Никакой другой мужчина - Морская Лара - Страница 16

Моя компаньонка Лиозна выбежала навстречу и заключила меня в объятия.

— Кучер вернулся и сказал, что вы пошли пешком. ПЕШКОМ!!! Мы уж было решили, что с вами что-то случилось! — запричитала она.

— Если бы! — пробурчала я. — Со мной всё в порядке, но я слишком выделяюсь в толпе. Не хочу, чтобы моё происхождение и статус были настолько очевидными, да и мода в столице совсем другая.

Компаньонка пристально оглядела мою одежду и повернулась к горничной. Посоветовавшись, они решительно закивали головами.

— Мы укоротим платья на два сантиметра! — гордо объявили они.

Надо же, какой решительный шаг. Полагаю, что это решит все мои проблемы. Вздохнув, я покачала головой:

— Нет, вы меня не поняли. Нужно радикально изменить мой внешний вид. В столице никто не носит кринолины на улицах. Я даже в дверях застреваю. Да и причёску нужно сделать попроще.

По их ужаснувшимся лицам стало очевидно, что они не были готовы к таким основательным переменам, и что вводить их придётся постепенно.

Я не собиралась шокировать своих служащих. Ведь в случае чего я могла рассчитывать только на них.

— Мне придётся уехать на пару дней, чтобы достать важные книги, — легко солгала я. — А вы пока походите по городу в поисках хороших портных.

— Походить по городу? — в ужасе спросила Лиозна. Её единственная поездка по улицам Шиана стала страшным испытанием выносливости, и она пока что не решилась ещё раз выбраться наружу. В принципе, компаньонка должна всюду следовать за госпожой, но мне её присутствие было в тягость, а она предпочитала оставаться в своей комнате. К счастью, горничная согласилась заняться поисками портнихи.

Если бы я могла, то отправила бы их всех домой. Мне и так нелегко, а отвечать за двух обеспокоенных женщин, да ещё и за кучера — это уже слишком. Они надеялись, что наша столичная жизнь станет точной копией провинциального образа жизни, и я не знала, как объяснить, что не собираюсь покупать дом, обустраиваться, выходить замуж и заводить детей. Вместо того, чтобы налаживать контакты с местной знатью, я собиралась отправиться в храм богини на поиски желанного входа в Реаль.

Как помочь моим слугам, если я не знаю, как помочь самой себе? Все мои силы уходили на то, чтобы не паниковать и действовать по обстоятельствам. А эти самые обстоятельства потребовали, чтобы я спряталась от Арсентия. Поверив его угрозам, я заставила горничную наспех собрать вещи, и мы переехали в другую таверну подальше от магического ведомства. Если маг надумает меня искать, то найдёт где угодно, но если просто сделает поверхностную проверку, то всё обойдётся. В конце концов, какая ему разница, что со мной случилось? Кто я ему, дочь родная?

Спать я легла поздно, помолившись Алали и предупредив её о грядущем паломничестве в храм. Мне снова приснился Тироль, и я посчитала это благоприятным знаком. Я на правильном пути, и мой любимый ждёт меня и знает, что я сделаю всё возможное, чтобы к нему попасть. Мне не нужно ничего, кроме этой уверенности. Она зажигает моё воображение, придаёт смелости и спокойствия. Даже если весь мир повернётся против меня, я буду двигаться вперёд, ведомая обволакивающей страстью любимого синего взгляда.

На следующее утро я отправилась в паломничество в храм богини Алали. Мне несказанно повезло, так как кучер оказался совершенно невозмутимым мужчиной. "В храм — так в храм", — философски рассудил он, хотя не мог не знать о разнообразных, в том числе страшных, слухах, которые распускали по королевству те, кто там побывали.

Не скрою, что отношусь к богине Алали с глубоким уважением. Женщина она, явно, умная и рассудительная, раз уж защитила свой главный храм от таких паломников, как я, километрами лесов и извилистых дорог. На выезде из столицы висит большая и чёткая табличка "Храм богини Алали, 29 км". То есть, в принципе, любой желающий, направляясь за город на прогулку, может задаться вопросом: "А не заехать ли мне к Алали?" — и свернуть в сторону храма. Но дальше начинается нечестная игра. Богиня сама решает, кого и когда пускать в свои владения. Причём она не объявляет о своём решении и равнодушно наблюдает за тем, как паломники сутками блуждают в лесу и по бесконечной дороге, переходят непонятно откуда появившиеся реки и завалы, надеясь, что перед ними вот-вот появится прекрасный храм. Однако дорога не кончается, а храм так и не появляется, и, в конце концов, бедолаги поворачивают обратно ни с чем.

