Он, другой и ты (СИ) - Пожидаева Ольга - Страница 41

Дима отошел в сторону, взял тайм-аут, позволил Саше самой диктовать темп, но он ни на минуту, ни на секунду не прекращал надеяться, что она до сих пор испытывает к нему что-то поприличнее, чем брезгливость и равнодушие. Не зря же ее накрыло после их поцелуя на кухне.

Токарев ждал подходящего момента, чтобы снова попытаться понравиться Саше, и он его дождался. Как и положено чуду, это случилось под новый год.

Костик заранее предупредил Сашку, что останется у Димы на ночь. Он однажды уже так делал, и Токарев пытался воспользоваться случаем, однако Нестерова не повелась. Она приехала на своей машине, не выпила в тот вечер ни капли и категорически отмела предложение Димы лично отвезти ее домой. Остаться на ночь он ей даже предлагать не стал. Однако в этот раз Саша прибыла не на своих колесах, а снова с Костей. Оказалось, девушка заранее договорилась уехать со Славой, который в этот вечер был за рулем и собирался домой.

Шла последняя неделя декабря. В воздухе витало новогоднее настроение. Но Дима еще не озаботился елкой и прочими праздничными атрибутами. Откровенно говоря, он доставал из кладовки зеленое пластмассовое чучело, слабо напоминающее дерево, тридцатого числа, отдавая дань традиции, а сам Новый год встречал с матерью, сестрой и племянницей. Вот там все было как надо. А дома… Дома ему не для кого было создавать атмосферу. Поэтому Токарева не мало обескуражило, когда команда покеристов заявилась к нему при полном праздничном параде. Мужики не сговариваясь привезли шампанского, мандаринов, бенгальских огней, хлопушек, петард и даже шоколадных зайцев, которых выставили на Диминых полках в гостиной, словно сувениры. Хозяин дома не возражал, понимая, что все его приятели — женатые люди, с детьми. Они давным-давно зарядились настроением, которым теперь решили поделиться с ним. Его это скорее радовало, чем напрягало.

Не игнорировала общее веселье и Саша. Она приехала в смешном колпаке Санты, который одевала каждый раз, выходя покурить, и постоянно напевала «Jingle bells». В этот вечер перекинуться в карты соблазнились немногие, но Дима был в их числе. Он просто не мог смотреть, как Саша, Костя и Слава мило засели на диване, болтая и смеясь. Правда Слава вскоре присоединился к игре, оставив Нестерову и Бирюкова вдвоем накачиваться спиртным. Чуть позже они перебрались в «кинотеатр», малую гостиную с камином, где Дима обычно читал или смотрел кино. Он периодически слышал, как открывалась дверь на террасу и Сашка звонко напевала: «Jingle bells, jingle bells, Jingle all the way!»

Несмотря на то, что Токарев все время навострял уши и постоянно отвлекался, ему невероятно везло. Дима трижды удвоился всего за несколько кругов и был за столом явным лидером. Когда он снова взял большой банк, оставляя Славу без фишек, то даже слегка занервничал. Он впервые за долгое время ощутил мандраж азарта. Дело было не в деньгах или престиже. Просто Токарев почувствовал то, что Костик называл «Режим Бога» или «Gode Mode». Дима помнил, что при таком раскладе нужно обязательно успокоиться и взять паузу. Он встал из-за стола и двинул к кинотеатру, откуда доносились тихие голоса.

— Сашк, ты понимаешь, никакого секса. НИ-КА-КО-ГО. Еще полтора месяца. Не думал, что когда-нибудь это скажу, но мне осточертел минет…

Сашка залилась смехом, а Дима закатил глаза.

— Господи, Бирюков, сколько можно ныть? Не надоело? — спросил Токарев, нарисовавшись в дверях.

— Ой, вашу ж Машу, это кто тут такой брутальный? Ах, да, чемпион по онанизму Митя Токарев, — не остался в долгу Кос. — И слушать надо лучше, Митяй. Полтора месяца! Маринке рожать через полтора месяца. Вот тогда я наконец трахну собственную жену и перестану ныть.

Саша, которая сползла от смеха с дивана на пол и практически каталась по ковру, решила вставить два слова.

— Костенька, неприятно тебя добивать, но после родов еще минимум месяц нельзя.

— Да иди ты на фиг! — заорал Кос.

Дима ржал в кулак, а Сашка гладила Костю по спине, который тоже соскользнул с дивана и уселся на корточки, запустив руки в волосы.

