Задержавшиеся (СИ) - Морская Лара - Страница 18

У меня возникло весьма неприятное подозрение, но мне очень, очень не хотелось ему верить. Однако, когда Дион вернулся, оказалось, что дела и вправду обстояли очень неприглядно.

— Извини, что я тебя оставил. Этот кретин Лиссон побежал искать мага, чтобы проверить меня на приворот! Как будто он не знает, что на мне семейная защита. — Дион достал небольшой кристалл из-за ворота рубашки, но в этот момент заметил выражение моего лица. — Что с тобой? Ты расстроилась?

— А как ты думаешь, что со мной? Анри Лиссон считает, что я могу привлечь мужчину только при помощи приворота. Мне это, мягко говоря, неприятно.

— Не знаю, что на Лиссона нашло, но тебе не о чем волноваться. Я за тобой волочился бы, даже если бы у тебя не было … — С опозданием поняв свою оговорку, Дион замер с открытым ртом.

Легко рассмеявшись, я ущипнула его за плечо.

— Расслабься. Нам с тобой незачем притворяться.

Дион закрыл лицо руками, и его плечи затряслись от смеха.

— Я идиот.

— Есть немного.

Подмигнув Диону, я отошла в сторону. Горькая обида закипела в моей груди, грозясь вылиться потоком слёз. Я понимаю, что Анри не мог слышать того, что я предложила своему будущему мужу спать с другими женщинами. Я понимаю, что, как и все остальные обитатели дворца, Анри прекрасно представляет себе, кем является Дион Плезаль. Однако поведение Анри оскорбило меня. Неужели так трудно поверить, что я могу понравиться мужчине с первого взгляда?

Я медленно прошлась по зале, пытаясь успокоиться. Анри Лиссон публично отвёл Диона к магу, чтобы проверить его на приворот! Как будто без приворота у такой женщины, как я, не может быть никаких шансов? Присмотревшись к себе в одном из зеркал, я не нашла причин для расстройства: стройное гибкое тело, красивое лицо. Что же со мной не так? Я почувствовала, как слёзы подступают всё ближе, и решила держаться около выхода. На всякий случай. Плакать перед ними я не стану.

Пора заняться делом. Придворного мага я видела впервые, и мне следовало проверить его, чем я и занялась. Подойдя к нему непозволительно близко, я убедилась, что этот лысеющий, добродушный мужчина в основном промышляет приворотами, бытовой магией и иллюзиями и уж точно и понятия не имеет о творящихся вокруг него ритуалах.

Боковым зрением я заметила, как секретарь герцога внёс какие-то изменения в план рассадки гостей. Как я и ожидала, герцог принял меры и разъединил нас с Дионом. Надо же, как он заботится о своих подданных, защищает их от женихоискательниц, которых пока ещё не благословила богиня. Неужели даже герцог настолько верит в предсказания? Меня посадили невдалеке от герцога, а Диона отправили в самый конец стола, вместе с госпожой Плезаль.

— Как ты думаешь, что тебе сегодня предскажут? — спросил меня герцог за обедом.

— Я не знаю, мне никогда не делали предсказаний, Ваша Светлость. — Я покорно склонила голову.

Одам злобно ощерился: — А что у вас на севере могут предсказать, кроме плохой погоды и инцеста?

— Ты волнуешься? — Герцог проигнорировал замечание сына.

— Конечно. — Я честно посмотрела ему в глаза.

— Хочешь остаться в Алалирее?

Я почувствовала, как к глазам снова подступают слёзы.

— Больше всего на свете, — дала я искренний ответ.

Поймав непонимающий взгляд Анри, я упёрлась взглядом в тарелку. Жить простой жизнью в таком прекрасном месте — как же можно об этом не мечтать? Я бы, конечно же, поселилась вдали от дворца. Если бы в Алалирее не было чёрного зла, если бы я могла всегда чувствовать тёплое, обволакивающее волшебство богини, если бы жители Алалиреи хоть попытались заслужить то, что дарила им Алали. Если бы.

Кто-то погладил меня по руке. Я осторожно подняла глаза: сидящая напротив меня госпожа Лиссон смотрела на меня по-матерински добрым взглядом.

— Я уверена, что твоё предсказание будет прекрасным. Вот увидишь, богиня тебя не оставит. — Гости замолчали, с интересом прислушиваясь к неосторожным словам госпожи Лиссон. Демонстративно задрав подбородок, она громогласно объявила: — Я настолько уверена в благополучном исходе сегодняшнего вечера, что приглашаю тебя завтра утром на завтрак в загородное поместье семьи Лиссон. Тебе там очень понравится.