Те, кому Алали позволяет посетить храм, обнаруживают перед собой неожиданный тупик. Пробравшись через лесную чащу, они выходят к храму… а то, что случается дальше, лучше и не обсуждать. Дело в том, что посещение храма Алали — дело трепетное и нервное. Находясь в состоянии нервного напряжения, паломники видят и слышат совершенно невозможные вещи. Что из этого является галлюцинацией, а что — реальностью, неизвестно. Поющие сирены, полураздетые демоны, высоченные каменные своды, деревянные хибары — каждый раз паломники описывают что-то новое. Считается, что Алали всегда пытается дать людям то, что нам нужно. Как в Реале, так и в храме смертные находят нечто, созданное специально для них. Если богиня впустит меня в храм и подарит встречу с Тиролем, на этом мои злоключения закончатся. А если Алали решит, что я обрадуюсь полуголому летающему демону, то я буду разочарована. Очень.

Если Алали и хотела подарить мне то, за чем я пришла, то она очень умело скрыла это желание. Через полчаса после въезда на лесную дорогу перед нами возник каменный завал. Я, конечно, аристократка и всё такое, но однажды подслушав ругательства конюхов, я старательно их запомнила. Подобрав несколько звучных слов для самовыражения, я поделилась ими с кучером. Он даже не успел удивиться моему непотребному поведению, как я застегнула полушубок, задрала массивный кринолин и полезла через завал с криками: "Я знаю, что вы делаете, Алали! Но я не из тех паломников, кто сдаётся! Я и без лошадей обойдусь!"

Приказав кучеру взять с собой мешок с едой, я решительно направилась вперёд.

— Но ведь ещё километров двадцать… — Бедняга попытался меня отрезвить, но куда ему до энтузиазма обезумевшей женщины. Как говорится, хуже дурака может быть только дурак с инициативой.

— Если мы будем двигаться со скоростью 5 км/ч, то на этот путь у нас уйдёт всего 4 часа. Вот она, математика! Всегда полезна и удобна! — задорно подбодрила я, полоснув кучера одержимым взглядом.

Так безумцы хватаются за последний шанс. А наивные безумцы ничем не хуже обычных. Уверенно топая вперёд, я уговаривала кучера не бояться и во всём довериться мне. Через десять минут дорога резко свернула влево, и перед нами появилась река, причём бурная, с порогами, мелями и скользкими камнями. Именно "появилась". В полной тишине внезапно раздалось громкое журчание воды, и непонятно откуда взявшийся ветер размазал по моему лицу холодные брызги. Ох, уж эти кринолины! Задрав юбку, я скинула туфли и направилась к ледяной воде.

— Может, не стоит? — робко спросил кучер, без труда предугадывая мой ответ.

"Как только вернусь в город, найму провожатого. Решительного, смелого мужчину, которого не смутит глупый маленький ручеёк", — подумала я, поскользнулась на первом же камне и упала в воду. Больно не было. В таком кринолине можно хоть с горы упасть, всё равно выживешь. Но промокла я основательно. Хорошо хоть в столице намного теплее, чем на западе. Весна, хоть и очень ранняя.

Вы когда-нибудь пытались ходить в мокром кринолине, поверх которого имеется ещё несколько таких же мокрых юбок? Не советую. Это всё равно, что носить на себе чугунный колокол. С трудом выбравшись на берег, я побрела к лесу, убедилась, что он совершенно непроходим, и повернула обратно к карете, игнорируя радость на лице кучера. Мне очень хотелось свалить всю вину на него, но на это не было никаких оснований. Алали ясно дала знать, что не пустит меня в храм.

Уместив трёхтонную массу мокрых юбок на сидении кареты, я высунулась в окно и попрощалась с богиней. Некоторые паломники проводят в лесу несколько суток и с трудом находят путь домой, так что будем считать, что мне повезло.