Любовь мстителя (ЛП) - Хавиленд Нэнси - Страница 44

— О, Господи.

Сердце Габриэля сжалось при виде того, как Ева дрожащей рукой смахнула слезу.

Закрыв глаза от нахлынувшей волны отвращения к себе, он продолжил:

— Отец знал тебя всю твою жизнь. Любил тебя с мамой и из-за этого покинул, чтобы опасности нашего мира никогда не касались вас.

Но это все равно произошло.

Габриэль пересказал один из разговоров с Василием после того, как узнал, что у его наставника есть дочь. Теперь он делился этой информацией с Евой.

— Может он и оставил вас ради вашей безопасности, но всегда был неподалеку. Он рассказал мне о том дне, когда ты потеряла свой первый зуб, в парке. Тебе было пять, и он был там. А день, когда тебя впервые подстригли, когда тебе было три? Он стоял в тени на другой стороне улицы и наблюдал, потому что не хотел пропустить такой момент.

Ева руками закрыла уши, мужчина повысил голос:

— Он присутствовал на первом и последнем школьных днях, на твоих днях рождениях, на Рождество и Днях благодарений. Рассказывал, что ему было больно наблюдать, как вы с Кэтрин плакали, когда она привезла тебя с Никой в летний лагерь для девочек, на котором ты настаивала. Тебе было тринадцать. А солидная сумма на счету, пополняемая ежемесячно? Та, которую мама собиралась получить перед смертью в наследство от богатого дяди без близких родственников? Дядя никогда не существовал. Это от твоего отца. Еще один способ его заботы о вас обеих.

— Прекрати это, — прошептала девушка, опуская руки. — Пожалуйста, хватит. О, Господи. Хватит. Что ты делаешь? Откуда ты все это знаешь?

Но он не останавливался:

— Василий выбрал меня для твоей защиты, потому что доверяет. Он знал, что я более чем хорош в этом. Но никто не ожидал, что твоя связь со мной принесет большую опасность, нежели с ним. — Габриэль наблюдал, как она поднялась на ноги. — Мой отец был главой нашей... криминальной семьи, и последним заданием, которое я для него выполнил, была доставка грузовика с взрывчаткой к фабрике одного из врагов. Короче говоря, женщина моего брата оказалась в этом здании во время взрыва. В день, когда я покинул Нью-Йорк, он поклялся убить каждую женщину, с которой я свяжусь, точно так же, как я убил его возлюбленную.

Теперь Ева стояла прямо перед ним, ее вид был измученным. Габриэль выпалил оставшуюся информацию:

— Человек, которого ты встретила в квартире Калеба в день отъезда из Нью-Йорка, — он замолчал и нахмурился, когда ее глаза вспыхнули, — Стефано Моретти — мой брат, Ева. И он придет за тобой.

Габриэль поймал ее, когда девушка начала оседать.

— Ева! — ругаясь и проклиная все, он поднял ее на руки, быстро отнес обратно на кровать и откинул волосы с лица. Он знал, что так произойдет. Должен был знать, что она не выдержит столько за раз. Но обязан был все рассказать.

Мужчина, напуганный быстро оледеневшей кожей, выдернул покрывало и завернул в него девушку. Он выпрямился и выбежал в гостиную. Схватив с пола телефон, крикнул парней, зная, что один из них должен был остаться у двери, и кинулся обратно к Еве. Через секунду в спальню ввалились Алек, Джак и Миша, их тяжелые ботинки громыхали по плитке.

— Что случилось? — спросил Миша, выругавшись и опускаясь на колени рядом с кроватью.

Габриэль хотел было осадить его за наглость, но потом вспомнил, что парень был медиком в российской армии.

— Она отключилась. Упала замертво. — А еще он вспомнил, что подручный Стефано сбежал из-под охраны, в процессе серьезно ранив одного из парней. — Как Абель? — требовательно спросил он у Джака. — И тебе лучше сказать мне, что кто-то нашел Фурио. — Он схватил брошенное в углу на стул одеяло и накинул на все еще недвижимое тело Евы.

— Абель в отделении хирургии. Джерод сказал, что позвонит, но дела не очень хороши. Фурио все еще в бегах.

Габриэль был в бешенстве.

— Вот черт! Если Абель тоже умрет, я... Господи-Боже, — он зарычал при мысли об этом. — Я должен был послать с ними кого-то еще. Я знал, что Фурио на все способен, черт побери!