Гости синхронно повернули головы, ожидая моего ответа.

— Спасибо вам, госпожа Лиссон, с удовольствием.

Выбора у меня всё равно не было. Отклонить такое приглашение было бы верхом неприличия.

Летиция Лиссон отпустила мою руку и села, бросив своему сыну: — Я отправлюсь домой после обеда, а ты привезёшь Джулию к завтраку.

Анри бросил на меня злой взгляд. Кто бы сомневался, что госпожа Лиссон сумеет воспользоваться обстоятельствами, чтобы заставить нас с Анри провести время вместе. Всё это очень даже кстати, так как это даёт мне возможность снова проверить Анри, а также побывать в его загородном доме.

Всё остальное время до самого вечера я провела в попытках контролировать свои нервы. Мысль о том, что через несколько часов меня заставят покинуть Алалирею, заставляла страх смыкаться на моей шее удушающими щупальцами. Мой сундук так и остался наполовину запакованным, чтобы при необходимости я смогла забрать с собой всё самое нужное. Тех, кто был неугоден богине, сразу же выгоняли из Алалиреи. Представляю, как они накинутся на меня, если вещунья объявит меня самозванкой!

Надо признать, что Дион вёл себя очень прилично: почти не флиртовал с другими женщинами и, время от времени, улыбался и посылал мне воздушные поцелуи. Магда пыталась меня разговорить, но, в конце концов, сдалась и попросила слугу принести мне успокаивающего чая. Одам поглядывал на меня с плохо скрытым злорадством, герцог хихикал и бросал взгляды на моё декольте, а Анри задумчиво выстукивал на столе какую-то мелодию. Никогда ещё я не видела, чтобы столько придворных были всецело поглощены предвосхищением магического действа.

После обеда слуги убрали обеденные столы, расставили стулья по большому кругу и приглушили свет. Я стояла у окна, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце.

«Богиня Алали, помоги мне, ты же знаешь, что мне важно закончить это расследование. Не заставляй меня уезжать из Алалиреи с позором. Я не нарушу ни одного правила, обещаю тебе. Мне необходимо довести это дело до конца, я дала обещание королю Александру».

Эти тихие слова были самой искренней молитвой, которую я когда-либо произносила. В каждое слово был вложен кусочек моей души.

В залу ввели вещунью, пожилую женщину с длинной седой косой и бельмом на левом глазу. Я впилась в неё глазами, не зная, чего ожидать. Она села на стул в центре круга, опершись на поставленный перед ней низкий столик, на котором были зажжены четыре свечи.

Зрители замерли.

— Иди ко мне, девочка.

Дрожа всем телом, я подошла к вещунье.

— Стань передо мной на колени.

Приподняв юбку, я последовала её указу.

— Затуши первую свечу своими пальцами.

Я подняла ледяную, непослушную руку и послушно сжала пламя между первым и указательным пальцами. Пламя погасло, выпуская завиток сладкого дыма. Вещунья замерла, потом встрепенулась: — Быстро затуши остальные.

Я повторила свои движения. В комнате повисла тяжёлая тишина, которую прервал звонкий смех вещуньи.

— Я долго ждала встречи с такой, как ты. Вот она, твоя судьба, смотри.

Что она имеет в виду? Что никогда раньше не встречала сенивисс? Она, которая говорит голосом богини, не знает все её секреты? Или она имеет в виду что-то другое? Я не успела удивиться её словам, как женщина вытянула руки ладонями вверх, и все четыре свечи снова заплясали оранжевым огнём. В зале раздался изумлённый вздох, как будто в этом крохотном проявлении магии крылся какой-то особый смысл.

— Туши свечи, деточка, туши снова и снова, но тебе их не потушить. Богиня слышит тебя. Не теряй веры, и всё будет так, как тебе мечтается. Только не теряй веры.

Плохо осознавая свои действия, я протянула дрожащую руку и, одну за другой, снова потушила четыре свечи, и они снова вспыхнули горячим огнём. Да, я понимаю, что в этом не было ничего необычного, но таинственность действа, жар её слов и неимоверная сила моего напряжённого ожидания сделали этот момент незабываемым. Вокруг меня десятки придворных задержали дыхание, благоговея от своей причастности к таинству общения с богиней.