Безумие в моей крови (СИ) - Морская Лара - Страница 14

— Не заставляй меня брать тебя на руки, Ви. Ты должна вернуться к себе.

Я напряглась, сжимая подлокотники кресла. Мысль о том, что Трой понесет меня на руках, и мое тело будет обвивать его, казалась дикой, опасной. Я чувствовала, что это могло стать началом моего конца.

— Я хочу остаться с папой.

— Нет, Ви. Тебе не следует этого делать.

— Почему? Потому что он разговаривает во сне? Ты боишься, что он выдаст мне ваши секреты?

— Твоего отца иногда мучают кошмары, и он может тебя испугать.

Я сжалась, как от удара. Моего отца мучали ночные кошмары, а я об этом не знала. Когда меня мучали кошмары, он рассказывал мне сказки. А теперь, когда ему было плохо, я даже не знала об этом. Стыд каменной крошкой застыл в моем горле.

Я послушно встала, взяв Троя за руку, и он повел меня за собой. Перед моей дверью он остановился.

— Почему ты пришла к Диину? Тебя что-то испугало, Ви?

— Да, Трой, меня что-то испугало, — устало призналась я. — Моя жизнь.

Я отпустила его руку и толкнула дверь спальни, как вдруг Трой рывком притянул меня к себе, прижавшись всем телом. Мне показалось, что время замерло, что моя кожа загорелась, а все мысли и страхи выветрились из моей головы. Я не могла пошевелиться и просто стояла, впитывая в себя его тепло.

Что со мной происходило? Неужели его дар друата мог так бесстыдно поджечь мое тело и затопить мои страхи? Это было неожиданным открытием, которому не было места в моей грядущей жизни.

— Отпусти меня.

— Я не хочу, чтобы ты боялась, Ви.

— Ты делаешь все возможное, чтобы я боялась, Трой. Ты всегда это делал. Оставь меня.

Он послушался. Нетвердой поступью я вошла в свои покои и села на кровать. Что же мне делать? Я собиралась выступить против ирриори, против традиций Лиивиты и против мужчины, который только что, одним прикосновением, заставил меня забыть себя. Мне следовало действовать с чрезвычайной осторожностью. Как паук, я решительно и методично сплету вокруг себя паутину, рискуя попасться в нее и никогда уже не выбраться наружу. Мне оставалось только надеяться, что, когда я совсем запутаюсь, то безумие надежно защитит меня от окружающего мира, который так пленял меня сейчас своими звуками и красками.

Благословение — традиционный ритуал Лиивиты, в котором новорожденного ребенка приветствует живая земля. Его проводили на благословенном холме Лиивиты, на окторатуме — круге из восьми двадцатиметровых белокаменных колонн, соединенных перекрестными балками на разных уровнях. Во время дождя вода стекала по наклонным балкам и, ударяясь о колонны, разлеталась в стороны фейерверком сверкающих брызг.

Новорожденного приносили на окторатум и клали на землю, в окружении семьи. Жрец окторатума проводил церемонию благословения и помещал горсть земли в маленький кожаный мешочек, который надевали младенцу на грудь. Этот мешочек служил символом единения с живой землей.

Сегодняшняя церемония была запланирована на 11 утра. Все утро Лия пыталась отговорить меня от задуманного, но я была непреклонна. Второго такого случая могло и не представиться.

Стараясь ничем не выдать моего волнения, я разобралась с утренними делами и сообщила Трою, что вернусь к королевскому часу.

— Не стоит прощаться, я поеду с тобой.

Я предвидела этот разговор и была к нему готова. Я не могла пропустить свой шанс увидеть того, кто должен был стать отцом моего наследника, а в компании Троя это было бы невозможно.

— На каком основании? — сухо поинтересовалась я. — По-моему, мы с тобой уже выяснили, что ты — не мой друат.

Трой колебался, он искал слова, тщательно подбирал их. Неужели он боится снова вызвать мой гнев?

— Если ты позволишь, я бы хотел поехать с тобой.

Это было сказано другим, неожиданным тоном, почти дружеским, и я не преминула показать ему, что заметила это.

— Это — совсем другое дело, Трой. Просьба очень отличается от приказа.

