Хорошие люди (СИ) - Пожидаева Ольга - Страница 44

Геллер ликовал. Сначала было непривычно из-за отсутствия комфорта, но он привык ездить домой принимать душ. Иногда даже бегал до гаража в качестве разминки и заминки, ведь он был не так далеко.

Удивительно, но в восторг пришли и его приятели-атлеты, узнав, что Саша теперь сам по себе. Их точно так же не пугали спартанские условия. Наоборот, в этом было свое суровое очарование. В конце концов, Фронинг был кумиров всех кроссфитеров, не только Геллера. Кроме моральной поддержки Саша обрел и материальную помощь. Ребята предложили купить в складчину несколько дорогих тренажеров, дополнительный комплект гирь и гантелей, плюс гриф и блины. Взамен просили только ключи и регулярные зарубы. Геллер не возражал, наоборот. Ему нравилась вся эта движуха.

Немного стало страшно, когда все желающие перестали влезать в гараж. Пришлось ввести очередность посещений. В один прекрасный день Сашу заманили за город на склад. Вернее, бывший склад. Никакого криминала, но немного бизнеса.

Толик, тот самый приятель, который первый напросился к нему в гаражные партнеры, в обычной жизни занимался недвижимостью, показывал Сашке просторное, ветхое помещение на окраине города.

— Тут была фабрика. Давным-давно. Потом часть выкупили под какие-то цеха, склады. Производство уже года три как закрылось, но стены есть, потолок имеется. И этот сарайчик нафиг никому не нужен, — вещал Толик.

— И ты решил его впарить мне, — хохотнул Саша, — Умно.

— Не тебе, эгоистичная скотина. А нам. Скинулись на железяки, и эту коробку все вместе потянем. Ты смотри сколько места. Отличный лофт выйдет.

— А коммуникации? Ремонт? На одну отделку куча денег… — перечислял Саша скептически.

— Какая отделка, Геллер? — перебил его Толик, — У тебя в гараже отделка? А у Фронинга? М?

Саша хмыкнул, услышав про Рича. Все-таки он царь и бог кроссфита.

— Ладно. А вода?

— Есть вода. И электричество. Бойлеры и тепловые пушки решают проблему гигиены и отопления.

— Черт, мягко стелешь…

— А как еще, Сашк? — Толик развел руками.

— Сколько?

Он назвал сумму. Она была очень даже привлекательной, но Геллер и так запланировал много трат на личные нужды.

— Не знаю, — чуть сморщился он, — Заманчиво.

— Подумай. Время есть. Лучше ближе к лету покупать. Вряд ли кто-то внезапно загорится желанием приобрести эти развалины.

— Кроме нас, — хмыкнул Саша.

— Кроме нас, — подтвердил Толик.

Всю дорогу обратно Саша представлял, как тренируется в собственном лофте. Он давно подумывал сдать на первый уровень тренера по кроссфиту, но никак не мог выделить время, чтобы изучить вопрос тщательно.

Сыновья часто тусовались с ним в гараже, а Глеб даже начал заниматься, глядя на отца. Это радовало Сашу, но окружающая обстановка была так себе. В лофте детям было бы комфортнее, интереснее. Только свои, в стороне от выхлопов машин и городской суеты.

Геллер одернул себя. Свободных денег было не так много, ребята сами только присматривались, прикидывали. У него было время.

Очень скоро все Сашины мысли снова заняла Настя.

Она словно ждала подходящего момента, чтобы разбередить раны, растравить душу. Геллер злился, но постоянно думал о ней, мечтал, грезил. Он винил Сокол во всех смертных грехах, начиная с пригоревшей овсянки, заканчивая сорвавшейся в последний день перед версткой публикацией. Во всем была виновата Настя, потому что он постоянно думал о ней.

Хотя именно Геллер начал нахваливать ее форму под фоткой. Настя сомневалась, но учитывала мнение со стороны. Обмен репликами, как всегда перекочевал в приват, и там его черт дернул за пальцы написать:

С. Не мандражируй. Уверен, все будет отлично.

Н. Легко тебе говорить.

С. Не ной, Сокол. У тебя потрясающее тело. В прошлом году плечами увлеклась и пересушилась на мой вкус. А сейчас — конфета.

Н. Милашка ты, Геллер. А чего не сказал в прошлом году?

С. Мы, кажется, мало общались тогда.

