Молох ведьм (СИ) - Мендыбаев Александр - Страница 84

***

Всё было готово к погоне. Собаки рвались с цепей, псарям приходилось удерживать их из последних сил. Громкий грохот пушки заставил замолчать все звуки на долю секунды. А потом под пронзительный свист и улюлюканье, разношёрстная толпа понеслась в сторону реки. Вскоре спустили собак. Теперь каждый думал только о себе. Молодые давили старых, старые, падая, хватались за молодых. Самые ловкие сразу оторвались от толпы. Кто-то пытался отбежать в сторону. Собаки двигались жутким клубком из лап, челюстей и хвостов. Эльва, ловко подвернувшая платье, превратила его в удобные бриджи. Джессика что есть мочи работала ногами, изредка бросая взгляд назад. Цыганёнок мчался рядом, не отставал. Запнувшись о камень на землю полетела какая-то старуха. Фигляр, пытавшийся ей помочь слишком поздно заметил палевого дога с порванным глазом. Тот с хрустом схватил трюкача за руку и через несколько мгновений наступила ужасная развязка. Джессика заметила, что цыганёнок остановился, шокированный кровавым зрелищем. Она рванула его за руку и больше не позволяла смотреть назад. Убедившись, что псы ушли на безопасное расстояние, зрители ринулись вдогонку, полюбоваться итогами жестокой бойни. Их радовали разорванные в клочья тела, прокушенные лица и лужи крови. Там, где собаки ещё терзали несчастных, зевак было больше всего. Словно сумасшедшие, они гоготали, улюлюкали и скакали вокруг в диком восторге. Убегавшие разделились на мелкие группы. Псам больше не нужно было преследовать всех целой сворой. Добычи хватит каждому.

Огромный пёс, похожий на мастиффа, внезапно потерял интерес к быстроногой гимнастке и ринулся за Джессикой и её маленьким спутником. Цыганёнок бежал во всю прыть своих худосочных ног, но расстояние неизбежно сокращалось. Сейчас жуткая тварь прокусит ему ногу, завалит и начнёт таскать по полю, ожидая сородичей. Или швырнёт мальчишку вверх, чтобы растерзать в одиночестве. Джессика, остановившись, выхватила шулам алуурчин. Пёс, слишком свирепый, чтобы испугаться, метнулся к ней. Джессика крикнула — «Беги!», когда мастифф был в каких-то десяти ярдах от неё. Не снижая скорости, он прыгнул на Джессику, чтобы повалить на землю. Зеленоватой молнией сверкнул кинжал. Мастифф с распоротым брюхом дёргался в конвульсиях, скулил, словно призывая на помощь товарищей, но вскоре издох. Джессика посмотрела на мальчишку, стоявшего рядом, и в отчаянии закричала:

— Ну почему ты не убежал?! Нам теперь не скрыться!

К ним мчалась дюжина огромных злобных псов. Погоня из забавы превратилась в месть. Месть тому, кто посмел сопротивляться. Сзади, предвкушая новую забаву, бежала толпа зевак. Они пресытились видом растерзанных трупов, собаки, пожиравшие человеческую плоть, им тоже были неинтересны. На поле почти никого не осталось. Редкие выжившие спешили к речке, кто-то успел скрыться в лесу. Увы, прекрасное представление подошло к концу. Сейчас псы расправятся с молодой девушкой и вонючим побирушкой и можно отправляться в ближайший кабак, чтобы ещё раз обсудить детали этого благостного дня.

— Ату их, ату. Вперёд. Быстрее!

Джессика спрятала цыганёнка за спину. Маленький герой остался с ней, чтобы разделить лютую смерть. Может быть кинжал будет милосерднее жестоких челюстей? Джессика понимала, что не сможет убить мальчишку. Воткнуть же кинжал себе в сердце, оставив ребёнка собакам, она тоже не могла. Псы почти настигли их, но остановились, словно налетев на невидимую преграду. Они щёлкали зубами, пятились назад, а потом и вовсе бросились наутёк.

Эльва, подбежавшая сзади, свистела в серебряный свисток, но звука слышно не было. Собаки, повернувшие вспять, с диким лаем ринулись на зевак. Те, не ожидая такого исхода, слишком поздно осознали опасность и даже псари не смогли остановить своих псов. Началась самая кровавая часть шоу. Те, кто недавно смеялся от радости, теперь кричал от ужаса, наблюдая как четырёхлапый монстр вытягивает кишки из переполненного пивом брюха.

