Задержавшиеся (СИ) - Морская Лара - Страница 44

— А это?

— Ваше Величество, я думаю, что эта шкатулка принадлежала вашей матери, так как она заговорена на ауру, в которой есть определённые сходства с вашей.

— На что она заговорена?

Глаза мужчины блестели от возбуждения, и в полутёмной комнате казались двумя влажными чёрными ягодами.

— На душевное успокоение. Ваша матушка много страдала?

Александр отобрал шкатулку и повернулся к магу.

— Я хочу, чтобы она переехала во дворец. — Он ткнул в меня пальцем и обратился к Арсентию так, как будто я была неодушевлённым предметом.

Я почувствовала, как паника поползла по моей коже, словно морозные узоры по окнам.

— Ваше Величество, мы сделаем так, как вы пожелаете. Я бы хотел попросить Лекси закончить расследование, а потом мы обсудим вашу просьбу.

— Оставайтесь на обед, а после мы обсудим её переезд.

Когда мы вышли из покоев короля, я умоляюще посмотрела на Арсентия.

— Я не могу здесь жить. Пожалуйста, я тебя умоляю, я сделаю всё, что ты хочешь. Я здесь задохнусь. Пожалуйста…

Непрошенные слёзы нарисовали витиеватые дорожки на моих щеках. Только не это! Все эти люди, бесконечные праздные толпы придворных, глазеющих на тебя, сплетничающих, завистливых. Нет, я этого не вынесу.

— Успокойся, Лекси, я знаю. Не паникуй раньше времени. Закончи осмотр дворца и постарайся хоть немного поспать. После обеда мы со всем разберёмся. Кстати, ты нашла что-нибудь интересное во время осмотра дворца?

— Ничего, что может повредить королю, но много всего противного. В этом дворце есть всё самое лживое, самое худшее, что я так презираю в людях. Я никогда не смогу здесь жить.

— Я знаю, Лекси.

И я знала, что Арсентий мне не солгал. Как замечательно, когда в твоей жизни есть человек, который понимает тебя лучше, чем кто бы то ни было. Которому небезразлично твоё счастье.

Поспать мне так и не удалось. Как только я устроилась в одной из гостевых комнат, меня вызвала королева Марта для осмотра её покоев. Ничего интересного я там не нашла, но, вернувшись обратно, заснуть уже не смогла.

На обеде присутствовало как минимум сто человек. Залу заполнял неимоверный шум голосов, прерываемый клацаньем столовых приборов и волнами неестественного смеха. Меня посадили напротив Арсентия, в конце одного из длинных, прямоугольных столов. Сидящая рядом со мной дама средних лет, обильное тело которой было затянуто в бархат, неодобрительно поглядывала на мою одежду. Поморщившись, я сделала большой глоток вина и скоро почувствовала, как шум голосов сначала отдаляется от меня, а потом накатывает приятными волнами. Я захлопала глазами, пытаясь отогнать сон, и вспомнила, что со вчерашнего дня ничего не ела. Терпеливо дожидаясь, когда слуги донесут до меня блюда с едой, я сделала ещё один большой глоток вина.

Арсентий обеспокоенно посмотрел на меня:

— Ты так и не заснула?

— Со мной всё в порядке.

Я выдавила из себя улыбку. Наблюдая, как дородная дама на другом конце стола отрезает себе большой кусок дичи, я еле сдерживала нетерпение. Скорей бы слуги добрались до меня, а то я сейчас грохнусь в обморок.

— Лекси, что с тобой? — Арсентий наклонился ко мне через стол.

— Я в порядке… — Я тряхнула головой, — … мне только нужно на минутку выйти.

Помутившимся взором я наметила путь к двери и вышла из залы нетвёрдой походкой. Я только присяду здесь за дверью на минутку…

Очнулась я в аду. По крайней мере, именно так я представляю себе ад. Весь мир дёргался вверх-вниз, нагоняя на меня волны тошноты. Что-то сжимало мои колени и плечи. Я дёрнулась и закричала, пытаясь остановить эту безумную пляску пространства.

— Осторожно! Не пугайтесь! Сейчас я вас отпущу, — сказал мужской голос где-то надо мной. — У вас очень дурная привычка сидеть под дверьми. — Ник, привлекательный и очень настойчивый лекарь, положил меня на постель. — Вам повезло, что я заметил, как вы, пошатываясь, вышли из залы. Вы сели на пол и сразу потеряли сознание. Как вы себя чувствуете?

