Повелитель моря (СИ) - Миллерова Агния - Страница 29

— Так кто же из тех дам покорил ваше сердце, адмирал? — всё ещё пытаясь выловить в памяти лица пленённых тогда женщин, спросил дон Себастьян.

Анри почувствовал, что краснеет и опустил голову. Сейчас впервые он скажет то, что до сих пор боялся признать даже сам себе. И не получится отмолчаться — ведь он дал слово дону Себастьяну быть откровенным в ответ на его откровение. Сделав глубокий вдох, не поднимая головы, Анри, наконец-то ответил:

— Это леди Энн Хэмптон, дочь генерал-губернатора Антигуа и Барбуды.

Дон Себастьян даже присвистнул. Некоторое время оба мужчины молча пили пиво. Первым заговорил аристократ:

— Боюсь, эта птица не вашего полёта, друг мой.

Анри явственно услышал в голосе собеседника сочувствие. Не осталось незамеченным и слово «друг». Но Эль Альмиранте не стал акцентировать внимание на новой форме общения между ним и капитан-лейтенантом, а ответил кратко и ясно:

— Я знаю, — и, выпив залпом своё пиво посмотрел на человека, которому единственному доверил свою самую большую тайну.

— Забудьте о ней, адмирал, — безапелляционно провозгласил аристократ. — У вас больше шансов найти упавшую звезду, чем жениться на дочери лорда Хэмптона. Да и когда вы успели влюбиться? Это же было мимолётное знакомство. Сколько раз вы общались, если не считать трапез в ратс-камере? Но даже если случится чудо — зачем она вам? Я слыхал, что англичанки чересчур чопорны и холодны, как лёд. Другое дело испанки! Если согласитесь принять от меня совет как от человека, искренне симпатизирующего вам и прожившего на этом свете немного дольше вас, я бы посоветовал присмотреться к сеньорите Исабель. Тем более что она не побоялась скомпрометировать себя, признаваясь вам в симпатии.

— Я готов принять искренний совет от симпатизирующего мне философа, но, увы, он бесполезен. Я словно околдован леди Энн и не могу думать ни о какой другой девушке, — голос Анри был непривычно тихим и наполненным печалью. Он бесцельно крутил в руках пустую кружку, глядя при этом на бьющегося в грязное окно жука.

— Всё проходит, поверьте мне, сеньор Анри. Даже для чар нужно постоянно иметь перед глазами объект влюблённости, в противном случае они тают.

— А вам откуда это знать, дон Себастьян? — Анри оживился и даже попытался улыбнуться.

— Кому ещё знать, как действуют чары любви, если не философу, — с едва заметной улыбкой парировал капитан-лейтенант.

— Значит, только размышления и никакого личного опыта? — с ощутимым сарказмом спросил Анри.

— Ладно, раз мы договорились обмениваться откровениями, то да, был у меня личный опыт. Поэтому я точно знаю — расстояние лечит. Пусть не сразу, но всё же, — в голосе дона Себастьяна промелькнула грусть.

Он опять сложил на груди руки и опустил голову. Анри буквально почувствовал, какая глубокая печаль окутала сердце собеседника. Желание расспросить аристократа о том опыте улетучилось — любопытство уступило тактичности. Однако тишина не висела долго: капитан-лейтенант поднял голову и заговорил:

— Адмирал, а почему бы вам не купить титул? Испанская казна давно уже подобна дырявому карману, и Его Величество с присущим ему благоразумием раздаёт новые титулы не только за заслуги, но и за деньги. Почему бы вам не воспользоваться его щедростью и не стать бароном, пополнив ненадолго испанскую казну?

— Я не настолько богат, чтобы затыкать дыры в кармане Его Величества. Тем не менее я вынужден признать, что дворянский титул избавил бы меня от многих проблем, однако принёс бы иные, — покачал головой Эль Альмиранте. — Но кто знает? Возможно, в будущем я вернусь к этому вопросу, — Анри тяжело вздохнул и снова посмотрел в окно.

Упорный большой жук продолжал лезть по квадрату желтоватого стекла и снова падал. Не выдержав, Анри взял его и пошёл к выходу. Немного усилившийся ветерок приятно овевал разгорячённое эмоциями и пивом лицо. Опустив насекомое на траву, Анри улыбнулся, видя, как упорное существо пусть и не своими усилиями, но наверняка не без воли Господа, обретя шанс жить дальше, быстро уползало.