Джессика, подхватив мальчишку, ринулась за Эльвой. На последнем дыхании они добежали до поросшего бурьяном оврага, чтобы свалиться туда без сил. Джессика кричала и билась в истерике. Успокоиться она уже не могла. Отдышавшись, Эльва подошла к Джессике и отхлестала её по щекам.

— Что ты наделала, дура?! Зачем взяла его с собой? Ты чуть не погибла!

Джессика, едва пришедшая в себя от пережитого ужаса, схватила Эльву за плащ.

— Ты всё время могла отогнать собак и даже не пыталась этого сделать? Посмотри туда! Женщины, старики, дети, ни в чём неповинные люди. Все, все они погибли по твоей милости!

Эльва отбросила её руку.

— Не говори глупостей. Их уже не спасти. Если бы я использовала свисток, то в погоню бы бросились конные стражи со шпагами и мушкетами.

Они долго спорили, а потом начали драться. Эльва, несмотря на старость, яростно билась, несколько раз ударив Джессику головой об огромный валун. В порыве бешенства Джессика выхватила кинжал. Эльва едва успела отскочить, хватаясь за порезанную руку.

— Ну давай. Бей. Научилась? Сколько ведьм ты уже заколола? Убей меня.

Мальчишка, в шоке наблюдавший за происходящим, подбежал к Джессике, обнял за пояс, умоляя не проливать больше крови. Джессика в ярости сунула шулам алуурчин в прикрепленные к бедру ножны и зашагала прочь. Им пришлось сделать круг, чтобы заглянуть на небольшую молочную ферму. Хозяин подозрительно посмотрел на их, но всё же вынес глиняный кувшин, наполненный свежим парным молоком. Напившись, Джессика вложила ему в руки кошель, набитый золотыми монетами.

— Мальчишку оставишь себе. Воспитаешь как родного. Если доживёт до шестнадцати — получишь ещё столько же.

Джессика смотрела на маленького смуглого пацана, просившего взять его с собой. Потеряв родителей, пережив кошмарную погоню он стойко держался всё это время, а теперь, когда Джессика прощалась с ним — дал волю чувствам. Фермер, узнав всю правду, наотрез отказался взять предложенные деньги. Он обещал бесплатно приютить бедолагу, но Джессика остановила его.

— Это не для тебя. Это для него и для твоих красавиц-дочерей. Позаботьтесь о нём.

Последняя фраза была лишней. Добрые девушки наперебой успокаивали своего названного братца.

По дороге назад Эльва и Джессика не разговаривали. Возле норы крутились какие-то крестьяне, пасся конь, в сумерках прогнали отару овец. Подойти незамеченными удалось лишь глубокой ночью. Джессика, не глядя на Эльву, промолвила:

— У меня был полный кошель золота, почему-то и в голову не пришло откупиться.

Эльва, опустившаяся на четвереньки, чтобы первой пролезть в нору, ответила сварливым тоном.

— Потому что умная. Разве тут есть знакомые, которые поручатся за тебя? А вот откуда взялось золотишко их бы непременно заинтересовало.

Джессика, поправив шулам алуурчин, глянула на звёздное небо.

— Этот мальчишка… Они не выгонят его? Не отдадут властям?

Эльва, которая уже ползла в тоннеле, буркнула:

— Этот мальчишка станет отличным работником на ферме. Такой роскошью здесь не разбрасываются. Сама видела — в семье одни девчонки.

Глава 46

Бабби сидел на унитазе, когда сработала пожарная сигнализация. Загорелось сразу в нескольких местах, сильнее всего полыхало в подвале. Дежурный, вызвав пожарный расчёт, пытался бороться с огнём самостоятельно. Отключился свет и в возникшем хаосе сложно было что-либо понять.

— Срочно включите аварийное освещение.

— Несите сюда шланг. Всем надеть противогазы.

Откуда-то сверху лились потоки воды, но пламя загоралось всё в новых местах. Пожарные прибыли через шесть минут. Полицейские громко обсуждали с ними, что делать дальше.

— Камеры открывать нельзя, убегут. Тушите, через решётки. Брандспойт на заключённых. Чёрт побери, да не толкайтесь вы так.

Арестанты верещали от страха. Полицейские, вызвав подкрепление, носились с ключами, пытаясь эвакуировать узников, чтобы немедленно перетащить их в бронированные фургоны. Кто-то рубил двери, кто-то метался, в поисках новых очагов пламени. Пожарные действовали быстро и слаженно, огонь вскоре удалось обуздать. Когда навели порядок, обнаружили, что замок одной из камер выломан, а Бабби лежит в луже собственной крови с размозжённой головой.