Наваждение (СИ) - Кострова Валентина - Страница 1

Валентина Кострова

Наваждение

Глава 1. Наваждение

Я спиной ощущала его пристальный взгляд. С самой первой минуты, как прозвенел звонок, оповещая всех студентов о начале пары. Когда вошла в душную аудиторию, замещая заболевшую коллегу по английскому языку, первое что увидела, это кучку нахальных парней на самом верху, вальяжно сидевших на лекционной скамейке. В стае животных, всегда видно вожака: по манере себя держать, по уверенному и нагловатому взгляду, по молчаливому превосходству, по тому, как все смотрели на него. И все смотрели на него, в том числе и я.

Представившись на английском, я заговорила на языке Шекспира, не обращая внимания на растерянные взгляды студентов, что сидели перед кафедрой, крутя ручками перед чистым листом. Те, кто был выше даже не удосужились раскрыть свои тетради.

- А у вас видно отличная слуховая память, с легкостью сможете воспроизвести на экзамене данную тему?! – спрашивала или утверждала, сложно было понять.

- А мы, Кира Анатольевна, наслаждаемся вашим чудесным голосом! – это был вожак, это был эпицентр всего университета. Все крутилось вокруг этого самоуверенного парня с кривоватой снисходительной улыбкой. Царев Виктор. И свою фамилию он оправдывал на все 100%, нес себя миру с царственной грацией, окруженный холопами и девицами. Я никогда не преподавала этому потоку будущих финансистов и магнатов, что делали представительницы прекрасного пола здесь, наверное, присматривали себе потенциальных женихов, будущих мужей, с одобрением богатых родителей, вряд ли кто-то из этих куколок вспомнит о существовании своего диплома. Именно этот курс с самого начала, еще при поступлении, выделялся составом абитуриентов. Здесь не было места простому смертному, от званий, должностей и прочего социального статуса родителей этих отпрысков, дышать становилось трудно, хотелось тут же заискивающе улыбнуться. Даже я, дочь не последнего человека в городе, смотрела на эту золотую молодежь с чувством какого-то восторга и призрения.

- Я бы тоже не прочь насладиться вашим голосом, Царев, преимущественно на английском! Не хотите ли своим товарищам показать мастерство слуховой памяти, рассказать тем, кто не успел записать, что я только что продиктовала. Можно в произвольной форме, но со смыслом!

Кто-то сдавленно рассмеялся. В аудитории повисло молчание. Царев минуту раздумывал, затем величественно поднялся со своего места и медленно начал спускаться. А я медленно начала его рассматривать. Красив. Слащаво, нахально красив. Тело вылеплено в тренажерном зале, белая футболка просто бесстыже облегала его торс, подчеркивая мужественную ширину плеч. Скуластый, легкая небритость, губы тонкие и часто кривятся в подобие улыбки. Интересно, а нормально он умеет улыбаться? Когда он подошел ближе, заметила в одном ухе серьгу. Вау! Да он еще бунтарь, вряд ли его папочка, магнат пароходов, теплоходов, всех журналов и газет одобряет такой внешний вид. Ведь наследник будущей финансовой империи должен выглядеть солидно, а не как раздолбай. Наши глаза пересеклись, и я зависла. На меня смотрели пронзительно изумрудные глаза, как молодая зелень. Они были настолько нереальными, что с трудом нашла в себе силы отвести взгляд в сторону.

Голос… какой у него низкий, бархатный голос, с нотками сексуальности. Глаза сами по себе закрывались и хотелось только слушать, ощущать на себе этот тембр, как прикосновения. Вздрогнула и поняла, что действительно закрыла глаза. Царев усмехался и, смотря мне прямо в глаза, что-то говорил. Мой мозг словно перестал понимать английскую речь. С усилием воли заставила себя вслушиваться в слова, а не в голос. И да, слуховая память у него отличная, он сумел даже дословно передать то, что я недавно сказала. Теперь ничего удивительного не было в том, что он никогда ничего не записывал, прекрасно при этом сдавал сессии, без особого труда идя на красный диплом.

