Личный призрак (СИ) - Маслютик Алена - Страница 31

— Спасибо. А может в вашей деревне есть знахарка или хотя бы травница? — поинтересовался маг. — Воспользовался бы ее услугами, быстрее поправился.

— Неа, нету. Бабка была, всем помогала. Да вот не задача, скончалась зимой от старости, а умение свое так никому и не передала.

Ханар еще раз поблагодарил, поднялся на ноги, его качнуло, и тут же рядом оказался Крим, подставил плечо, играя роль преданного слуги. Так они в обнимку и скрылись в соседей комнате.

Стоило занавеске вернуться на место, перекрыв проход, Ханар тут же отстранился от ассасина и огляделся. Комната хоть и была размером с кухню, но без печки казалась больше. Мебели можно сказать совсем не было: большой, обитый железом, сундук с плоской крышкой у маленького окна, и широкая лавка, выполняющая роль кровати. На ее деревянной поверхности лежал мягкий тюфяк, покрытый небеленым полотном; подушка, пахнущая свежим сеном, которым была набита; шерстяное одеяло, аккуратно расправленное поверх.

— Зачем про знахарку спросил? — тихо поинтересовался ассасин, — Сам же неплохо в травках разбираешься.

Ханар оглянулся, из-за спины вполне отчетливо, хоть и не разборчиво, долетало бормотание и покашливания хозяина дома, позвякивание передвигаемой посуды, шаркающие шаги.

— Как то не хотелось бы откровенничать, — тихо проговорил маг, отходя и присаживаясь на лавку, — при посторонних ушах, и не имея ни одной магической возможности, от них отгородиться.

Ассасин лишь усмехнулся, вышел на кухню, предупредил деда Мирхея, что они с хозяином очень устали и немного поспят. Старик не возражал. А вернувшись назад, Крим воткнул в косяк плоскую булавку, чуть длиннее ладони, с ярким камнем на конце. Чародею хватило лишь одного взгляда, что бы узнать амулет, заговоренный от подслушивания. Теперь, хотя они так же слышали, что происходит на кухне, но со стороны комнаты звуки не проникали, а если бы кто-нибудь с той стороны начал прислушиваться, разобрал бы лишь негромкий разговор на отвлеченную тему, например о погоде. А если вдруг без спросу захотел войти, то на несколько секунд запутался бы в занавески, и опять же не застал находящихся внутри врасплох.

— Ты знаком с основами Черного проклятья? — уже обычным голосом уточнил Ханар.

— Ну, пару раз сталкиваться приходилось, довольно не приятная штука…

— Тогда ты должен знать, что травницы и знахарки, могут создать проклятья, как осознанно, так и случайно. Особенно те, в которых сначала не разглядели магического дара.

— Так глубоко я не вникал, приходилось в основном устранять последствия окончательного срабатывания.

Ханар попытался вспомнить, были ли в последнее время случаи обнаружения Черного проклятья, а уж тем более его срабатывания. Но самое ближайшее, пришедшее на ум, случилось чуть более ста лет назад. Поставив себе мысленное напоминание, выяснить этот позже, маг решил заняться более актуальными вопросами.

Сняв с плеча сумку и поставив ее рядом с собой, Ханар принялся перебирать содержимое. Сумку, как и чернильницу, делали гномы. По сути, это был прощальный подарок от главы одного из подгорных кланов магу Ваину Наритану, с которым тот находился в теплых дружеских отношениях. Из-за необычно устроенного ремешка, сумка не сваливалась, даже если повиснуть вниз головой, не удивительно, что, даже после падения с лошади, она осталась с магом.

А еще у сумки была необычная застежка, похожая на сцепившиеся между собой железные зубы, которые смыкались-размыкались, стоило скользнуть по ним железным бегунком. Кстати, когда Лета в первый раз увидала замок, то совсем не удивилась его устройству, скорей ее поразило, что опять встретила что-то знакомое в чужом мире.

И хотя снаружи сумка была защищена от просыпания и потери, внутри все перемешалось, хорошо хоть не порвалось и не разбилось, поэтому выгрузив на лавку содержимое, Ханар принялся складывать все обратно, приводя в порядок.

Крим, видя, что маг занят, прошел мимо, сел на сундук у окна, достал откуда-то из незаметного кармана, мешочек с сухариками, принялся жевать их с аппетитным хрустом, вглядываясь в пейзаж за окном. Большую часть обзора занимал бурьян и репьи, разросшиеся до состояния невысоких кустов, сквозь которые виднелся покосившийся забор.

