Глаголь над Балтикой (СИ) - Колобов Андрей Николаевич - Страница 92

***

Контр-адмирал Кербер вошел в адмиральский салон предпоследним. Здесь уже присутствовали и Адриан Иванович Непенин, Михаил Коронатович Бахирев и командир 2-ой бригады линкоров, а точнее - старых броненосцев Василий Николаевич Ферзен и кое-кто еще. Не хватало только командира минных сил Максимова, ну и он зашел почти сразу же за Людвигом Бернгардовичем за минуту до объявленного начала совещания. Контр-адмиралы расселись за столом командующего и фон Эссен немедленно приступил:

- Господа, буду краток. С рапортом Адриана Ивановича вы все уже ознакомлены: противник готовит крупную операцию по поддержке своих сухопутных сил. После получения подкреплений из Вильгельмсхафена, немцы располагают четырьмя дредноутами типа "Гельголанд", семью броненосцами, семью легкими крейсерами и тремя, а может даже четырьмя флотилиями миноносцев. Это, разумеется, не считая старых броненосных крейсеров и прочей мелочи, которая у них тут сейчас есть. Другими словами, адмиралштаб сконцентрировал против нас силы, равные всему Императорскому Балтийскому флоту вместе взятому, и даже незначительно превосходит нас. Мы полагаем, что немцы попытаются осуществить прорыв тяжелыми кораблями в Рижский залив, для того, чтобы поддержать сухопутную атаку Риги с моря, и мы, конечно, будем противодействовать этому.

Здесь я должен сообщить Вам радостную новость. Ставка извещена о примерном составе сил, которые противник собирается задействовать против нас в Рижском и признала эти силы равными нашим. Соответственно, в первый раз за всю войну, мы имеем право использовать 1-ую бригаду линкоров по собственному усмотрению, без согласования со Ставкой. - здесь фон Эссен тонко улыбнулся:

- Господа, мы получили превосходный шанс как следует щелкнуть кайзера по носу, и только от нас зависит, сумеем ли мы им воспользоваться.

Свои приказы вы получите по окончании совещания, и в них все изложено, да и нет в них ничего такого, чего мы бы не обсуждали раньше - командующий кивнул головой в сторону пачки объемистых конвертов:

- Но все же повторим в самых общих чертах. По нашим предположениям, немцы будут прорываться через Ирбенский пролив. Вероятнее всего, они отправят туда броненосцы четвертой эскадры, а дредноуты будут обеспечивать дальнее прикрытие на случай, если мы выведем в море "Севастополи". Легкие силы они развернут между горлом Финского залива и Моонзундом, дабы своевременно получить информацию о выходе наших линкоров в море. Заблаговременно обнаружив их, они смогут нанести удар не только дредноутами, но броненосцами четвертой эскадры, а возможно, постараются зажать нас в клещи между "Гельголандами" и броненосцами. Это для нас неприемлемо.

Сейчас в Рижском у нас только броненосцы береговой обороны, да старые миноносцы и этого, конечно, недостаточно, для его защиты. Поэтому нам придется дробить вторую бригаду линкоров: "Цесаревич" и "Слава" пойдут оборонять Моонзунд. Вы, Василий Николаевич, примете командование всеми броненосцами, и Ваша задача - не пропустить броненосцы немцев в Рижский.  Делайте все, что необходимо, но пропускать четвертую эскадру в Рижский запрещаю категорически. Выполнив эту задачу, Вы поставите немцев в крайне неудобное состояние - уйти ни с чем, стянув для операции такие силы они не могут, так что им придется отправлять в бой дредноуты.

