Скала и Пламя (СИ) - Пожидаева Ольга - Страница 50

— Наташ, ты меня пугаешь, — Хелл приложила ладонь к щеке, имитируя страх. — Чего Артур опять выкинул? Рассказывай в подробностях.

Стейна не ответила, пока не глотнула еще.

— Не Артур, — проговорила она, — Марк. Он избалованный, наглый, совершенно невыносимый.

— Эрик говорит, он копия Артура в детстве, — вклинилась Нори.

— Даже не сомневаюсь, — ядовито процедила Стей. — Мало того, что я в Норвегии должна была любезничать с Анной, наблюдая, как Кен пестует своего малолетнего засранца, так еще и сюда его приволок. Ненавижу детей. Бесят.

— Как Анна вообще отдала ему Марка второй раз за лето? Она же была резко против.

— Да кто ее спросит? Артур так решил. Да и свадьба у нее.

— Что? — хором выкрикнули Хелл и Нори.

— Инг выпросил у Артура развод в обмен на Марка. Да и сама Анна последнее время спихивает пацана на нянек. Честно сказать, я ее понимаю. С ним невозможно договориться.

— А у Марго получается.

— Потому что она такая же…

Нори прищурилась на Стейну, готовая отстаивать честь дочери.

— Савицкая, — договорила Наташа, допивая вино. — Не зыркай на меня, Нори. Не знаю, как ты с ними со всеми умудряешься находить общий язык. Я бы порола каждого по три раза на дню.

— Ты сейчас о детях говоришь? — хитро поинтересовалась Хелл.

— Обо всех Савицких. Эрика и Кена лупить поздно, но очень хочется. Прямо руки чешутся иногда. Как ты с ними не замаралась кровью, Нор?

Нори вздохнула, вспоминая моменты, когда руки действительно чесались, и она не сдерживалась. Но ответить могла Стейне только одно:

— Просто я тоже Савицкая, Наташ.

— Давайте выпьем за это.

Дамы рассмеялись, наполнили бокалы и звонко чокнулись.

Повисла пауза. Каждой было о чем помолчать. Наблюдая за детворой и своими мужчинами, они цедили вино, смакуя вкус и сладость момента. Не так часто разношерстная компания собиралась в поместье. Но когда они были здесь все вместе, вне официоза пышных приемов, только свои, каждого настигало томное умиротворение.

— Я хочу еще ребенка, — проговорила Нори тихо, стесняясь своего признания.

Она наступала на больную мозоль Хелл и грозила вызвать очередную вспышку негодования Стейны, но молчать не могла. Она даже мужу не говорила об этом, а вот «врагам» захотела сказать.

Наташа взглянула на нее с легким удивлением, а Хельга закашлялась.

— Серьезно, Нори? Второго? Забыла, как вы веселились в первый год с Марго? — напомнила Валькирия.

— Сейчас все иначе. Я сама устала от вечной гонки на работе. Хочу сменить темп.

— Думаешь, с младенцем темп замедлится?

— Нет, но я хочу в декрет. И понимаю теперь, почему Эрик хотел. Марго такая большая уже. И вообще, если вдруг…

— Вдруг что? — подняла бровь Ольга.

— Всякое бывает, Хелл, — ответила за Нори Наташа. — Случись чего с Эриком и Нори, Марго останется одна. Кеннет, конечно, о ней позаботится, но и он не вечный. У тебя ведь есть сестра, ты должна понимать.

— О, — только и ответила Ольга. — Я не думала об этом.

— Тебе и не надо. Родители живы, детей нет, — жестоко констатировала факты Наталья. — Зато твоя сестра часто благодарит маму и папу за тебя. Особенно, когда вы с Беном присматриваете за их детьми.

Ольга прикусила губу, чтобы не нагрубить Старшей. Стей все говорила правильно, но как всегда свысока. Ее менторский тон раздражал. Как ни крути, а именно Света устроила для Оли и Гриши первую встречу, она поддержала младшую сестру, когда Птицын ее бросил. И Князевой не было в тягость взять на неделю племянников, чтобы позволить Свете и Мише отдохнуть вдвоем. Они были близки, знали, что могут положиться друг на друга. Здесь Ольга была целиком и полностью согласна со Стейной. Но та, кажется, нашла еще один мотив у Нори. И поспешила его озвучить.

— Рожай, Нор. Эрик уже не мальчик. Кто знает, когда придет срок.

Эланор сглотнула, и Хелл поняла, что Наталья попала в яблочко. Нори боялась не столько за Марго, сколько за себя.