Н. А… возможно. В любом случае, тут не провинция. Будут с Москвы девочки. У них купальники под сто штук стоят.

С. А твой за сто рублей?

Н. Нет — десять.

С. Надеюсь, баксов? Жесть, Насть. Может лучше голой?

Н. Идиот. Десять тысяч.

С. Ого.

Н. Он потрясный. Розовенький.

С. Не стыдно дразнить? Хотелось бы мне это видеть. Пришлёшь потом фотки?

Н. А чего фотки? Приезжай, посмотришь в живую.

С. Почему бы и нет? В выходные будет турнир?

Н. Да. Суббота.

С. Ну окей. Я буду.

После этой легкой беседы Саша пару дней не мог прийти в себя. В голове не укладывалось. Она звала его. Сама. Вроде между прочим. Из вежливости. Геллер даже думал, что все это пустая болтовня, но Настя напомнила за месяц до соревнований, а потом и за две недели.

Когда она предложила найти ему хорошую квартиру вместо сомнительной гостиницы, Саша поверил.

Вот с этого дня и началась нервотрепка. Все валилось у него из рук. Он не мог думать ни о чем другом. Только Настя. Она и только она была виновата в его растерянности и несобранности. Геллер гнал от себя крамольные мысли, старался чем-то заняться, но тщетно. Он все еще любил Настю. И понятия не имел, что с этим делать.

Глава 16. Праздник спорта и красоты

В пятницу вечером Саша ушел с работы пораньше, сел в машину, но повернуть ключ не решался. Сумка с вещами лежала в багажнике. На пассажирском сиденье уютно устроились два контейнера с едой из любимой кафешки. Часы на руке тикали, и стрелки показывали, что пора ехать. Но Геллер замер, застыл. Он решался. Не просто убеждал себя тронуться. Нечто большее.

Телефон зазвонил. Он вздрогнул. С ужасом и радостью одновременно. Боялся, что это Настя звонит, чтобы отменить все. Все-таки больше боялся, чем радовался такой перспективе. Но это была не Сокол, а Костя.

— Привет, Сань. Завтра приедешь поиграть? — спросил друг, словно ничего особенного не творилось в мире.

А в общем, и не творилось. Катаклизм был локальным и бушевал исключительно в голове Геллера.

— Нет, Кос, — проговорил Саша стальным голосом, — Меня не будет в городе. Уезжаю на выходные.

— О. Понятно. А куда, если не секрет? Отдыхать? С мальчишками? Чего нас не позвал?

— Один еду. В сторону столицы.

— Ммм, — очень понимающе протянул Бирюков, — По делам что ли?

Дал Геллеру возможность легко соврать, но он ею не воспользовался.

— Нет. У Настя соревнования. Пригласила посмотреть, — отчитался Саша.

— У Насти… Сокол?

— А у меня что, так много Насть? — огрызнулся Геллер.

— Да кто тебя знает, — хохотнул Кос, — Вы, стало быть…

Он выдержал паузу, давая ему продолжить.

— Стало быть, я хрен знает, — продолжал мутить воду Саша.

— Ооочень интересно.

— Кос, хорош издеваться. Без тебя тошно.

— Оставить тебя блевать в одиночестве?

— Лучше скажи, что мне делать.

— А ты не знаешь?

— Понятия не имею.

— Но едешь к ней.

— Пока нет, но уже пора, если собрался, — и сам продолжил, предвидя вопрос друга, — А я собрался, да.

— Раз собрался — то в добрый путь.

И тут Геллера прорвало.

— Кость, я же не смогу без нее вернуться, заберу с собой. Мы ведь просто болтали в контакте. Без намеков. Но она позвала, и это ведь что-то значит?

— Скорее всего, это значит, что она будет рада тебя видеть. За остальное я ручаться не стану.

— А если она не захочет?

— Чего?

— Меня.

— Ты ведь не узнаешь, пока не спросишь?

— Не узнаю.

— Так поезжай и спроси, болван, — повысил голос Бирюков, — Достал ты, Саш, честное слово. Она уехала, и ты как не живой. Даже после Светки лучше выглядел. А теперь… Вечно в своем гараже торчишь. Хоть бы пиво пил и девок портил, так нет. Себя ломаешь. Не улыбается мне однажды тебя найти повесившегося на этих дебильных кольцах.

— Не утрируй, Бирюков.

— Ладно, не буду. Но ты тоже заканчивай свои метания. Раз не склеивается без нее, то возвращай.