Звонок. Меня спас звонок. Я быстро собрала вещи и пулей вылетела из аудитории, чувствуя, как пылают мои щеки. Никто меня так не будоражил одним присутствием. Никто меня не очаровывал всего лишь одним голосом! Черт, теперь я начала понимать, почему ему смотрят все девушки томно вслед, почему каждая мечтает оказаться рядом с ним, хоть на пару дней стать подружкой. Царев был известным бабником, никогда не скрывал, что серьезных отношений от него не ждите, а легкое времяпровождение он обеспечит. И девушки готовы были даже на это!

- Кира Анатольевна, как прошла пара? – на кафедре английской грамматики уже было время чаепития, женщины в возрасте, с диссертациями, с ученой степенью восседали вокруг круглого стола и пили чай, была открыта коробка конфет. Ко мне обратилась Светлана Павловна. Студенты называли ее Гадюкой, ибо получить сразу зачет или хорошую оценку по ее дисциплине было нервозатратно, бесполезно, обреченно. Нужно было ходить, обивать порог кафедры, молящим взглядом заглядывать в холодные серые глаза. Я это знала, ибо сама через данное унижение проходила, когда училась на факультете иностранных языков. И скажи мне кто десять лет назад, что буду с ней сидеть за одним столом, покрутила пальцем у виска.

- Отлично! Как и полагается в окружении людей, выросших с золотой ложкой в зубах! – села на свободный стул. Светлана Павловна прищурилась, скользко улыбнулась.

- Вы же прекрасно понимаете, чьи дети там учатся!

- Меня это совершенно не касается, я всего лишь подменила Лилю Борисовну.

- Видите ли, Кира Анатольевна, возникли не предвиденные обстоятельства!

- Какие? – неприятное предчувствие заскребло душу. Встречаться с Царевым мне больше не хотелось.

- Лиля Борисовна экстренно вышла на больничный и когда он окончится никому неизвестно, поэтому ее нагрузку мы распределили между собой, не думаю, что возникнут какие-то трудности, тем более вы одна из лучших наших выпускниц! Ф5 остается за вами!

- Вы хотите сказать, что группа Ф5 будет на мне? – голос предательски дрожал, дрожали и мои пальцы, дрожала я сама.

- Конечно, Ф5 полностью на вас. Остальные группы уже между собой мы разобрали, поэтому я и спросила, как прошла пара.

- Хорошо. Хорошо прошла пара. А практику тоже я буду вести?

- Конечно!

Я сидела с усилием воли заставляла себя улыбаться и не показывать им своего страха. Да, я боялась, я интуитивно чувствовала, что меня засунули в клетку ко львам. Молодые львы, один с них умел сводить с ума всего лишь голосом… Мамочки, что будет если я проникнусь и всем остальным????

Четвертая пара. Хотя нет, пара давно закончилась, это я тут с Царевым сижу одна в аудитории и жду, когда сий мальчик, наконец-то, добьет свою самостоятельную работу и свалит. Почему я дала ему шанс дописать? Не знаю, но не смогла просто отказать этим проникновенным глазам.

- Царев, а у вас довольно красивые глаза! – мысленно подумала, а оказалось, что произнесла вслух. Парень вскинул на меня свои красивые глаза и ухмыльнулся, откинувшись на стуле.

- Так может зачет сразу поставите за красивые глазки? – нахально предложил этот молодой человек, отодвигая от себя листок с ручкой.

- Это будет делать кто угодно, только не я! Вы закончили? – демонстративно собрала свои вещи. Он качнул головой, но я не поняла в отрицании или в согласии. Взяв его лист с парты, положила в стопку таких же и поднялась.

- Кира Анатольевна, а чем вы сегодня заняты вечером? – ошеломленно повернулась в сторону Царева, удивленно смотря на парня. Его вопрос просто был не в тему.

- Виктор, вы не ошиблись?

- Нет. За пределами этих стен, – он выразительно обвел глазами помещение, – вы обыкновенный человек, как и я.

- Ага, но при этом каждая собака знает, чей вы сын и кто вы такой!

- А вас смущает моя фамилия и положение? Это можно исправить, просто не думать постоянно об этом факте, поверьте, жить сразу станет легче! – да, голос у него потрясающий. Ему бы идти на радио или певцом, просто таешь от этого тембра и дрожишь от предвкушения чего-то сладкого.