и разглядывать прохожих. Именно этим Эльмира и занималась в данный момент. Вот идёт долговязый красавчик со светлыми волосами, постриженными в форме каре. “Интересно, а, может быть, он эльф? А что, если я попрошу его показать уши?” Эльмира хихикнула. Парень задержался на ней взглядом, но, заметив стекающий по подбородку жир, брезгливо отвернулся. “Скатертью дорожка, эльф. Интересно, а как выглядят орки?” Просканировав толпу, Эльмира остановила взгляд на приземистом мужчине с мясистым лицом. “Ну и чем он не орк? Надо будет поискать картинки, а то любопытно даже”.

Наблюдая за проходящими людьми, Эльмира задумалась о том, как легко ошибиться в человеке, если судить только по его внешности и словам. Она вспомнила о Максе. Вообще, в последнее время она слишком часто думала о Максе. Издалека он был слишком ярким, броским, язвительным, в его почти театральном белом костюме, а вблизи оказался таким тёплым и неожиданным.

Эльмира вспомнила, как смешно они выглядели, когда появились в прибрежной гостинице острова Орн, ободранные и растрёпанные. Макс — в пижамных трусах и футболке, Эльмира — в шортах и майке и Найли — в её ободранном платье из простыни. Интересно, что подумали о них редкие прохожие на набережной? Сначала метрдотель попытался выпроводить их, но, к счастью (или к несчастью?), кто-то из постояльцев узнал Эльмиру и подбежал к ней за автографом. Им тут же разрешили остановиться в гостинице и даже помогли связаться с банком.

Они с Максом провели в гостинице четыре дня, выхаживая Найли. Та ругалась и настаивала, что их опека ей не нужна, но при этом часами сидела в кресле, подобрав ноги и глядя в одну точку. Они с Максом заталкивали в неё еду, потом заставляли гулять по пристани и говорить о будущем притворно оптимистичными голосами. Вот тогда-то, когда им не имело смысла больше притворяться, Макс стал совсем другим — заботливым, сильным и удивительно добрым. Он всё время был рядом и без устали пытался развеселить Эльмиру, надсмехаясь над безрадостным положением дел. А как он заботился о Найли… Даже слишком. В конце концов, Найли не смогла больше терпеть их настойчивую заботу. На пятый день их пребывания на острове Орн, вернувшись в гостиницу после завтрака, они обнаружили, что она сбежала.