Только не ты + бонус (СИ) - Морская Лара - Страница 92

— Само собой. А насчет Алены?

— Что скажешь, если я женюсь?

Лоренс философски хмыкнул и пожал плечами.

— Такое дер+мо случается даже с лучшими из нас.

— Спасибо, поддержал.

— Я правильно понял, что Алена об этом не знает?

— О том, что я собираюсь на ней жениться? Нет, что ты, ей лучше об этом не знать.

— Пока или вообще? Я голосую за второй вариант.

— Неплохая идея, так Алена будет меньше сопротивляться. После третьего ребенка признаюсь, что мы давно женаты.

— Третьего ребенка? — на лице высокомерного и грубого Лоренса появилось сочувствие. — Хочешь переиграть прошлое своей семьи и сделать все правильно?

— Наверное. — Александр нахмурился. — А еще я хочу сделать так, чтобы Алена меня не забыла.

Лоренс сухо усмехнулся.

— Заверяю тебя, мон ами, ты и так уже достаточно постарался. Разгребай свое дер+мо, а я отдам Алене паспорт и отвезу ее в город. Время покажет, что к чему.

Глава 11. Не отпускай меня

Спустя недели

— Красота — это наука. Ее не разложить на составляющие, не разбить на набор формул, потому что каждая женщина уникальна…

Голос отражается от стен, окружает сочным эхо. В конференц-зале уникальная акустика. Во время пауз слышен тихий звон — освещение, аппаратура и чистая человеческая энергия.

Передо мной десятки лиц, внимательных, заинтересованных.

— В лечении липодистрофии, известной нам под названием целлюлит, применяют ряд методов, целью которых является разрушение жировых капсул и повышение эластичности кожи. Однако необходимы новые эффективные средства для решения этой проблемы, волнующей миллионы женщин. Поэтому наша совместная научная лаборатория планирует исследовать вещество, полученное из уникального местного мха Sphagnum perilatum в целях повышения уровня коллагена в зонах развития липодистрофии. Предварительные данные показали…

В первом ряду под самой сценой сидит Каз, молодой химик. Он родился в Катманду и закончил местный университет. Мы сразу подружились. Каз показал мне достопримечательности и помог наладить связи с местными жителями — удивительными, мудрыми и проницательными. По выходным мы гуляем по городу, иногда собираемся друг у дружки дома, ужинаем и…

Да, мы играем в игры. В том числе, «Из двух зол». Меня попросили научить местных жителей какой-нибудь игре, и ничего лучше в голову не пришло.

То, как Каз смотрит на меня сейчас…

Моргнув, я переключаю слайд и какое-то время не могу сориентироваться. Меня смущает восторженный мужской взгляд. Однажды, сто событий назад, я так смотрела на Гранда. Вот и еще одна история, сделавшая полный круг, чтобы вернуться ко мне.

Каз называет мой голос бархатным, а акцент — певучим. Он сравнил меня с актрисой, местной звездой, имя которой я записала, чтобы потом долго разглядывать в интернете. Каз посмотрел все записи нашего с Люкасом канала и купил упомянутые игры.

Он создал себе кумира, хотя мы ровесники. Когда я смотрю на него, вижу себя в прошлом, и это невероятно, словно со дня встречи с Александром прошло двадцать лет.

О чем я? Ах да, целлюлит. В жизни нет ничего случайного, все закономерно и взаимосвязано. Так получилось, что я посвящаю свою стажировку усовершенствованию… все тех же частей тела, благодаря которым однажды прославилась. Коллеги ищут средства для замедления старения, но после моего приезда у них возникла новая идея. Мы праздновали мое прибытие в ресторане, и, выпив щедрые порции чанга, местного алкоголя, сотрудники смущенно упомянули прошлое. А я не стала стесняться, и мы повеселились на славу. Посмеялись о моем невероятном везении, о Кофегейте и о «русской попке». А потом, осмелевшая от алкоголя и смены часового пояса, я постучала бокалом по столу и громко спросила: — А теперь скажите, господа ученые, какие замечательные средства вы разработали для ухода за моим знаменитым тылом?