— А ведь сеньорита Исабель была права, назвав вас хорошим человеком, — услышал он за спиной голос дона Себастьяна.

— Вы это только сейчас поняли, капитан? — с лёгкой иронией спросил Анри.

— Нет, но сейчас я в этом утвердился, — серьёзно ответил аристократ, подавая Анри его шляпу.

— И в этом вам помог жук? — мягко и уже без сарказма спросил торговец, поглаживая страусовое перо на шляпе.

Дон Себастьян пристально посмотрел на собеседника:

— Знаете почему я не остался тогда с доном Исаси на Ямайке, а пришёл наниматься к вам на корабль?

— Я думал об этом. И не раз, — Анри насадил шляпу и показал рукой на открытую дверь таверны. — Вы заплатили и за меня, капитан?

— Разве не я вас привёл сюда? — дон Себастьян улыбнулся. Его глаза впервые смотрели доброжелательно, без привычной холодности. — И к какому же выводу вы пришли, позвольте поинтересоваться? — озорные искорки сделали вдруг строгое лицо аристократа живым и даже каким-то родным. Анри поймал себя на мысли что он ещё никогда не чувствовал себя так уютно рядом с этим человеком, всегда холодным, словно вырезанным из камня.

— Я решил, что вы ищете приключений, предполагая, что на Ямайке в ближайшее время ничего увлекательного не предвидится.

Дон Себастьян покачал головой, и его лицо снова стало серьёзным.

— Я хотел разгадать секрет вашего успеха, сеньор Анри. Сначала на Кубе, а потом и на Ямайке после вашего чудесного появления о вас много говорили. Сейчас я знаю, что в том, что тогда дошло до меня, была лишь малая толика правды.

— Значит, вы уже разгадали мой секрет? — полюбопытствовал Анри.

— Думаю, я приблизился к его разгадке. Контесса Исабель была права и в том, что бог бережёт вас. Вы поймали перо из крыла Ангела, сеньор Анри.

Анри горько усмехнулся и покачал головой:

— Прежде, чем я получил то, что имею, я слишком много терял, капитан! Да и сейчас не вижу много счастья в том, что в моём сердце образ девушки, которая меня, скорее всего, презирает или ненавидит, а может, и то и другое сразу. Зато я сам стал душевной болью сеньориты, к которой не испытываю ничего более уважения…

— Вы ещё не понимаете, в чём ваше везение. Я уверен, что, сделав выбор, вы в итоге сможете получить любую.

Анри опять горько усмехнулся:

— Разве не вы несколькими минутами ранее сказали мне, что у меня нет никаких шансов быть даже просто рядом с той, которую я полюбил?

— Сказал. И могу повторить. Но ещё я сказал, что вы любимчик Господа. Кто знает, как всё ещё может измениться? Что стоит ему возвысить вас или же снова бросить леди Энн в ваши руки?

— Похоже, вы всё же не так хорошо изучили меня, как думаете, капитан. Если бы такое случилось, и воля божья опять дала мне возможность решать судьбу леди Энн, неужели вы думаете, что я бы воспользовался этим?

Дон Себастьян положил Анри руку на плечо и, поймал его взгляд:

— Я не сомневаюсь в вашей порядочности, сеньор Анри. Если бы я не знал вашего происхождения, я бы принял вас за дворянина. Ваша образованность, благородные поступки и понятие чести — да вы бы вполне могли выдавать себя за идальго! Вот только с этикетом есть проблемы, но это дело поправимое. Я готов обучить вас всему, что обязан знать и уметь дворянин. А ещё я готов предложить вам свою дружбу. До сих пор я не встречал человека, достойного быть моим другом. Надеюсь, вы не откажете мне. В противном случае мне придётся покинуть вас, — глаза дона Себастьяна блестели, а его голос был серьёзным и взволнованным, как никогда ранее.

Это волнение передалось и Анри.

— Я польщён оказанной мне честью и буду рад называть вас другом, дон Себастьян.

— Себастьян, просто Себастьян, — предложил новый друг и протянул Анри руку.

Анри кивнул и ответил на рукопожатие.

— Я так же благодарен вам за такое лестное мнение обо мне и непременно воспользуюсь вашими услугами учителя, но я не собираюсь выдавать себя за того, кем не являюсь.