— Замечательно. Вам не следовало за мной выходить.

— Но раз уж я вышел, то позвольте о вас позаботиться.

Я старалась не смотреть в его серые глаза, в которых отражались блестящие лучи магического шара. Казалось, что из них можно ложками черпать спокойствие. И силу. Всё то, в чём я так нуждаюсь. Спутанные светлые волосы отсвечивали металлическим блеском, и мне хотелось запустить пальцы в непослушные пряди на лбу.

Самая опасная сила мужчин в том, что они делают нас слабыми.

— Куда вы меня принесли?

— В одну из гостевых комнат.

— Спасибо. Теперь оставьте меня.

— Мне бы хотелось сначала убедиться, что вы в порядке.

Я растянула губы в фальшивой улыбке.

— Вот, смотрите, я улыбаюсь, а значит, у меня всё отлично.

— И часто вы падаете в обмороки?

— Только когда я ничего не ем, совсем не сплю, а потом пью вино.

Мужчина усмехнулся. — Всё понятно.

— В таком случае, ещё раз спасибо. Вы — бесстрашный рыцарь, спасший меня от коварства дворцовых коридоров. Теперь я в безопасности, и рыцарь может быть свободен.

— Мне кажется, или я слышу в вашем голосе ноты сарказма?

— Вы ошибаетесь, в моём голосе нет ничего, кроме сарказма.

Медленно разорвав взгляд, Ник удалился. Он вернулся через несколько минут, неся в руках тарелку с хлебом и сыром. В другой руке он нёс стакан воды. Поставив всё это на прикроватный столик, он повернулся к двери. Я разомкнула губы, пытаясь сформировать на них выражение благодарности, хотя бы что-то совсем простое, типа “Спасибо, Ник”, но эти слова липкой, свинцовой тяжестью остались лежать где-то внутри меня. Сломанные кусочки доверия отказывались складываться в картину наших отношений. Обычных отношений между симпатичным мужчиной и молодой женщиной, в которых есть место для страсти, любви, смеха и, опять же, доверия.

На встречу с королём я так и не пошла, сказавшись больной. Я боялась, что не выдержу его настойчивых требований переехать во дворец и заплачу. Поэтому я доверила переговоры Арсентию. Когда я пришла на работу на следующий день, начальник срочно вызвал меня к себе.

— У меня есть для тебя хорошие новости. Я уговорил короля не заставлять тебя переезжать во дворец, но тебе придётся приходить туда три раза в неделю, а также в любое другое время, когда он тебя вызовет. Он может потребовать твоего присутствия на балах, званых обедах и приёмах.

Увидев моё негодующее лицо, Арсентий нетерпеливо пояснил: — Он — твой монарх, Лекси, имей совесть. Твои родители погибли за него … — Его лицо потемнело, и он отвернулся к окну, угрюмо наморщив брови. — Всё не так плохо. Ты не представляешь, чего мне стоило добиться этой поблажки.

— Чего тебе это стоило? — напряжённо спросила я.

— Я солгал моему монарху, Лекси. Я сказал, что тебе нельзя постоянно находиться внутри защитного магического контура дворца, иначе у тебя ослабнет дар.

Я в изумлении уставилась на своего покровителя.

— Спасибо, Арсентий. Но неужели он тебе поверил? Неужели он не понимает, что в магическом ведомстве контур намного сильнее?

— Он никогда не был в ведомстве.

— Спасибо.

— Он будет ждать тебя три раза в неделю. Не вздумай отлынивать.

Моё сотрудничество с королём началось с глупых игр. Обычно Его Величество заставлял кого-то из ведомства оставлять для меня сюрпризы в одной из комнат дворца и проверял, найду ли я их. Потом он начал “случайно” ломать свои защитные амулеты, чтобы доказать, что я не смогу этого заметить. К моей огромной радости, вскоре ему это надоело, и он оставил меня в покое.

Три раза в неделю я приходила на рассвете, делала быстрый обход дворца, потом тщательно проверяла королевские покои и спешила обратно в ведомство. Время от времени я нарочито попадалась королю на глаза, чтобы избежать каких-либо жалоб.

Я снова встретила Ника через неделю после званого обеда, во время выступления короля. Ник стоял на другом конце зала и смотрел на меня. Только на меня. Я злилась, качала головой, хмурилась и, в конце концов, отвернулась. Когда я снова посмотрела в его сторону, Ник исчез. Судорожно оглядываясь, я заметила, как он продирается сквозь толпу в моём направлении.