Коллеги не засмеялись, наоборот, как-то странно переглянулись, а на следующий день подали заявление на расширение проекта, чтобы проверить эффективность нового вещества в лечении целлюлита. Мне предложили присоединиться, а сегодня даже доверили выступить на ежемесячной научной конференции исследовательского центра.

Под аплодисменты я спускаюсь со сцены и сажусь рядом с Казом, который занял мне место.

— Ты так здорово выступила! — шепчет он. — Ребята просят, чтобы ты провела семинар и научила нас делать презентации. Пожалуйста! Ты ведь тоже не англичанка, ты такая как мы, а выступаешь как профессионал.

Я не поворачиваюсь к Казу в надежде скрыть румянец смущения.

Парень продолжает говорить комплименты, но я отвлекаюсь, потому что ощущаю на себе пристальный взгляд. Оборачиваюсь — и на секунду вокруг пропадают звуки. Александр стоит в дверях зала и смотрит на меня. Он одет тепло, не по погоде, похоже, только с самолета. То, каким взглядом он смотрит на нас с Казом, заставляет меня ерзать на стуле. Как назло, приятель склоняется ближе, обсуждая произношение какого-то слова.

Ничего страшного! Раз я смогла пережить последние недели, то и Гранд не лопнет от эмоций!

Александр закончил поджаривать меня взглядом, развернулся и вышел из зала. О своем приезде он не предупредил ни меня, ни начальство, это не в его стиле. Зато в его стиле вмешиваться в мою жизнь в самом прямом смысле слова. Например, после моего приезда в Катманду всех работников компании переселили в престижные апартаменты с охраной. По понедельникам мне доставляют посылки из магазина европейских продуктов со всякими деликатесами, а по пятницам — цветы.

Я уже говорила, что Гранд — опытный игрок и знаток женских сердец? И мерзавец тоже, с этим все без изменений, хотя я и не питала ложных надежд, что мне удастся его перевоспитать.

Гранд здесь…

Мог бы и предупредить, что приедет. Я бы хоть… нет, наряжаться бы не стала. Или…

Пусть не думает, что я скучала! Работа поглотила меня целиком. Все настолько интересно, что я почти не думала об Александре. Почти не вспоминала последнюю неделю перед моим отъездом, а особенно ту ночь, когда Гранд появился в квартире Люкаса под утро, стиснул меня с такой силой, что затрещали кости, и сказал: — Тебе надо срочно уехать, иначе, клянусь, я тебя не отпущу. Прикую к постели в моей квартире. Ты меня знаешь, я не шучу!

В те дни он ожесточился, был груб и придирчив к каждой мелочи. Только когда навещал меня и лежал рядом в постели, постепенно расслаблялся. Засыпал, вздрагивая во сне, и ни на секунду не размыкал объятия.

Мы скрывали наши отношения в целях безопасности. Это оказалось на удивление легко, потому что нет их, тех самых отношений, и Гранда тоже не было, причем очень долго. Что тут скрывать?

Вот я о нем и не вспоминаю. Особенно о том, как он проводил меня в аэропорт, подмигнул и сказал: «Читай обо мне в газетах!» Кто так прощается??! Я уже говорила, что Гранд — мерзавец?

Я бы совсем о нем не скучала, но мешают мелочи.

У директора исследовательского центра такой же пиджак, как у Гранда.

Дочку сотрудницы зовут Фрея.

В комнате отдыха такой же ковер, как в приемной Александра.

Вчера на обед я ела овощное рагу, которое мы однажды обсуждали.

Мой новый телефон заканчивается на 313, как и телефон Гранда.

Когда я только приехала в Катманду, меня поселили в Гранд-отеле.

В трех кварталах от жилого комплекса есть улица с длинным названием, которое заканчивается на «гранд».

В местном торговом центре продают одеколон Александра. Узнала я об этом случайно: перенюхала все имеющиеся и нашла. Но не купила, конечно. С какой стати? Я же не последняя дурочка, чтобы покупать мужской одеколон и нюхать на ночь? Или распрыскивать по постели… или…