Никакой другой мужчина - Морская Лара - Страница 60

А потом…

Потом Реаль увидел, как я сломался.

Шелия

Я рассредоточилась в белом облаке и медленно поплыла вперёд. Какое облегчение, какое умиротворение…

…От удара о камень всё тело звенит болью. Что со мной? Стоя на коленях, я извиваюсь, не в силах закричать. Голосовые связки парализовало от ужаса. Коленные суставы треснули, и через несколько секунд во мне взорвалась БОЛЬ. Левое запястье вывернуто под неестественным углом, и я не чувствую пальцев. Каким-то чудом умудряюсь завалиться на бок и не разбиваю лицо о камни.

— А-а-а… — только и могу выдавить я, но это не крик, а блеянье.

— Понравилось? Хочешь попробовать ещё раз? В этот раз ты упала всего с двадцати метров. Готова забраться повыше? — Это не голос, а нечто сверхъестественное. Звук заполняет всё пространство во мне и вокруг меня. Голос не мужской и не женский. Он — выше частоты человеческого восприятия, он не звучит, а существует. А я — не человек. Я — боль.

Всё начинается сначала. Я снова падаю, и в этот раз ломается бедро, и острый осколок прорывается сквозь кожу. Руки не выдерживают, и вот уже лицо разбито о камни, и я сплёвываю кровь и кусочки зубной эмали. В этот раз я не могу закричать. Захлёбываюсь кровью. Я хочу одного — умереть.

— Давай попробуем упасть на спину.

Опять этот ужасный голос — и вот меня оглушает хруст рёбер и странные хлюпающие звуки. Но мне не больно. Темнота наваливается слишком быстро, и нервы не успевают забить тревогу. Раздаётся разочарованное бормотание:

— Высоковато, ты слишком быстро отключилась. Ну что, напрыгалась?

Секунда темноты — и я сижу в кресле, расслабленная, без единого повреждения. В руке — стакан воды. Всё очень по-светски, если не считать устрашающих галлюцинаций, которые я только что пережила.

Передо мной — женщина. Нет, точно не женщина. Русалка? Неудобно заглядывать под стол, поэтому я не знаю, ноги у неё или хвост.

— Терпеть не могу таких, как ты, — заявляет она, и я узнаю её по голосу.

Сирена! В энциклопедии рассказано о магических существах других миров. Не помню, дружелюбные сирены или нет, но эта дама меня явно недолюбливает. Хотя мне не до этого. Опускаю глаза и с пристрастием разглядываю моё тело, мою такую знакомую одежду, потом осторожно дёргаю конечностями. Всё на месте. Никаких повреждений. Двигаюсь, как обычно. Где я?

— Думаешь, что ты хитрее всех, да? Прыгнула вниз — и решила, что мы не заметим? Надеюсь, тебе понравились приземления. Могу устроить ещё, если хочешь.

Приземления? Где я? Вокруг — серые каменные стены, деревянный стол и странное существо, которое меня недолюбливает. Громкоголосая сирена. С косыми глазами, пуговкой носа, массой волос изумрудного цвета и злобным прищуром.

— Алали вернула тебя в переход, — соблаговолила объяснить сирена. — Если хочешь знать моё мнение, ты не заслужила прощения. Ты не выучила урок и не отработала грехи, поэтому я добавила кое-что от себя. Тебе понравилось приземление?

— Нет. И оно не похоже на реальность. Я упала с трёхкилометровой высоты, так что не думаю, что успела бы почувствовать боль.

Я постепенно приходила в себя. У меня нормальное, живое тело без повреждений. Память при мне, голос тоже. Главное — сохранять спокойствие.

Зеленоволосая дама надула бледные, почти белые губы и поцокала языком.

— Без боли было бы неинтересно. Я хотела, чтобы ты всё прочувствовала. Алали не стоило тебя прощать, я ей так и сказала. Если недостойных просто так пускать в Реаль, то он превратится в проходной двор.

— Вы пустите меня в Реаль??!

— Была бы моя воля, я бы никуда тебя не пустила, даже переродиться не позволила бы.

— Почему Алали передумала?

— Почему-почему… — заворчала сирена. — Не твоё дело, почему. Тебе незаслуженно повезло, вот и всё.

— Вы — мой проводник?

— Да. А ты — моё наказание.

Так уж сразу и наказание!

Слишком много событий, слишком быстро. Меня почти не существовало, а теперь я снова единое целое. Мозг не справляется, да ещё голос сирены пронзает слух, и от этого ноют зубы и слезятся глаза.

— Я попаду в Реаль?

Сирена дёрнула головой — и передо мной материализовался лист пергамента.

