Дивный цветок дикого Севера (СИ) - Пожидаева Ольга - Страница 44

— Хочешь сказать, я — твоя пара? — встрепенулась Нори, хитро сверкая глазами на любимого.

Савицкий снова не сдержался и закатил глаза.

— Ну а кто ты, Цветочек? Мы уже два месяца живем вместе. Конечно, ты — моя пара. Как иначе?

— Мы не живем вместе, — напряглась она. — Я просто присматриваю за тобой.

— О, да перестань, Нори. Сколько можно за мной присматривать? Первые пару недель это могло служить оправданием, но сейчас-то…

— А что сейчас? — суетливо пожала плечами девушка.

— Твой депилятор стоит в ванной рядом с моей бритвой. И ты регулярно воруешь у меня одноразовые станки. Не делай такой вид, я все замечаю. И я не против. Твои трусики сохнут на полотенцесушителе. Ты стираешь мою одежду и оплачиваешь счета. Даже пыль протираешь.

— Вообще-то стирка и счета — это моя обязанность. Забыл?

— А пыль?

— Ну я же живу здесь, Эрик.

— Вот, — он победно щелкнул ее по носу.

Нори насупилась. Конечно, у нее был коварный план по захвату территории, и съезжать она никуда не собиралась. Однако и стерпеть его легкомысленные насмешки не могла.

— Знаешь, если я тебя напрягаю, то могу хоть сейчас… — начала она, вставая.

Эрик сгреб ее в охапку, не позволяя сбежать, снова роняя на диван.

— Нет, ты не можешь, Цветочек, — закончил Эрик. — Я же сказал, что не против. Мне нравится, Нори. Нравится, что ты захламила мой мужской дом своими девчачьими штучками. Нравится завтракать с тобой, ездить на работу вместе и возвращаться домой. Правда, кроха. Мне нравится с тобой жить.

— Это хорошо, — улыбнулась Нори. — Потому что я все равно никуда бы не уехала. Ты от меня не отделаешься.

— Я это уже понял, — рассмеялся Эрик. — Ты на редкость упертая и прилипчивая дама.

— А ты иногда ну просто редкостный козел.

— Ну я же Савицкий, — оправдался он.

— Аргумент, с которым сложно спорить.

— Вот и не спорь.

Нори провела рукой по его щеке, подалась вперед, чтобы поцеловать Эрика. Он с радостью ответил ей, лаская губы девушки своими, обнимая ее крепче.

Прежде, чем их поцелуй перерос нечто большее, Эрик забормотал:

— Если мы все выяснили насчет совместного проживания, то, может, ты уже согласишься ехать со мной на свадьбу?

Нори отстранилась от него.

— Или… Или тебе будет неприятно? Из-за Артура… — предположил Эрик.

— Нет, — пожала плечами Нори, — мне будет нормально. Даже любопытно посмотреть, как этот дуралей пудрит мозги очередной нимфетке. Но у меня есть условие.

— Какое? — вздернул брови Савицкий, чувствуя, как успокоительное тепло заполняет его сердце.

Эрик, конечно, понимал, что у Нори остались чувства к его племяннику, но отчего-то он больше не видел в них угрозу для их совместного будущего. Было много нюансов, но в последнее время Нори поселила в его разуме твердое убеждение, что ее чувства к нему намного важнее и сильнее того, что она испытывает к Артуру.

— Если я твоя пара. И если мы живем вместе, вроде как официально… — начала девушка.

— Ну-ну, — подбодрил ее Эрик.

— Тогда какого черта ты не спишь со мной?

- Уф, — только и выдохнул Савицкий, прижатый к стенке ее аргументами.

— Ты здоров, Эрик. И даже занимаешься в зале. Не корчи это невинное лицо, я знаю, что ты снова тягаешь свое гребаное железо, хотя я против.

— Нори, — начал он, но быстро захлопнулся, позволив ей договорить.

Нори стремительным и грациозным движением запрыгнула на него сверху.

— Ты просил время, чтобы восстановиться, — зашептала она, целуя его лицо. — Я дала тебе больше, чем достаточно.

— Цветочек, — простонал Эрик, млея от ее нежных прикосновений и тихого томного голоса.

Он на автомате сжал попку девушки, поймал ее губы своими, не в силах отказаться от ее поцелуев, от ее тела, от ее любви.

- Я так хочу тебя, родной, — бормотала Нори, постанывая ему в рот. — Я никуда не поеду, пока мы не консумируем наши отношения банальным сексом.

— Банальным? — уточнил Эрик, чувствуя, как темная сущность внутри него закипает и протестует, уверяя, что ничего банального им в интимном плане не светит.

