Повелитель моря (СИ) - Миллерова Агния - Страница 49

— Я здесь не только ради них. Я здесь также ради тебя и твоего народа.

Касик беззвучно засмеялся. Анри смотрел, как трясётся гейзер перьев над головой индейца, и его охватывал гнев.

— Ты очень веришь в силу своих солдат, альмиранте. Но тут нет моря. Тут есть джунгли, где ты даже не сможешь найти дорогу ни к нам, ни в свой город! Твоих солдат, которых не убьют мои охотники, спрятанные в лесу, убьёт лес. Как ты хочешь спасти жизни многих, если ты не имеешь что предложить мне? — голос касика стал надменным.

Анри, понимая, как важно сейчас не показать ни гнев, ни опасения за жизни своих людей, мысленно попросил помощи у Девы Марии. Почти сразу же слова молитвы вытеснили гнев и раздражение и он почувствовал прилив уверенности в своей правоте. Закончив молиться, Эль Альмиранте заговорил спокойно и невозмутимо:

— Ты прав, Кукумель Йаш, — лес мне не дом, но эта земля стала мне домом, как и многим другим испанцам. И мы не уйдём отсюда. И ты это знаешь. У испанцев когда-то было намного меньше земли, чем у майя. Но мы не только вернули то, что у нас отнял народ, имевший альмиранте. Мы научились строить большие лодки и покорили все моря. Теперь у нас есть столько земли, что солнце никогда не заходит над ней. И мы научились защищать то, что считаем своим. И ты знаешь это, иначе бы ты не пришёл сюда. А ещё ты знаешь, что не испанцы убили майя в Йаш и Печтун-Ха.

Чем дольше говорил Анри, тем ниже опускалась голова касика. Но когда альмиранте замолчал, ожидая реакции индейца, тот снова поднял голову и, глядя в глаза испанца, голосом, уже лишённым надменности, спросил:

— И как ты намерен спасать сейчас своих людей?

— Я предлагаю сохранить жизни твоим людям. И не только в Нахо-Баалам. Если я не вернусь, Испания пошлёт новых солдат. И их будет намного больше, чем нас. Они пройдут ураганом по всему Юкатану и не будут никого жалеть: ни мужчин, ни женщин, ни стариков. Они будут прорубать себе дорогу в джунглях и вам не спрятаться уже нигде. Они найдут вас.

— Тогда майя не будут умирать сами! Они будут забирать с собой в мир духов и много испанцев. Народ ица поддержит майя, а у ицев есть воины. Много воинов, — касик горделиво посмотрел на Анри, но в его голосе уже читалось сомнение.

— Да, нас умрёт много, но ещё больше умрёт майя и ица. В итоге останутся лишь те из вас, кто будет воевать на нашей стороне. А такие будут. Обязательно будут, — со всё большей уверенностью говорил Анри.

— И ты думаешь, что можешь это остановить? — с нотками недоверия спросил индеец.

— Да. Потому я и пришёл.

— Хорошо, говори, — касик высунул голову из-под навеса и посмотрел на затянутое тучами небо.

«Наверное, представил, каково сейчас его людям, спрятанным в джунглях. Скоро ведь хлынет „вода с неба“, а они там не могут даже разжечь огонь!», — с сочувствием подумал Анри о индейцах, которые ещё совсем недавно могли забрать жизни у его людей.

— Я тоже начну издалека. Ты мудрый человек, Кукумель Йаш. Ты ведь уже знаешь от Уачбен Кано, что не испанцы убивали несколько ночей назад.

Касик кивнул.

— А догадался ли уже ты, Кукумель Йаш, что тот торговец, который пришёл к вам, был как раз один из убийц? — Анри пристально посмотрел на касика, стараясь угадать направление его мыслей.

Индеец попытался сохранить невозмутимость, но ненадолго приподнявшиеся брови выдали его удивление. Он задумался. В это время бесшумная тень выплыла к огню из темноты.

Вернувшийся Хуан, видимо, получивший своё индейское имя за умение бесшумно передвигаться, подошёл к костру, держа в руках большую охапку веток. Подкинув часть из них в костёр, он принялся заворачивать куски обезьяньей туши в листья и аккуратно закапывать зелёные свёртки в золу. От наблюдения за кулинарным таинством Старого Змея Анри отвлёк голос касика:

— Почему ты так уверен в том, что говоришь?