— Что-то Ваша демонесса задерживается, господин Наритан.

— Как догадался, что Лета девушка? — любопытство заставило вынырнуть мага из задумчивости. — Ты же не можешь ее видеть?

— Там, где слепнут глаза, становятся зрячими руки, — философски изрек ассасин. — А уж какова девушка на ощупь, я пока что не забыл.

Крим ухмыльнулся, но улыбка тут же сползла с его лица.

— Господин маг, Вы бы успокоились, не ровен час, дом спалите.

Ханару потребовалось всего несколько секунд, чтобы осмыслить услышанное, и заклятье «Молния» само собой засверкало на кончиках пальцев. Вот только внутренний резерв чародея еще не восстановился, и магии хватило лишь на синие искры.

— Когда Лета вернется, — процедил маг сквозь зубы, — ты извинишься за свое, не достойное мужчины, поведение.

— И не подумаю. Она сама на меня кинулась, не разобравшись в ситуации. При других обстоятельствах, уже бы мертва была. И потом может ей понравилось.

Ярости, охватившей Ханара от этих слов, хватило на единственный, хоть и тонкий разряд, от которого ассасин с легкостью уклонился, и тот врезался в стену, оставив в бревне обугленную ямку толщиной и глубиной с указательный палец.

— Вы полегче, господин Наритан! А то поранитесь еще невзначай. Хотя, может это у вас так ревность проявляется? Сами-то так трогательно обнимались совсем недавно…

— Когда это такое было? — все еще на взводе, поинтересовался маг, а потом вспомнил, и, смутившись, отвел глаза.

В деревне Номэ Лета бросилась на него, и ощущение тонких рук, обхвативших его, до сих пор не забыл, как не старался. Но вот только получается…

— И как же давно ты за нами следишь?

— Ну, — начал Крим, но был прерван появлением Леты.

С криком «Ханар, помоги!» девушка ворвалась в комнату, едва не сорвав занавеску, случайно задела плечом воткнутую булавку-амулет. «Бздынь» грустно пропел яркий камешек, рассыпаясь радужными осколками.

— Ой, — Лета тут же остановилась, перевела ошарашенный взгляд с осколков, на наемника, и извиняющее уставилась на Ханар, — я случайно, честное слово.

Ассасин уже был на ногах, в руках ножи, а тело его мгновение приобрело гибкость, согнав с себя весь лишний вес. Лицо осталось прежним, и выглядело это жутко.

— Стой! — маг загородил собой девушку. — Это моя демонесса! Она очень неуклюжая.

Мужчина успокоился, и расплылся обратно до состояния пропойца, спокойно обогнул Ханара, достав из поясного мешочка еще один амулет, воткнул его в косяк, практически в тоже место.

— Ты бы, милая леди, поаккуратнее ходила, — пробормотал он, собирая осколки камня, — Вроде тоненькая, а в проемы не вписываешься.

Но Лета, уже не слушая его ворчание, подлетела к магу.

— Ханар, ты должен, нет, ты просто обязан спасти ее!

— Кого еще я там должен спасать? — непонимающе уставился на разъяренную девушку.

— Кошку!

— Какую кошку? — еще больше растерялся Ханар.

— Вся белая, ушки черные, — серьезно ответила Лета. — А этот жиртрест!… Этот бездушный слонопотам! Ее пнул!

Кулаки Леты сжали так, что костяшки побелели, а в глазах зажглась ярость.

— А что вообще происходит? — поинтересовался ассасин, слыша лишь часть разговора, и с любопытством наблюдая за все более вытягивающимся от удивления лицом Ханара.

Маг лишь отмахнулся от наемника, вроде как не до тебя сейчас.

— Лета, я ничего не понял. Давай ты вдохнешь, выдохнешь и четко ответишь мне: кто такой жиртрест, и причем тут кошка?

Слегка успокоившись и взяв себя в руки, Лета уже более спокойно проговорила:

— Я, как вы и просили, проследила за старостой до его дома. Когда он вернулся, был очень зол, искал какого-то Кана, не нашел, и выплеснул все свое недовольство на ни в чем не повинной кошке, — чем дальше говорила девушка, тем взволнованнее становилась ее речь, чтобы хоть как-то успокоиться, она принялась нервно нарезать круги по комнате. — Кошка всего лишь пыталась выскользнуть из дома, когда этот изверг туда входил. И как ему повезло по ней попасть, ведь они такие быстрые, юркие… Она отлетела на середину двора и упала на землю, попыталась встать и не смогла… Что она ему сделала!