Алексия (СИ) - Белых Любовь - Страница 31

Поражаюсь иногда тому как здраво рассуждает нынешнее поколение. Не стану скрывать своей радости об оставшемся в прошлом культе семьи и ее сохранении во что бы ни стало. Все больше и больше людей начинают здраво мыслить и рассуждать. А чего иногда стоит это "сохранение семьи"? Измены, слезы, алко и нарко-зависимые долги, побои и прочие радости. И все ради СЕМЬИ. За нынешних девушек и женщин я не переживаю. Чего не скажешь о мужчинах. Вымирает хороший мужчина.

Все больше непонятных мужчин и странных. Во все горло кричащих о своем мужском начале, прославляя свою физиологию, и все меньше мужчин совершающих поступки. Я уже и не говорю об укладках, кремах, одежде и прочим, что для меня до сих пор не понятно. Разглядеть за всем этим фасадом МУЖЧИНУ не представляется возможным, да и как-то не хочется его за всем этим разглядывать…

— Что ты знаешь о вампирах и магах? — не стала я ходить вокруг да около.

— Магах? Это как в Гарри Потерре? — она засмеялась и спрятала лицо в ладонях переводя дыхание. — Это как бы шутка? Нет?

Мы с Адалиндой перекинулись серьезными взглядами. Сестра невозмутимо дернула плечами и прошагала к другому концу кровати походкой топ-модели. Дождавшись когда под ее весом кровать немного продавит, я продолжила:

— Хорошо. С этим мы потом разберёмся. Что ты знаешь о вампирах? — посылая команду ее сознанию забыть тему с магией я хозяйничала в ее голове отчаянно пытаясь найти хоть какие-то зацепки. Все серо и однообразно. За исключением нынешнего разговора. Тут она порядком нервничала и билась в догадках нашего пристального внимания и моих расспросов. Но все до скрежета зубов банально: почему, зачем, а это что такое, с чего бы, что происходит и тд.

— Мне говорили, чтобы я вампир. Что это обеспечит меня возможностью быть сильнее, быстрее, выносливее и откроет какие-то телепатические способности со временем. Что мне нужно питаться кровью и не выходить на солнце. — она задумалась. — И еще ты сказала, что период адаптации для среднеаттического вампира 10–15 лет. Я пока не понимаю, что это значит, но цифры меня очень пугают…

И опять та же искренность. Словно в этой милой голове совершенно нет посторонних мыслей и сведений. Я впервые вижу человека, который действительно говорит, то что думает? Пожалуй ради этого стоило прожить тысячу лет….

— Адаптация — это и есть адаптация. Без всяких подводных камней. Тебе прийдется учиться жить заново с новыми возможностями, с новыми потребностями тела, с новыми людьми. Это не всегда просто. Самое главное это ЖАЖДА. На ее контроль уходят более 10–15 лет. Нас наградили силой, клыками, скоростью не для вышивания крестиком. Мы — хищники. И принять эту часть себя сложно.

Адалинда смотрела на меня не моргая. На один короткий миг ее глаза вспыхнули теплотой и поддержкой. А потом, как обычно, покер-фейс с надменным взглядом. Показалось мне что ли?

— В смысле с новыми людьми? А моя семья? Моя мама? — Лера вскочила с кровати и принялась мерить шагами комнату. — Я не могу ее оставить. Особенно сейчас, когда вокруг нее вьется этот ухажёр. Он меня бесит. Считает, что ему можно появляться в нашем доме когда ему вздумается, стоит лишь притащить свой зад и букет ромашек… Лезть в нашу жизнь… Давать мне советы…

Чем больше она говорила, тем больше трансформировалось ее тело. Черные прожилки проступали на коже и скрывались, снова проступали и снова уступали место однотонной кожи. Широкораспахнутые глаза затягивало черным и снова уступали место человеческому зрачку. Руки подрагивали.

Это и есть отстутствие контроля. Частичное обращение или нестабильное обращение проблема всех новообращенных вампиров. Когда кажется, что чувства и эмоции плещут через край — тело контролируют только твои эмоции, только то, что ты переживаешь сейчас. Без поправок на окружающее. По этому Штаб предпочитал держать новообращенных в своих стенах или избавляться от нестабильных вампиров. Ресторан, клуб, площадь, пробка где угодно можно словить волну негатива и раздражения. Жертвы, привлечение внимания, раскрытие и тд неотъемлемая часть нестабильного вампира. Мне не казались методы штабских жестокими и дикими. Это разумно… не подвергать опасности ни себя ни окружающих. Да, теоретически, ты узник, но узник в безопасности, без жажды крови, без опасности солнечных лучей и без возможности навредить своим родным, близким и просто окружающим. Другой вопрос, что этот период в неестественной среде тянется мучительно медленно и лишает возможности даже попытаться ужиться с внутренним хищником.

