Два кинжала (СИ) - Руда Александра - Страница 60

— А что с ней случилось? — на миг озадачился Гранислав.

Надо же, до него каким-то чудом не дошли события в собственном замке! Ну да, куда ему до такой мелочи, ведь он сразу после доставки «любимой» невестки под крыло жены, рванул сначала в столицу разбираться с делами, а потом — в мой домен, захватывать власть.

— Замковую стену разнесла моя супруга, когда ваша супруга вздумала морить ее голодом, — вежливым тоном проинформировал отца Ярослав.

— Поня-а-атно, — протянул Волк, держа лицо. Но в брошенном на меня взгляде все же промелькнула ненависть. — Ну что ж, проходите в замок… Ярослав, нам с тобой нужно поговорить.

— Как только я приму дела у управляющего, — сказал Ярослав.

— Нет, сын, сейчас! — холодно сказал Гранислав. — Именно сейчас! Это не терпит отлагательства!

Ярослав заколебался.

Но вдруг я почувствовала такую дурноту, что покачнулась, и, чтобы не упасть, ухватилась за его рукав.

— Ясноцвета? — встревожился муж. — Что с тобой? Ты так побледнела!

Ноги не держали, Ярослав подхватил меня на руки, побледневший, растерянный.

— Так, разойдитесь все! — в поле моего зрения появился Даезаэль. — Какой ужас! Срочно несите Ясноцвету в кровать, ей нужно полежать.

— Что с ней? — Ярослав почти бежал за торопливо показывающим дорогу Орликом. Меня тошнило, перед глазами плавали черные мушки.

— Не знаю, — сказал Даезаэль. — Может, съела чего-то не того, а может, так на нее подействовало пересечение границы с доменом. Управлять своей силой она так и не научилась! Ничего, ничего, я сейчас разберусь, а ты пока с отцом поговори. Зачем нашей любимой Ясноцвете лишние волнения?

Ярослав уложил меня на кровать в одной из многочисленных комнат для гостей.

— Иди, иди! — махнул ему рукой Даезаэль. — Орлик, останьтесь, мне кое-что понадобится…

Как только за Ярославом закрылась дверь, как мне в вены будто влили жидкий огонь. Я, не удержавшись вскрикнула, но потом сразу же почувствовала себя просто отлично.

— Что это было? — спросила я, садясь на кровати и мрачно глядя на Даезаэля. Без его участия тут вряд ли обошлось!

— Быстрый отток жизненных сил, — объяснил он мне, довольно улыбаясь. — И возвращение их обратно. Я же твой целитель, как-никак!

— Но… зачем? — изумился Орлик, пребывающий в блаженном неведении относительно сложных взаимоотношений его новой Владетельницы с личным целителем.

— Надо. Орлик, где живет старый Волк.

— В синих покоях, — растерянно ответил управляющий.

— Так… Ясноцвета, тут же есть тайный ход, позволяющий следить за гостями? Не может не быть! Пойдем скорее, а то все пропустим!

— Что — все? — Когда эльф говорит таким тоном, лучше повиноваться, и я принялась ощупывать стенные панели рядом с окном. Еще бы не было тут потайного хода! Их тут множество! Замок строили по личному чертежу моего деда, а тот знал толк в паранойе.

— Разговор твоего мужа с отцом. Сначала Ярик устроил тебе проверку, а теперь мы ему устроим. Орлик, оставайтесь здесь, и никого не пускайте в комнату! Ясноцвете плохо, совсем плохо!

Панель отъехала в сторону, и мы нырнули в затянутый паутиной коридор. Как добраться до синих покоев, я знала. В свое время отец заставил нас с Пребыславом вызубрить расположение всех ходов в замках, устраивая своеобразные экзамены на ориентирование.

Наконец, мы добрались до смотрового окошечка в синие покои.

— … Крюк не даст тебе править, ты же понимаешь?! — как раз закончил свою прочувствованную речь Гранислав.

— Он уже дает мне править, — Ярослав нервно расхаживал по комнате. — Уже!

— Мой отец — гений! — прошептала я одними губами.

Даезаэль кивнул.

— Я твой отец!

— Ты думаешь только о том, как бы добавить себе власти. Еще власти, опять власти! Это — наш домен, отец, не твой!

— Ты идиот, и всегда им был. Зачем ты держишься за эту девчонку? Я найду тебе жену лучше, без довеска в виде старого интригана Крюка!

— Она моя жена, — голосом Ярослава можно было заморозить целое королевство. — Будь добр, не называй ее так больше. Уважение — вот все, что я прошу.