Морщинки вокруг его глаз разгладились, и он улыбнулся.

— Это — просьба. Я прошу разрешения поехать с тобой.

— Нет! — отрезала я и удалилась, оставляя его закипать от возмущения.

Зор уже ждал меня, нервно расхаживая около кареты. Я забралась внутрь, подождала, когда к нам присоединится конная стража, и постучала по стенке. Мы тут же рванули с места. Только бы все прошло по плану, и я смогла вырваться из-под приставленного ко мне конвоя.

Вокруг меня проходила церемония благословения, но я практически ничего не замечала. От нервного ожидания мои мышцы казались каменными, и я вздрагивала при каждом неожиданном звуке. Мне казалось, что Трой может появиться в любой момент и испортить мои планы.

Вокруг было много людей, и стража тщетно старалась держать их подальше от меня. Родители малышки настойчиво выражали свою благодарность за мое участие и за подаренные деньги. Малышка пахла теплым молоком и еще чем-то неуловимо-материнским. Я держала ее на руках, пока жрец насыпал землю в кожаный мешочек, и девочка смотрела на меня светло-голубыми удивленными глазами. Повинуясь непонятному мне инстинкту, я поцеловала мешочек, прежде чем повесить его на шею ребенка. Жрец ахнул и восторженно воскликнул:

— Ваше дитя получило благословение будущей королевы Лиивиты!

Я вздрогнула и быстро передала малышку в руки ее матери. У меня не было никакого права благословлять ребенка. Я всегда мечтала только об одном — избежать моей участи, и поэтому была не вправе вести себя как будущая королева.

Я еле дождалась завершения церемонии. Вернувшись к карете, я приказала вознице отвезти меня на берег моря к большим камням. В ответ на недовольные взгляды стражников, я только пожала плечами:

— До королевского часа еще много времени, и я хочу погулять. Мы остановимся на берегу невдалеке от замка, так что со мной ничего не случится. Вы можете ехать обратно.

— Ваше Высочество, мы не можем вас оставить.

— Я все время гуляю по территории замка без сопровождения, — возразила я.

— Но ведь большие камни находятся вне территории замка! Вы могли бы погулять около нашего причала.

— Да, могла бы, но мне хочется к большим камням. Я буду держаться у самого края наших владений, обещаю вам. Мне хочется побыть одной.

Я и раньше сбегала от стражи, причем успешно, но они всегда находили меня. Жители Лиивиты узнавали меня и возвращали обратно, да мне и некуда было бежать. Кто же поможет беглой королеве, которая собирается обмануть живую землю?

Стражники сопроводили нас до подножия горы, на которой располагался замок, потом поворчали и отправились домой. С трудом дождавшись их отъезда, я запрыгнула обратно в карету и громко постучала Зору. Доехав до камней, мы отпрягли лошадей и галопом понеслись вдоль берега.

Путь занял около сорока минут, благо интересующий меня мужчина жил не так уж и далеко. Зор остановил коня и повернулся ко мне, не скрывая своего волнения.

— Ваше Высочество, прошу прощения за дерзость, но эта затея может закончиться очень плохо. У нас еще есть возможность повернуть назад. Если мы очень поспешим и поедем прямо в замок, то успеем к королевскому часу, и никто ничего не узнает.

— Не волнуйся, Зор. Мы проедем мимо его дома — и все. Я хочу посмотреть, где он живет. Вдруг мы его увидим? Надеюсь, что он хорош собой.

Пусть считает, что мною движет обычное женское любопытство, и что я заставляю его рисковать своим благополучием из-за дурацкой прихоти. Судя по мимолетной презрительной мине, Зор так и подумал.

— А что, если ирриори узнают об этой поездке? — Он не унимался, пытаясь заставить меня передумать.

— Тогда ты скажешь, что я заставила тебя следовать моему приказу.

— А как же вы? Вас же снова запрут в замке!

Я не привыкла к таким вопросам. Мне еще никогда не приходилось иметь дело с людьми, которым было небезразлично, что со мной случится.

— Я стану королевой, и мои прегрешения забудут. Скажи, Зор, неужели есть что-то криминальное в том, что я хочу посмотреть на мужчину, с которым меня заставят… заводить ребенка?