Только не ты + бонус (СИ) - Морская Лара - Страница 32

— Прошу тебя, Алли, будь другом, купи вкусненького. Я бы вышел, но у меня скоро эфир для Азии. — Умоляюще сложив руки, Люкас бросил деньги на кухонный стол. — Я покупаю! — объявил гордо.

Ну да, он покупает, а я выбираю и тащу домой.

Сначала я погуляла по городу, это уже стало ежедневной традицией. Потом нашла продуктовый магазин, закупилась на пару дней, еле дотащила мешки до дома. В следующий раз заставлю Люкаса пойти со мной, ему полезно будет, а то живет, как вампир, дневного света не видит.

Открыла входную дверь, подхватила мешки и вошла в прихожую. Дверь Люкаса открыта, значит, он на кухне. Небось, еду ждет!

— Мама пришла, ням-ням принесла! — объявила весело. Сейчас сосед налетит и съест половину еды прямо из пакетов.

На кухне заскрипел стул, раздались шаги.

Я поставила мешки на пол и наклонилась расшнуровать ботинки.

— Неси мешки на кухню, только сразу все не съедай, я хочу вкусненькое приготовить, — проворчала добродушно.

Я узнала его по запаху. Одеколон и шерсть. Александр Гранд наклонился, собрал мешки и понес их на кухню. Без слов. Без приветствий.

Я замерла с ботинком в руке. Сначала в голову полезли всякие страхи, типа он пришел, чтобы мне угрожать, и прочее. Но я быстро встряхнулась. Для этого у Гранда есть Лоренс, сам он не станет марать руки. Уже один раз замарал и не только руки, а потом передал эстафету своему французу на побегушках, чтобы тот меня запугивал.

Что он здесь делает?

Меня тошнит от его запаха.

Доковыляла до кухни в одном ботинке, не стала тратить время на раздевания. Острая потребность вышвырнуть Гранда на улицу зудила под кожей, как чесотка. А ботинок на ноге понадобится, чтобы дать ему под зад.

Гранд деловито расставлял пакеты на столе, заглядывал в них, принюхивался. Люкас стоял у окна и смотрел на меня с таким ужасом, словно я держала в руках мачете и собиралась его обезглавить. Не стану врать, такое желание имеется. Красноволосый поганец видел фотографии Гранда и знает, как я к нему отношусь, а все равно впустил его в квартиру.

— Алли, тебе чай заварить? Тут к тебе зашли… поговорить… ты если что, зови, я у себя, — нервно затараторил Люкас и, тут же забыв, что предложил мне чай, протиснулся в коридор.

Я не стала его останавливать. Наоборот, повинуясь внезапному витку паранойи, прикрыла за ним дверь. А то, зная мою удачу, снова случится какая-нибудь фигня. Окажется, что в коридоре камера и наш с Грандом разговор попадет в сеть… Не судите строго, мое недавнее прошлое создало благодатную почву для паранойи.

— Мистер Гранд!

Он достал из пакета банку соленых огурцов, посмотрел на этикетку и вопросительно поднял брови.

— В холодильник? — спросил, словно мы женаты много лет и вместе ходим в магазин.

— Да.

Я доковыляла до стула, села и сложила руки на груди.

Александр достал упаковку кексов и положил передо мной. После этого аккуратно сложил многоразовый пакет и огляделся по сторонам.

— Положите у раковины.

Послушался. Нет, не просто послушался. Оторвал пару бумажных полотенец, вытер поверхность и положил на нее аккуратно сложенный пакет.

Из следующего достал гель для душа, шампунь и тампоны.

Приподняв одну бровь, посмотрел на меня.

Я кивнула в ответ на немой вопрос. Не волнуйтесь, мистер Гранд, у нас не будет общего потомства.

Даже тампоны его не напугали, деловито положил их на стол рядом с кексами.

Разгрузив последний мешок, показал на чайник.

— Кофе? — спросил без улыбки.

— Давайте лучше я вам, — усмехнулась в ответ, не вставая с места.

Невероятно, что с нами делает время. Совсем недавно я сходила с ума от скандала Кофегейта, а теперь шучу об этом в присутствии моей случайной жертвы.

— Много молока и снотворного? — усмехнулся Александр в ответ.

Смеяться расхотелось.