— Я умру, убейте меня, это ужасно, — лепетал он.

— Предлагаю для начала убить в тебе лошадь, — Дима корректно подвел разговор к перекуру.

— Да, пошли, отравимся дымком, дрочилка, — согласилась Сашка, вставая с пола и слегка попинывая унылого Костика по ноге.

— Друзья, мать вашу. Спасибо за поддержку. Конечно, пойдемте все покурим мои сигареты, — бурчал Бирюков по дороге на террасу.

— У меня сегодня свои, — похвасталась Сашка, натягивая колпачок, который оставила на дверной ручке, и запела: — Jingle bells, jingle bells, Jingle all the way.

— Нестерова, — заныл Костя, — не поооой. Я всю дорогу это слушал.

— Зануда ты Бирюков, — Сашка показала ему язык. — Jingle bells, jingle bells, Jingle all the way…

— Oh, what fun it is to ride in a one horse open sleigh, — подхватил Дима текст песни, добивая друга.

— Предатель, — буркнул Кос, протягивая Токареву сигарету.

Сашка рассмеялась и подняла в воздух открытую ладонь. Дима звонко хлопнул по ней своей, наслаждаясь пьяненьким весельем девушки.

— Чего это ты решил покурить? — сменил тему Костя, понимая, что сочувствия от друзей он не дождется.

— Надо остыть, а то мне подозрительно везет сегодня.

— Карта идет?

— Ага, и лезу почти в каждую раздачу из-за большого стека (Стек (stack) в покере означает количество фишек, имеющихся у игрока в данный момент игры за покерным столом).

— Сколько примерно по деньгам? — влезла в разговор Сашка, подыхая от любопытства и нарастающего азарта.

— Тысяч двенадцать, может пятнадцать, — прикинул Дима.

Нестерова выпучила глаза.

— Хера себе, — Кос аж подавился дымом.

— Ну нас сегодня мало и мы подняли блайнды(Блайнд (англ. Blind) — это ставка, которую игрок обязан сделать до того, как он получит карты. В этом виде игры в покер блайнды остаются неизменными, и их размер зависит от лимита стола), вот и набежала сумма, — пояснил Дима.

— Я в игре, — тут же выдала Сашка, туша сигарету, не в силах бороться с желанием распотрошить Димин стек.

— Нестерова, ты еще ни рубля не слила, а уже в тильте, — хохотнул ей в спину Костя.

— Jingle bells, jingle bells, Jingle all the way, — только и пропела ему в ответ Сашка, убегая в дом.

— Она не выносит, когда я выигрываю, — усмехнулся Дима, решив докурить спокойно.

— Ага, — подтвердил Кос, слегка пошатнувшись на ровном месте.

— Хей, брат, ты в порядке? — подхватил его Токарев.

— Похоже, мне пора упасть, — поставил сам себе диагноз Бирюков.

Дима вывел друга с террасы и спросил по дороге к дивану:

— Много выпили?

— Я — да, весь твой коньяк угомонил, верну, клянусь.

— Пффф, — только и фыркнул Дима. — Не парься.

— А Сашка только шампанское цедила, так что вряд ли она в кондиции, чтобы дать тебе.

Токарев чуть сильнее подтолкнул друга в спину так, что Костя не лег, а упал лицом в мягкую обивку дивана, но все равно продолжал ржать над Димой.

— Мудило, — беззлобно буркнул Токарев, вынув из шкафа плед и бросая в Костю. — Если соберешься блевать, то, будь добр, доползи до кадки с фикусом, которая возле двери. Мне уж больно нравится этот ковер.

— Сашку не обижай, — сонно пробормотал на прощание Кос.

Дима прикрыл дверь, улыбаясь. Он не собирался обижать Сашку, немного поприставать — да, но без криминала. Когда Токарев вновь сел за стол, девушка уже загребала фишки, напугав своим напором Славика, который уже третий раз прикупал себе чипы.

— Так, народ, с вами весело, но я такими темпами к новому году разорюсь, — проигравший поднялся, взглянув на часы. — Второй час ночи, Саш, поехали.

Дима едва не заскулил в голос. Все его планы и надежды грозили рухнуть, потому что он и сам ободрал Славика как липку. Однако взглянув на Сашу, Токарев увидел на ее лице то же разочарование, что испытал сам, а еще… она колебалась. И тупой бы понял, что Нестерова только начала играть и не хочет уезжать так скоро.