— Ты невыносим! — Гранислав стукнул кулаком по столу. — Ярослав! Послушай меня, сынок, я все продумал! Ты же всегда мечтал о собственном домене! Он и будет твоим, только твоим. Станешь вдовцом…

— Последний раз я слышал нечто подобное от Негосавы Пес, — спокойно заметил Ярослав. — И тогда я ее убил. Никто не смеет угрожать Ясноцвете. Я — ее муж, и моя задача — защищать ее.

— Ты идиот, а не муж! — бросил в сердцах Гранислав. — До тебя невозможно достучаться.

— Отец, я последний раз прошу по-хорошему — убирайся. У тебя есть свой домен, столица, в которой можно плести интриги и тешить свое “я”. Не трогай север. Он принадлежит Крюкам, и им же и останется. Этот домен — Ясноцветы. Я не сменил фамилию и татуировку. Так что я действительно только ее муж, никто иной.

Гранислав схватился за голову.

— О, Пресветлые Боги, кого я вырастил! Ярослав, как ты мог? Это же… это же… Ты же был в столице! Ты же мог!..

— Я сознательно от этого отказался, — равнодушно сказал Ярослав. — Помнишь, как ты мне сказал однажды: из тупого вояки никогда не получится Владетеля?

— Это что, месть? — ахнул Гранислав. — Месть за детские обидки? Ты испоганил свою жизнь ради мелкой мести своим родителям? Мол, вы не воспринимали меня серьезно, а вот вам назло!

— Глупости, — Ярослав вздохнул. — Ты так и не понял, да? Повторяю: я отказался от татуировки и связи с доменом сознательно. Я не хочу, чтобы Ясноцвета считала, что мне от нее нужен только домен.

— Еще хуже, — констатировал свекор. — Ты погубил свою жизнь ради мнения бабы, которая наставила тебе рога с троллем. С троллем! Троллем! У моего сына — жена-шл…

Кулак Ярослава встретился с губами Гранислава со смачным чавком.

Старый Волк вытер губы ладонью и посмотрел на свою кровь, а потом и на сына с таким удивлением, будто обнаружил у того еще одну пару глаз.

— Ты… ты…

— Если бы это сказал кто-то другой, — спокойно произнес Ярослав, доставая из кармана носовой платок и вытирая костяшки своих пальцев, — я бы вбил ему эти слова в глотку. Вместе с зубами. Убирайся, отец. Думаю, открытки раз в году — это наиболее приемлемая форма нашего общения. И да, напоследок. Как, с кем, и когда Ясноцвета наставила мне рога и наставила ли вообще, касается только нас обоих. И только. Как и все прочее. Я не мой брат, отец. Я никому не позволю вмешиваться в мои отношения с женой.

— Ты еще пожалеешь! — прошипел Гранислав. — Когда приползешь ко мне на коленях! Когда будешь умолять принять тебя, вышвырнутого из замка Крюком! Ему от тебя нужен только внук, которого он воспитает под себя! Думаешь, я не знаю, что твоя обожаемая жена — пустоголовая дурочка, которая заглядывает отцу в рот?

— Не могу понять, что тебя бесит больше? — с насмешкой спросил Ярослав. — То, что тебе не удастся воспитать внука под себя или что Ясноцвета заглядывает отцу в рот, а я тебя не уважаю ни капли? Ты ее совершенно не знаешь, отец, а я с ней пережил столько всего, что буду до конца жизни благодарить Пресветлых Богов за такой подарок.

Гранислав еще раз вытер губы, сплюнул под ноги сыну кровавую слюну.

— Я тебя отлучаю от Дома. Прощай, безродный идиот.

Он вышел, хлопнув дверью. Ярослав какое время смотрел вслед отцу, потом сел в кресло, сгорбился и закрыл лицо руками.

— Идем, идем, — прошептал Даезаэль и потянул меня за руку. — Нечего его жалеть, ему полезны такие встряски. Идем же, сейчас он отойдет и явится смотреть, как там его обожаемая женушка! А мы все в паутине, тяжело будет объяснить, где мы ее отыскали в таком количестве на кровати!

Мы вывалились в своей комнате, чихая от пыли, и обнаружили на прикроватном столике кувшины с водой и тазик.

— Я… хм… взял на себя смелость приказать принести воды, — сказал Орлик. — Простите, Ясноцвета, но вместо господина Чистомира у вас теперь этот… эм… ваш целитель?

— Этот — хуже, — сказала я. — Но типа того. И он, кстати, эльф. Спасибо за воду!