Задержавшиеся (СИ) - Морская Лара - Страница 39

Сначала я испугалась, но потом, после полученного от Арсентия выговора, поняла, что мне придётся найти способ ужиться с моим даром, а не сидеть взаперти в ожидании верной смерти. Всё встало на свои места, когда Арсентий спросил меня:

— Если бы у тебя был выбор: иметь дар сенивиссы или не иметь никакого дара, что бы ты выбрала?

Вот так я примирилась с моей участью сенивиссы. Раз уж этот дар был моим, то, значит, на это были свои причины.

Арсентий быстро подключил меня к делу, поручив мне несколько расследований его ведомства. Моя мечта стать прекрасной магиней, в развевающемся белом платье с искрами магии, слетающими с моих чутких пальцев, быстро осыпалась к моим ногам. Мой дар, о котором я так беззаветно мечтала, оказался кошмаром. Сильная магия настырно коверкала моё здоровье. Синюшно-бледная, подавляя тошноту, я кралась по вонючим задним дворам Шиана, следуя за очередной магической нитью. В такие минуты я была больше похоже на ободранного, грязного пса, чем на тот соблазнительный женский образ, о котором так мечтала с детства. По мере приближения к источнику мне становилось всё хуже и хуже. Когда я, наконец, указывала сопровождающим меня боевикам на источник враждебной магии, я бессильно падала на землю. Особенно меня доводили некроманты. Их магия неизменно выворачивала мой желудок наизнанку. Однажды, указав боевикам на подвал, где некромант проводил свои ритуалы, я скорчилась на грязной мостовой, и тогда сам некромант, который как раз возвращался домой, поспешил мне на помощь. Какая чудная ирония судьбы! От этого мне стало только хуже, и я не преминула отомстить ему за принесённые неудобства, впечатав колено в его солнечное сплетение.

Вот она какая, жизнь сенивиссы.

Как я уже говорила, можно спасти себя от беды, но нельзя спасти себя от мечты.

А потом Арсентий отправил меня учиться. Магическая академия Шиана вполне соответствовала характеру самой столицы: тёмно-серые каменные строения с высокими шпилями, мощёные мостовые, прямоугольные сады. На всём ощущалось дыхание богатого, но строгого королевского стиля. Арсентий принял решение не разглашать информацию о моём даре, для моего же собственного благополучия и для блага ведомства, поэтому только узкий круг сотрудников знал о том, что в Шиане появилась сенивисса. Помогала я многим, но обращались ко мне через посредников. А обучали меня по закрытой программе. Звучит красиво, правда? На самом деле, ничего хорошего в этом не было. Несмотря на то, что меня освободили от большинства практических занятий, где применяли магию, в академии магия была везде. Некромантия, боевая магия, силовые ритуалы были настоящим проклятием для сенивиссы, поэтому следующие три года моей жизни я провела в состоянии постоянного недомогания. Бледная, тихая, но бесконечно загадочная для своих однокурсников. Мою ауру пытались прочитать все, причём постоянно, и блоки порой не выдерживали такого мощного натиска. Моё особое положение в академии вызывало неприязнь и любопытство, и из-за этого оказалось невозможным завести друзей. Так как других магических талантов у меня не наблюдалось, целью моего обучения являлось познание всех используемых видов магии и выработка способности их определять. В конце каждого курса меня экзаменовал сам Арсентий, заставляя расшифровывать магические выходки бесконечного числа ни о чём не подозревающих адептов и преподавателей. Экзамен мне не засчитывался, пока мне не удавалось определить малейшие детали проведённых ритуалов.

Отношения с мужской частью академии оказались неприятным испытанием. Окружавший меня ореол таинственности привносил азарт в их и так нескучное существование. Они засыпали меня приторными комплиментами и, один за другим, приглашали на свидания. Как только мы оставались одни, они тут же переходили к единственному интересующему их вопросу.

— Лекси, а какой магией ты обладаешь?

Некоторые не могли дождаться свидания и спрашивали об этом ещё до того, как заручиться моим согласием.