— Читай правила и не болтай. Раз ты такая умная, то во всём разберёшься сама. Я открою дверь, ты выйдешь наружу и остановишься по ту сторону дверей. Ничего не делай, пока не увидишь перед собой дорогу. Реаль должен изучить тебя, чтобы понять, что тебе нужно.

— Я знаю, что мне нужно! — не сдержалась я, всё ещё не веря в свою удачу.

— Конечно! Как я могла забыть? Ты же умнее всех! Может, и контракт подпишешь, не читая?

Нет уж! Хотя на самом деле контракт оказался списком правил поведения при переходе. Ничего интересного. Не толкаться, не ругаться, проводник всегда прав. Как будто я в парк развлечений собираюсь, честное слово.

— Я вернусь за тобой через час. — Сирена направилась к двери, волоча за собой грязно-белое крыло. Странно, что у неё крылья вместо хвоста, хотя что я вообще знаю о сиренах?

— А для чего мне этот час?

— Как для чего? Чтобы привести в порядок мысли и приготовиться к переходу. Реаль должен узнать тебя, чтобы создать твой собственный мир.

Вот тут я не выдержала. Сорвалась.

— Привести в порядок мои мысли?? — мой голос по громкости вполне мог состязаться с воем сирены. — Нет, только не это! Всё это время я зависала в молочной туче и очищала свою память! Умоляю вас, не заставляйте меня снова это делать!

Услышав вырвавшийся у меня полурык-полустон, сирена обернулась и заправила крыло под накидку.

— Не рычи на меня!

— Мне не нужен час! — взмолилась я. — Я не хочу думать! Лучше ещё пару раз сбросьте меня со скалы.

— Как хочешь, но, если что-то пойдёт не так, меня не вини. — Сирена пожала плечами, и крыло снова высунулось наружу. Вот бы посмотреть, как они крепятся.

Я вскочила и, всё ещё не привыкнув к возвращению тела, пошатнулась и схватилась за стол.

— Я готова.

— Не собираюсь с тобой спорить. Вопросы есть?

— Только один. Могу ли я узнать, что случилось с мужчиной, который погиб вместе со мной. Его зовут…

— Не можешь. Конфиденциальность клиентов никто не отменял. Другие вопросы есть?

— Нет.

Узкий каменный коридор привёл в храм. Настенные колонны завершались полукруглыми арками, обрамляющими высокий купол. Красота. Восхитительная, пустая каменная громада.

— Я читала о храме Алали! — воскликнула я, медленно, но верно осознавая, что происходящее — не что иное, как воплощение моей мечты. Той, во имя которой я пошла на очень многое. Той, которая стала смыслом моей жизни уже так давно.

Кстати, как давно?

— Сколько времени прошло с момента моего прыжка… моей смерти?

— Ты упустила возможность задать вопросы.

— Всего один, пожалуйста.

— В Реале не существует такого понятия, как время, — торжественно объявила сирена. — Но по твоим представлениям в Реале прошло очень много времени, Шелия. — С этими словами сирена подтолкнула меня к тяжёлым резным дверям. — Давай, не тяни. Раз уж сказала, что готова, так иди вперёд.

Я опасливо прикоснулась к дверной ручке. Что я чувствовала? Думаю, что восторг. А может, и страх. А может, ничего. После всего пережитого, после зоны очищения чувства казались недопустимой роскошью. Каждое заслуживало особого внимания, как первые монеты в копилке. Это потом их завалит сверху сотнями других чувств, а сейчас страх и восторг были единственными.

— Спасибо, Алали, — прошептала я. — За то, что простили и взяли к себе в Реаль. Постараюсь вас не разочаровать.

Я вышла на каменную площадку, погружённую в кромешную тьму. Дверь закрылась за мной так поспешно, что шлёпнула по пятой точке. Вот такие они, проводники. При других обстоятельствах можно было попытаться заслужить прощение сирены, но я ещё толком не пришла в себя после очищения.

Вот я и в Реале, в самом начале пути, в чернильном безмолвии его изучающего взгляда. Тьма прикасалась ко мне, как тополиный пух, ползла по коже, щекотала шею, открывала душу. Я парила, светилась от счастья, плакала, распахивая всю себя, со всеми дуростями, страхами и желаниями. Я не хотела очищать мысли — пусть Реаль примет меня всю, пусть запутается во мне, как и я запуталась в моей жизни. Пусть смеётся надо мной, непонимающе хмурится, делает ошибки и даёт мне совсем не то, что я искала. Я не хочу идеальной жизни с чистым счастьем, без единой помарки и кляксы.