Да, мне лучше. Да, я сплю по ночам и уже не плачу. Но я ношу на себе, прямо на груди, в самом центре, пучок оголенных нервов. Случайное слово, упоминание, дуновение мысли — и все. Как удар током. Запускается цепь воспоминаний, которые скидывают меня во тьму.

Наш воображаемый мир — всего лишь хрупкая фантазия. Порой самый невинный поступок — случайное слово, чашка кофе, ночной поход в туалет — может разрушить все, к чему мы стремились, во что верили. С этим осознанием трудно жить.

Вот и сейчас первая шутка про кофе показалась забавной, я даже возгордилась своей выдержкой, а последние слова Гранда отбросили меня в прошлое. Но я держусь. Сижу, скрестив ноги, покачивая единственным ботинком, и жду объяснений Александра.

Мне хочется вцепиться в его смазливую рожу, избить до беспамятства, чем попало, привязать его к столу, чтобы не сбежал, и орать, пока не охрипну. Пока он не поймет, как отвратительно со мной поступил. Дважды.

Но я вежливо и бесстрастно смотрю на его вежливое и бесстрастное лицо.

Александр сел рядом, кофе он так и не сделал.

Покрутил в руке упаковку с кексами.

— Фанаты твоего зада удивятся, что ты ешь углеводы, — сказал насмешливо.

Я не ответила и не отвела взгляд. Почему я сразу не заметила, какие холодные у него глаза? Морщинки смягчают взгляд, делают человечнее, улыбка очаровывает, но это наносное. Игра, которой он научился за годы бизнеса.

— Алена!

Сижу, покачиваю ногой. Александр чуть склоняет голову, одобряя мое хладнокровие. А чего горячиться? Кроме жизни, отнять у меня нечего, но и он не крестный отец мафии.

— Дер+мовая у тебя квартирка.

Молчу.

Накричать бы на него, вцепиться в волосы, в глотку и трясти изо всех сил… Помню, как дрались в детском саду, от души, не думая о последствиях. Вот бы снова так. Врезать Гранду, а потом завыть зверем. Мое давление, наверняка, зашкаливает, столько всего в себе сдерживаю.

Но я не доставлю удовольствия Гранду, не позволю меня спровоцировать. Не хочу ни мести, ни справедливости судьбы, только чтобы Александр ушел как можно скорее и никогда не возвращался. Я ненавижу его. За злой умысел, за грязную игру, за несправедливость. Ненавижу и боюсь тоже, немного, но все-таки. Такие, как он, ни перед чем не остановятся, если что-то задумали.

А он здесь не просто так, а в поисках новой мести. Ведь ему снова не удалось меня растоптать, я выплыла на поверхность. Задницей вверх.

Александр постукивает по столу длинными пальцами. Поневоле вспоминаю, где они были… как они… нет, больше не вспоминаю. Никакого романтического флера, только неприязнь и глубокое разочарование. И в нем, и в себе, потому что сразу не разгадала, какой он на самом деле. Придумала влюбленность на свою бедовую голову и вовремя не очухалась.

— Что вам нужно? — спросила, не желая, чтобы Гранд принял тишину за гостеприимство.

— У меня есть давний соперник. Я перекупил акции его компании, и он отомстил, подослав подставного фотографа.

— Вы рассказали об этом полиции? — Внезапно я забываю о неприязни к Гранду, мне не до него. Ведь если разоблачат виновников, то можно будет доказать мою непричастность к преступлению.

Александр усмехнулся, но взгляд остался холодным.

— Я привык сам заботиться о справедливости.

— В вашем определении.

— Именно так, — невозмутимо согласился он.

— А мне вы об этом рассказываете, потому что… — вопросительно поднимаю брови.

— Захотелось.

— Я не знаю ваших противников, и я не причастна к их мести.

— Это ничего не меняет. Например, того, какую роль ты сыграла в моей жизни. Ты купилась на заигрывания смазливого фотографа и испортила мою жизнь. Забрызгала меня отвратительной грязью…

— Вашей собственной грязью, мистер Гранд. Поступки ваши, фотографии ваши и женщины тоже. Даже если газеты исказили информацию, суть от этого не меняется.

Гранд сверкнул глазами, и я чуть не подавилась воздухом. Молчи, идиотка! Тебе что, мало его прошлой мести?!

— Вы отомстили мне дважды, не так ли? — спросила, не сдержавшись.