— Лера, твоя мама должно быть взрослый человек. И сама понимает, что для нее хорошо, а что плохо. А плохо для нее будет иметь дочь-вампира, которая в любую минуту может на нее наброситься и перегрызть глотку.

— Я не причиню вреда собственной матери. — на последних слогах она обратилась полностью и уже их прорычала, пригвоздив Аду взглядом.

— Тебе нужно успокоиться. — как можно более равнодушно произнесла я. — В твоем состоянии легко наделать ошибок, которые скорее всего для тебя будут фатальными. Адалинда старый вампир и размажет тебя по стенке одним движением. Подумай о чем-нибудь приятном. Сконцентрируйся…

— Вот-вот. И не просто размажу, а повыбиваю все клыки и сломаю руки…

— Ада, ты не помогаешь…

Один рывок Леры в сторону Ады и сестра уже стояла на ногах рядом с плотно-завешанным красными шторами окном. Не оставшись в долгу она тоже обратилась и оскалилась. Рыки звучали с двух сторон. Ада скорее пыталась ее напугать и вывести из себя чем убить или покалечить. Уж слишком вальяжно и жутко она скалилась.

— Ну, давай милашка, иначе мне прийдется наведаться еще и к твоей маме.

Что??? Что она делает???

Как только Лера бросилась на сестру, Ада отбила ее руку и схватила за горло отрывая от пола.

Фетиш у нее такой? Чуть что сразу за горло хватать?

Додумать мне не дали, ровным счетом, как и успеть среагировать… Адалинда распахнула шторы впуская солнечный свет в помещение и прямые солнечные лучи на новообращенного вампира. Твою мать, твою мать…

— У тебя защищённые стекла?

Ее голос прозвучал растеряно и требовательно. Пока Лера трепыхалась в бесполезных попытках освободиться и жмурилась мы с сестрой явно пребывали в прострации. Что за херабра??? Конечно же у меня нет защитных и отражающих стекол. Зачем они мне? Солнечный свет мне не вредит, новообращенные вампиры у меня не гостят…

— Отпусти ее!!! — я сама не заметила как, приказала и Ада послушно разжала пальцы, позволяя Лере рухнуть на пол и судорожно ловить ртом воздух.

— Я… я… н… не по… не понимаю… Почему я не с… сгорела? — она уже в человеческом обличии терла шею и нервно озиралась по сторонам.

— А это мы сейчас и узнаем. — я шагнула к ней схватив за голову и сжала виски.

— Что… Что ты будешь делать? — всхлипнула девушка и попыталась отстраниться.

— Искать ответы. — я подмигнула ей и уже шепотом добавила. — Будет очень больно…

Как только я проникла в ее сознание и перелистнула вчерашний день всю квартиру взорвал душераздирающий крик.

Я не сомневаюсь, что она не враг мне и моей сестре. Не отпуская ее сознание весь сегодняшний день- я могу с уверенностью сказать, что причинять вред мне, Аде и вообще кому бы то ни было, совершенно не в ее планах и скорее всего не в ее стиле, она ни разу не соврала и не попыталась уйти от вопросов. О таких говорят: " Она и мухи не обидит". Мне больше не нужны ее чувства и мысли… Мне нужны ее воспоминания и ее глаза. Где-то должны быть ответы и кто, как не сама загадка скрывает в себе и ответ. Да, это очень больно. Да, в глубине души, или что там у меня от нее осталось, мне ее жаль. Да, это риск. Риск расплавить ей мозг и лишить возможности здравомыслия, оставив ее без остатков разума. А когда у меня был выбор?

Это невыносимо! Невозможно! Отвратительно!!!

Когда я отпустила ее воспоминания по моей спине лился самый настоящий холодный пот, тело бил озноб, а руки и ноги отказывались слушаться. Испытав на себе все, через что пришлось пройти этой хрупкой девушке, я не могла сдвинуться с места. В первом же порыве я притянула к себе, все еще не пришедшую в себя Леру, положила ее голову себе на колени и молча перебирала ее шелковистые волосы. Все чего мне отчаянно хотелось в тот момент, чтобы она очнулась невредимой. Раскаяние, как всегда, запоздало накрыло меня с головой погружая в безумные воспоминания. Ее воспоминания… Мало ей досталось? А тут еще я… и Адалинда…. Гребанный Адам Ноланд! Что он с ней сделал?