— Потому, что я точно знаю, что испанские солдаты не были в Печтун-Ха. Да и подумай сам, мудрый Кукумель Йаш — какая нам польза от мёртвых майя? Только те, кому выгодно пробудить ненависть между нашими народами, могли убивать в Йаш и Печтун-Ха, притворившись испанцами. Сейчас я знаю лишь один народ, который может извлечь для себя пользу из нашей вражды — англичане. Вот почему у меня нет сомнений что это они заставляли внука Уачбен Кано идти от деревни к деревне и говорить майя о том, что Печтун-Ха уничтожили испанцы. Но Быстроногий Олень отказался выкупить свою жизнь ложью, вот почему один из тех, кто там убивал, пришёл к вам сам, назвавшись торговцем.

— Ты мудрее меня, альмиранте, — с искренним уважением сказал касик. — Но теперь я хочу знать, для чего этим англичанам нужна ненависть между нашими народами.

— Для того, чтобы разжечь между нами кровавую войну, которая заберёт жизни многим индейцам и испанцам, — терпеливо объяснил Анри, немного удивлённый тем, что такие очевидные вещи непонятны старому вождю.

— А почему они сами не воюют с вами? — не унимался касик.

— Они воюют, но проигрывают, потому и ищут способы ослабить нас. Если начнётся война между нашими народами, они придут сюда и, возможно, предложат майя союз.

— И тогда майя вместе с этими англичанами изгонят испанцев со своей земли и вернут себе старую веру и могущество! — глаза касика блеснули.

— Даже если бы мы проиграли, ваша радость была бы недолгой, — остудил его пыл Анри. — Англичане, став хозяевами Юкатана, закуют вас в цепи и отправят работать на каменоломни и плантации, а тех, кто воспротивится, не желая стать рабами, убьют.

— Откуда тебе это знать, альмиранте? Разве ты жрец или колдун, чтобы видеть будущее? — повысил голос касик.

— Нет, я не вижу будущего, но я знаю прошлое и настоящее, потому мне ведомо, что именно так поступают англичане со всеми покорёнными ими народами, будь то белые, красные или чёрные.

— Но ты же сам сказал, что они предложили бы нам союз! — возбудился касик, уверенный в том, что поймал собеседника на лжи.

— Англичане коварны, их обещания фальшивы. Им не нужны союзники. Они обманули всех, кто им верил, обманут и вас, — невозмутимо продолжил Анри. — Им нужны эти земли и рабы, которые будут работать на них.

— Ты говорил мне, что когда-то очень давно на ваши земли пришли чужаки и покорили вас. Но вы изгнали их.

— Да, говорил, — понимая, куда клонит касик, Анри задумался, подыскивая новые аргументы для ответа.

— Тогда почему ты не думаешь о том, что и мы однажды сможем изгнать вас?

— Возможно, когда-нибудь так и будет. Но не сейчас.

— Потому что сейчас некоторые народы опять будут сражаться на стороне испанцев? — саркастически усмехнулся касик. — А если все индейцы объединятся? И майя, и ица, и чоли, и лакандоны, и чонтали, и чухи, и цельтали, и цоцили, и тотики, и хакальтеки, и хаустеки, и покомчи и остальные? Нас будет много, очень много! Так много не будет испанцев, даже если ваши женщины начнут воевать!

Анри грустно улыбнулся:

— Почему майя, умевшие когда-то строить большие города из камня, сейчас живут возле их развалин в лачугах? Разве не бесконечные войны между народами, которые ты перечислил, погубили их? Ваши народы враждуют между собой с самого начала времён! Возможно, когда-нибудь они и смогут объединиться, но сколько раз ещё солнце успеет обойти небо?..

Касик не ответил. Опустив голову, он смотрел на пламя. Обождав некоторое время, Анри продолжил:

— Испанцы пришли сюда и подчинили вас так же, как когда-то майя подчинили себе другие народы. Я знаю о том, что во время конкисты было много жестокости с обеих сторон. И что покорённые индейцы были рабами. Но разве Испания не отменила рабство? Разве наши миссионеры не принесли вам новую веру, дарящую душам, принявшим её, бессмертие? Разве мы не научились жить в мире?

Касик вдруг ожил:

— Нам не нужна была ваша вера! У нас были свои боги!

— Да, были, — согласился Анри, — но к чему они вас привели? К братоубийственной войне, к рекам крови и вырванным сердцам! Разве ваши боги тоже учили вас милосердию? И где они были, когда вы гибли под ударами наших шпаг и пик?