С ними Вы, разумеется, не справитесь и тут Ваша задача - вести сдерживающие бои, всячески мешать им тралить фарватеры, а затем - отступить, возможно и вовсе уйти из Рижского залива в Финский. Но как только я узнаю о том, что Вы атакованы, я выведу первую бригаду, все четыре "Севастополя" к Уте, чтобы потом не тратить время на проход наших минных заграждений, а как только Вы втянете в бой "Гельголанды", я атакую. К этому времени Вы отступите, часть германских кораблей войдет в Рижский залив, я же постараюсь уничтожить то, что они оставят у входа в Ирбенский пролив. Выдвигаться к Моонзунду буду ночью, так будут хорошие шансы проскочить мимо немецких дозорных и застать их главные силы врасплох, появившись перед ними с рассветом. И, если Господь дарует нам победу, то мы не просто разобьем часть их флота, но еще и закупорим остальные их корабли в Рижском заливе. Немцы трижды пожалеют о том, что вообще туда сунулись. И потому я повторю еще раз: успех Вашей обороны, Василий Николаевич, определит успех операции в целом.

"Андрея Первозванного" и "Павла I-го", к сожалению, в Рижский залив отправить невозможно - если что-то пойдет не так, им не венуться оттуда в Финский, осадка не позволит. Но и вести их в бой вместе с "Севастополями", снижая эскадренную скорость, я не могу. Потому передаю эти два корабля на усиление Вашей бригады, Михаил Коронатович - обратился фон Эссен к Бахиреву:

- Принимайте командование, да берите проштрафившегося "Рюрика" в придачу.  Ваш "Макаров", "Рюрик", два броненосца - уже сила, так что станете нашим резервом. Как я и сказал, в рейд на Моонзунд я поведу дредноуты в ночь, а с рассветом Вы выйдете из-за центральной минно-артиллерийской к Даго - в случае нашей неудачи, прикроете наше возвращение, да и, к тому же, совсем без охраны наши минные позиции оставлять нельзя.

Вот Ваши приказы, господа. Изучите их сами, и ознакомьте с ними командиров Ваших кораблей, а завтра к вечеру проведем собрание флагманов - да и пойдем с Богом. До того, как немцы начнут свою операцию, у нас есть еще дня три или четыре, так что подготовиться успеем, но затягивать не следует.

***

Эрхард Шмидт, командующий четвертой эскадрой хохзеефлотте, испытывал весьма противоречивые чувства. С одной стороны, законная гордость - он получил новое назначение. Нет, пост командира эскадры, это очень и очень неплохо, и Шмидту пришлось чертовски много работать, чтобы достичь этого. И еще больше пришлось работать, когда он этого все-таки достиг. Год тому назад он полагал, что вполне освоился с новой должностью, а сейчас, по его мнению, способен был на большее. Оказалось, что руководство придерживалось такого же мнения: всего лишь несколько дней тому назад вице-адмиралу было поручено командование всеми морскими силами Германии, сосредоточенными в Балтийском море. Не навсегда, конечно, а на период проведения задуманной в высших кругах операции, но масштаб задействованных сил превосходил все, на что мог рассчитывать Шмидт. Даже закрадывалось опасение - справится ли? Вице-адмирал не являлся карьеристом в общепринятом смысле этого слова, хотя, разумеется, не был лишен здоровых амбиций. Попросту говоря, он стремился быть лучшим среди других: производство в новый чин или же новая должность были для вице-адмирала только свидетельством его заслуг, а дополнительные блага, проистекающие из нового положения - наградой за труд. Превыше всего Шмидт ценил компетентность и, конечно, ему и в голову никогда не пришло желать для себя пост, к которому он не был готов: а сейчас его одолевали сомнения.

Получив назначение и будучи опытным и умелым моряком, Шмидт сперва почувствовал, "крылья за спиной" и с энтузиазмом приступил к проработке деталей операции. Но чем дальше он углублялся в них, тем меньше нравилась ему эта балтийская затея адмиралштаба.

Первое и самое главное - сжатые сроки операции. Командующий хохзеефлотте вовсе не горел желанием ополовинить собственные силы на сколько-то долгий срок. Гуго фон Поль резонно отметил, что с оставшейся у него в Вильгельмсхафене второй эскадрой и "Дерфлингером", он даже безопасность бухты Яде, святая святых германского флота на Северном море гарантировать не может. С самого начала войны англичане вели себя на море пассивно, по большей части ограничиваясь дальней блокадой, но что они могут предпринять, если узнают, что половина хохзеефлотте покинуло Вильгельмсхафен?