— Близнецы никогда не нуждались в третьем, Гейб, — проговорил Алек. — Поэтому мы и взяли их. Это не твоя вина. Ты не можешь все контролировать, брат.

— Я ни хрена не контролирую с тех пор, как она появилась в моей жизни! — его голос прогремел в притихшей комнате, когда мужчина махнул рукой в сторону Евы. Девушка даже не пошевелилась.

— Ее пульс замедляется. — Миша поднялся на ноги и окинул взглядом Еву. — Я бы сильно не переживал, Моретти. Она дочь Василия Тарасова. Справится.

Черт, он надеялся. Габриэль опустился на край кровати и несколько раз глубоко вдохнул, медленно считая до десяти. Очень осторожно облокотился на матрац рядом с Евой и послушал ее дыхание.

— Я послал Вито и Бобби Т в аэропорт, а Максим мониторит все остальные места под солнцем. Мы найдем его.

Габриэль посмотрел на Джака с благодарностью, что тот предугадывал его желания.

— Фурио так же хорош, как мы. Мне никогда не стоило недооценивать его.

— Мы найдем его, — повторил Джак. — И уберемся отсюда, оставив вас наедине. Сомневаюсь, что она захочет аудиенцию, когда очнется. — Он дал Мише и Алеку знак следовать за собой к двери, но остановился на полпути и посмотрел в телефон. Прочитал сообщение и вздохнул так, что это могло означать только одно. — Абель пришел в себя. Если ничего непредвиденного не случится, то с ним все будет в порядке.

Габриэль мысленно поблагодарил Бога. Он не хотел быть ответственным за разлучение двух братьев.

— Хвала Богу. — Ему лишь хотелось, чтобы обошлось без смерти соседа Евы.

Выходя, Джак хлопнул по дверному косяку.

— Мы позвоним, если еще что-нибудь услышим.

— Но не ее, — заметил Габриэль, прежде чем Миша закрыл дверь. Три пары бровей поползли вверх. — Ей понадобится выпустить пар. И у меня такое чувство, что это будет в виде пары сотен слов в мой адрес.

— Береги яйца, брат, — пробормотал Миша, выходя.

К Еве медленно возвращалось сознание: густая тьма раздалась, растянулась и наконец полностью рассеялась. Странное ощущение комфорта боролось с беспокойством, когда девушка открыла глаза.

— ... Ну же, милая, ты меня убиваешь.

Она моргнула. Вот объяснение тепла. Габриэль держал ее, и они были обернуты как рождественская хлопушка. Одна из его ладоней лежала у нее на талии. Тяжелая нога накрывала ее ноги, туго укутанные покрывалом. Ева попыталась пошевелиться, и Габриэль отодвинулся, разрушая их кокон.

Взгляды встретились.

— Наконец-то, — его голос был таким измученным, что у Евы стиснуло грудь.

— Габриэль... — Она застыла, когда все произошедшее обрушилось на нее.

— Ш-ш-ш. Все хорошо, милая, — успокаивающе проговорил он, гладя девушку по щеке. — Пожалуйста, не нервничай. Все будет хорошо.

Хорошо? У нее никогда больше не будет все хорошо.

Она отпрянула от его прикосновения.

Ее отец? Этот псих ожидает, что она поверит, будто он знает ее отца? Который по чистой случайности оказался русским мафиози? И не просто каким-нибудь русским преступником, будто и этого не достаточно, а главой опасной могущественной организации?

Мысли закружились. Несчастный случай с мамой произошел два месяца назад...

Именно тогда, когда, по словам Габриэля, с ним связались...

Наблюдал за ней...

Следил за ней...

Все встало на свои места. В тот день в квартире Калеба. Стефано Моретти знал, кто она. Незнакомый мужчина со своими непонятными сообщениями и предупреждениями.

Ее мать убита.

Отец защищал ее.

Габриэль и Стефано Моретти — братья.

Габриэль связан с мафией.

Люди пытались ее убить.

Какого черта.

Быстро оттолкнувшись, она выбралась из объятий Габриэля и откинула простыни. Девушка едва добежала до ванной, прежде чем ее вывернуло. Спазм за спазмом, но после многих часов без еды, это были, в основном, пустые позывы. Она почувствовала, как Габриэль отвел ее волосы в сторону и приложил к шее холодное влажное полотенце. Теплая ладонь гладила спину, прикосновения сквозь одежду обжигали липкую кожу.