— Брось, Наташ, — Оля не могла пропустить ее реплику без возмущения, — Эрик здоров, как бык. Он спортом занимается. Не курит, не пьет почти.

Неожиданно ее перебила Нори.

— Нет, Оль. Она права. Он старше меня. Намного. Рано или поздно… Я знала это, но не хотела до конца понимать, признавать, — она громко втянула ртом воздух, выдохнула и сухо проговорила, — Эрик умрет раньше меня. Я хочу жить с ним сейчас изо всех сил, делить все. Он сам растил Марго до года, дал мне возможность построить карьеру. Со вторым все будет иначе. Мы можем себе это позволить. И должны.

Едва Нори договорила, в воздухе разлилось тугим киселем напряжение. Пели птицы, долетали крики детей и голоса мужчин, но три женщины на минуту погрузились в самые глубины дум. На дне которых был маленький склад, в котором хранились тайные страхи.

Для Хелл это было одиночество. То время, когда она всем казалась благополучной студенткой, но ночами безмолвно выла в подушку, не желая знать жизнь без Бена. Ей было плохо, пока она не встретила Кеннета. А потом пришла на Север, вернулся Бен, и все встало на свои места. Но и сейчас временами она боялась потерять его. Боялась, что не сможет решиться взять чужого ребенка. Хелл знала, что Бен примет любое ее решение. Она знала, что его мир — любовь к ней. Но все равно боялась.

Нори боялась переспать с Артуром. Их отношения давно уже превратились во что-то непонятное. Этому нельзя было найти определение. Любовь, родство душ и похоть переплелись тугим клубком. Нори любила Эрика всем сердцем. Она знала, что он ее мужчина, понимала, что принадлежит ему целиком и полностью. Но Артур все время будоражил ее. К нему невозможно было привыкнуть. В его присутствии Нори всегда держала эмоции под контролем. Особенно, когда они оставались наедине. Она знала, что инстинкты лгут. Кеннет притягивал ее, волновал, будоражил. Словно хищник, опасный, но такой красивый в своей дикости. Эланор не смогла бы утаить от Эрика, если бы они с Артуром занялись сексом. Она не смогла бы жить с мужем, даже если бы он простил ее. Она не хотела себе такой судьбы. Но ее тело имело другое мнение и продолжало реагировать на Артура стабильно и мощно. И каждый раз, когда он приезжал, Нори боялась.

А Стейна боялась, что новый альбом окажется не столь популярен, потому что она отошла от своего обычного стиля, много экспериментировала с текстами и звуком. Боялась, что Бен уговорит Хелл завести ребенка, и планы сделать его Предводителем Волков не увенчаются успехом. Не сможет Птицын разрываться между Севером и семьей, бросит клан. На время, но уйдет из темы. А Стей хотела, чтобы он сменил ее в ближайшем будущем, потому что Кен очень скоро станет лидером Ястребов, минуя посвящение в Старшие. Она очень хотела сохранить противостояние Москвы и Питера. Вечная борьба Бенедикта и Кеннета была бы отличным залогом. Сильные лидеры нужны кланам. Они смогли бы нести в себе дух вечной борьбы, делясь им с новыми воинами. А еще Стей боялась ненароком прибить Марка.

Словно в наказание за эти мысли Марк заорал на весь двор. Дамы вздрогнули. Марго забрала у мальчишки свой деревянный меч и дразнила, бегая вокруг мангала. Артур подошел к Марку, который сидел на траве и выл во все горло. Он что-то сказал ему, и тот сразу замолчал. Савицкий подал мальчику руку, поднимая с земли. Марк гордо насупился и отвернулся, игнорируя Маргариту, которая решила помириться, отдавая ему игрушку обратно.

Нори хихикнула. Хелл поморщилась. Лицо Стейны скривилось, словно кто-то резал ее ножом по живому.

— Невыносимый засранец, — пробормотала Старшая, добавляя вина в бокалы, выпивая без тоста.

— Как ты вообще согласилась поехать? — продолжала посмеиваться Нори.

— Артур умеет уговаривать.

— Это точно.

— Не представляю, как Кен приведет Марка на Север, — вступила в разговор Ольга. — Он считает его отцом? Хотя вроде зовет по имени.

— Кен расскажет правду. Полагаю, сделает это в свое время. А на счет Севера, — Стейна пренебрежительно фыркнула. — Ты же знаешь Ястребов, Хелл. Они считали Эрика богом, теперь молятся на Кеннета, и его приемника признают сразу. Такая уж у питерских монархическая династия.