— Лекси, я бы хотел встретиться с тобой после занятий. Ты согласна? Кстати, напомни мне, ты ведь маг водной стихии, не так ли?

Такие ситуации возникали постоянно.

Однажды, в самом начале первого курса, когда я спешила по коридору, меня окликнул незнакомый мужской голос:

— Лекси!

Я обернулась.

— Лови! — Парень бросил в меня шаровую молнию.

Глядя на моё бессознательное тело, распластанное на полу, он задумчиво повернулся к друзьям: — Я же говорил вам, что она не боевой маг, и на ней нет силовой защиты.

Мне потребовалось три недели в лечебнице, чтобы полностью восстановиться. Адепт так и не извинился. Арсентий бесился, виновато кряхтя и не отходя от меня ни на шаг.

— Я — полный идиот и постоянно забываю, что ты ничего не можешь сделать сама. Это моя вина, но больше я такого не допущу.

Он притащил мне целый набор того, что я впоследствии прозвала “игрушками”: кристаллы отвлечения, пластины переноса, распылители ауры, матрицы иллюзий и магические контуры. Тогда же он наложил на меня защиту и укреплял её раз в год им самим придуманными добавками. К счастью, защитную магию я переносила без проблем, да и всякие безобидные контуры и иллюзии привлекали моё внимание только если я на них настраивалась.

Наши отношения с Арсентием были самым близким человеческим контактом, который я знала со времени смерти моих родителей. Он был строгим и требовательным наставником, но при этом заботился обо мне с надёжным постоянством. Когда я пыталась его поблагодарить, он злился. Вообще, он неодобрительно относился к проявлению каких-либо эмоций. Он учил меня быть трезвой, логичной и никогда не терять самообладания.

Однажды я спросила Арсентия, почему он не женится.

— У меня нет времени, — отмахнулся он.

— Неужели тебе не хочется иметь детей?

Арсентий улыбнулся: — Для того, чтобы заводить детей, не обязательно жениться.

Я покраснела.

Усмехнувшись, он добавил: — Иногда для этого даже не нужно быть рядом с женщиной. Просто в один прекрасный день у тебя появляется ребёнок. — Он выразительно посмотрел на меня. — Дочь… ну, или сын.

Больше к этой теме мы не возвращались. Я посчитала этот памятный разговор нашим первым и последним выяснением отношений. Арсентий относился ко мне, как к своей дочери. Я всегда чувствовала это по тому, как внимательно и требовательно он относился ко всему, что со мной происходило. Однако услышать это от него самого было замечательно. Осознание этого навсегда наполнило меня теплой радостью и уверенностью в себе.

На втором курсе я познакомилась с Сером Брионом. Со стороны это выглядело, как самое обычное студенческое знакомство. Сер был третьекурсником и пользовался значительным успехом у адепток. В академии шутили, что среди адепток девственность считается грехом и карается встречей с Сером Брионом.

За какую-то провинность Сера заставили помогать на лекциях по промышленной магии. Видя, как я безуспешно сражаюсь с куском металла, который мне полагалось расплавить, он подошёл ко мне и незаметно дотронулся до моей руки. Я почувствовала, как во мне заискрилась его энергия. Подмигнув мне, он вернулся на кафедру. Я улыбнулась: впервые кто-то вот так, просто, без причины поделился со мной магическим потенциалом. Мне это, конечно, помочь не могло, так как это всё равно, что наливать вино в дырявый графин, но он-то об этом не знал. Мелочь, а приятно.

Его энергия бурлила во мне до конца дня, не находя выхода, и, засыпая, я видела перед собой его хитрую улыбку.

— Кто тебя так накачал энергией, а главное — зачем? — рассердился Арсентий. — Ты не можешь ни на чём сосредоточиться и меня отвлекаешь.

— Сер Брион, — мечтательно сказала я.

— Ну вот, началось, — пожаловался Арсентий, корча кислую мину. Задумавшись, он осмотрел меня долгим взглядом. — Сколько тебе лет?

Я застыла с открытым ртом: — Что? Ты не знаешь, сколько мне лет? Ты же мне, как…. — Я осеклась.