— Каким захочешь, — шептала на все согласная Нори, крутя попой, чтобы стимулировать его сильнее.

Эрик гортанно застонал, сжав ее задницу. Он покрыл влажными поцелуями шею девушки, и Нори дернула вверх водолазку, оставшись в одном только лифчике. Стон Эрика превратился в рычание, едва он увидел ее грудь в обрамлении кружева. Савицкий отпустил голову, прихватив губами сосок прямо через белье. Нори хныкнула и залепетала:

— Не останавливайся, только не останавливайся.

— Даже если бы хотел, то не… — Эрик осекся, не договорив.

С глаз спала пелена, и хотя эрекция никуда не делась, но мозги заработали. Савицкий практически сбросил Нори с колен. Девушка даже соскользнула с дивана на пол от неожиданности. Эрик, конечно, сразу бросился к ней, поднимая, извиняясь.

— Прости, кроха. Я не хотел…

— Да уж точно не хотел, — обиженно проговорила Нори, едва сдерживая слезы. — Можешь не извиняться. Я привыкла. Швырнул меня разок уже, когда мы у костра первый раз сидели. Да и ментально отфутболиваешь регулярно.

— Нори, — позвал ее Эрик. Его раздирало чувство вины, возбуждение и желание на этот раз все сделать правильно.

— А что Нори, Эрик? Вот что? — завелась она. — Сколько ты еще будешь меня наказывать? Сколько раз мне еще просить прощения? Мы пара, мы живем вместе, но не трахаемся. Охренеть. Тебе самому не смешно?

— Не очень, — огрызнулся Савицкий, потирая пальцами переносицу, и сменил тон, прося: — Пожалуйста, Цветочек, послушай меня…

— Это ты меня послушай, Эрик Савицкий.

Нори встала с дивана, уперла руки в бока, набрала в рот воздуха, явно намереваясь декламировать что-то важное. Эрик оценил ее решительный вид, но почел за лучшее не злить девушку, предлагая ей встать на табуретку для большей убедительности.

— Я знаю, что наделала дел. Я все время косячила. Я назвала тебя Артуром. Я поддалась своей слабости и бегала за ним по всему Северу, как идиотка. Да, я ходила к Бену… черт, сама не знаю, за каким хреном. Но, знаешь, мне тоже было больно смотреть, как ты целуешь любовь всей своей жизни. И слышать, как говоришь Кириллу, что тебе со мной хорошо, а потом орешь на меня ни за что. И в тот вечер, в гостинице, в ванной… Черт, Эрик, после такого секса… Я же чуть не умерла. А ты ушел, просто ушел. Оставил меня. А мне так хотелось, чтобы обнимал… Я уже молчу о том, что ты дважды перепугал меня до смерти. Сначала чуть Гуна не убил, а потом Бена вызвал. Это нормально, да? И ты ни разу за это не извинился. Почему все время я?

Слезы все-таки брызнули из ее глаз. И Эрик тут же вскочил, прижимая девушку к себе.

— Прости, прости, родная, — повторял он, крепко обнимая.

Нори шмыгала носом, но не пыталась его оттолкнуть. Казалось, что ее лимиты заканчиваются, и девушке нужно хоть что-то для восстановления сил и духа.

— Я люблю тебя, Эрик, — простонала она. — Когда ты уже поймешь, что это только мы? Здесь нет Артура. Я хочу тебя. Я люблю тебя. Мне нужен только ты.

Савицкий не мог сдержать радостной улыбки. Он отвел волосы с лица девушки, встретил ее взгляд и сказал.

— Ты даже не представляешь, Цветочек, как я счастлив слышать это. Я чувствовал и безумно рад, что не ошибся. Я верю тебе. И я не злюсь. Больше — нет.

Он усадил ее на диван, поцеловал дрожащие губы.

— Я тоже люблю тебя, Эланор.

Нори мгновенно просияла. Она кинулась обнимать его, грозя задушить. Эрик смеялся, целуя ее мокрое от слез лицо. И снова Нори слишком увлеклась радостью и ласками. Эйфория снесла ей крышу, и девушка отчаянно дергала Эрика за майку, прося:

— Пожалуйста, милый, пойдем в спальню.

— Нет, кроха.

И снова она замерла, опаляя его ненавидящим взглядом. Эрик поспешил поднять руки вверх, говоря:

— Я хочу, чтобы между нами было все ясно, Нори. Не обижайся, ради бога.

— А что еще между нами не ясно?

Савицкий опустил голову, зачесал рукой волосы, но все же решился и сказал: