Цена жизни (СИ) - Мельцов Илья Николаевич - Страница 18

Звонок в дверь разбудил меня по утру.

— Дежавю какое-то, — скривился я, пытаясь отмахнуться от назойливого звука. Но, естественно пришлось вставать и идти в прихожую.

Мне, почему-то казалось, что за дверью окажется Вильгельм, но реальность оказалась интереснее. Ко мне в гости нагрянула полиция.

Забавно, но при встрече с представителями органов правопорядка, практически любой человек испытывает неловкость. Это как выйти из супермаркета без покупок, под пристальным взглядом охранника — ты понимаешь, что ничего не украл, но чувствуешь себя, почему-то, вором.

Так и здесь, я четко осознавал, что ничего не совершал противозаконного, по крайней мере в нашем мире, но в душе поселилось беспокойство.

Возникла дурацкая мысль, что меня хотят привлечь за браконьерство. Я с улыбкой на лице представил, как обвинение зачитывает приговор: за охоту в неположенном месте, и многочисленные действия насильственного характера в отношении кроликов мира Сехмет, приговорить подсудимого к обязательным работам… Какой только бред не придет в сонный мозг. Но хотя бы настроение поднялось.

Гость между тем терпеливо ожидал, пока я соображал, как поступить. К своему стыду, ничего лучше, чем спросить: “Кто там?” так и не придумал.

— Капитан Терентьев, — представился гость, — можно с вами поговорить?

— А что случилось? — Дверь я так и не открыл, все также рассматривая гостя через глазок.

Выглядел он… Да никак он выглядел. Совершенно незаметная личность. Средних лет, средней комплекции, неприметное лицо. Человек — никто. Поговоришь с ним сегодня, а завтра уже и не вспомнишь как выглядел собеседник.

Но, может быть, роль в создании такого образа сыграла зимняя форма полиции, делающая всех сотрудников практически клонами.

— Может вы все-таки пустите меня внутрь? А то, знаете, не очень удобно разговаривать с дверью.

— Покажите удостоверение, — вспомнил я, как действовали герои многочисленных сериалов и фильмов в подобных ситуациях.

— Пожалуйста, — капитан невозмутимо достал из внутреннего кармана красные корочки, на которых отчетливо виднелся герб Российской Федерации. — Теперь я могу войти?

Мне очень не хотелось общаться с полицией. Опасаться людей в форме нас приучали с детства. “Вон смотри дядя милиционер идет, будешь плохо себя вести, он тебя заберет” — Пугает мама непослушного ребенка. “Банда оборотней в погонах терроризирует город в Сибири” — стращают нас газетные заголовки. И множество других примеров, прививающие недоверие к полиции, иногда заслуженно, иногда нет.

Как бы то ни было, дверь я открыл.

— Еще раз доброе утро, — капитан зашел в квартиру, внимательно осмотрелся и продолжил, — я провожу опрос свидетелей. Неподалеку от вашего дома произошло ограбление, вот и приходиться ходить, спрашивать, может кто видел что-нибудь.

— Я ничего про это не слышал.

— Верю, — полицейский немного замялся, — угостите кофе, если не трудно, почти не спал сегодня, глаза закрываются.

— Проходите на кухню, я пока чайник включу. — ответил я после небольшого раздумья.

Отказывать человеку в такой незначительной просьбе, показалось мне свинством. Капитан хоть и незваный, но гость, а это накладывает некоторые обязательства, выполнять которые совершенно не обязательно, но в нашей стране принято.

Пока я разбирался к кухонными приборами, Терентьев расположился за столом, достал из сумки лист бумаги, ручку и начал что-то записывать, быстрым и убористым почерком. Я постарался ненароком глянуть на ровные строчки текста, но буквы оказались настолько мелкими, что разобрать суть не удалось.

Наконец, вода закипела, я налил две кружки не самого лучшего растворимого кофе, и присел за стол. Что интересно, гость предпочитал пить горький напиток без сахара.

— Благодарю, — капитан одним глотком осушил почти половину кружки, — пока кофе не выпью, работать нормально не могу. Ну что, продолжим, скажите, что вы видите?

Терентьев зачем-то положил свою руку на стол, ладонью вверх.

— В каком смысле? Руку вашу вижу. — Растерялся я, пристально вглядываясь в лежащую на столе конечность.

Яркое пламя броском кобры вылетело из ладони. От внезапной иллюминации я отшатнулся, едва не упав со стула. Все произошло совершенно неожиданно, как взрыв газа, или точнее выстрел огнемета. Дальше тело отреагировало само, мир Сехмет успел привить кое-какие навыки, главный из которых — видишь что-то непонятное защищайся. В нас инстинктивно заложен страх к огню, поэтому о нападении я даже не задумывался, а, закрыв лицо рукой, попытался выбраться из кухни, благо дверь находилась за спиной.

— Это иллюзия. — Раздался спокойный голос. — Она совершенно не опасна, предлагаю продолжить наш разговор. Мне надо было убедиться, что ты одаренный. Иллюзорный огонь — самый простой способ, обычный человек его бы не увидел.

Возвращаться на кухню я не спешил, пытаясь обдумать услышанное. Не стоило исключать вероятность, что человек, представившийся мне полицейским, врет. Но, справедливости ради, надо отметить — жара от пламени не было. Волосы на лице остались целы, да и волдырей на коже не наблюдалось.

— Я не враг, а у тебя наверняка накопилось множество вопросов, — продолжил тем временем, мнимый капитан.

Взвесив все за и против, я решил, что ответы мне и правда нужны, можно и поговорить. А претензии к способам знакомства можно будет выкатить и попозже.

— Давай поговорим, — я осторожно присел за стол, вернув на место упавший стул, гость тем временем невозмутимо допивал кофе. — Я так понимаю, никакого ограбления не было?

— Может и было, — усмехнулся гость, — кто его знает. Я такими делами не занимаюсь. Наша работа заключается в том, чтобы находить одаренных. Думаю, ты понимаешь, что я имею ввиду.

— Не совсем. Но, способы у вас неординарные.

— Зато эффективные.

— Ну а удостоверение хотя бы настоящее?

— А как же, самое что ни на есть. — Гость вытряхнул из кружки последние капли, поставил ее на стол и внимательно на меня посмотрел. — Давно начал видеть?

— Видеть, что? — Сделал я попытку увильнуть. Кто его знает этого капитана.

— Ты дурку то не включай, — лицо полицейского неприятно скривилось, — существ, пришельцев, других. В общем тех, кого в нашем мире быть не должно. Напомню, ты увидел иллюзию, а значит и все остальное тоже видишь. Так, когда?

— Вчера, — сознался я, осторожно подбирая слова, мне очень хорошо запомнились слова Анастасиуса, о том, что для многих моя сила является желанной добычей, — вечером в магазин пошел и увидел. Испугался очень, думал галлюцинации начались.

— Отлично, — с облегчением вздохнул капитан, — никому надеюсь проболтаться не успел? Вдвойне отлично — хоть подчищать за тобой не придется.

Честно говоря, после таких слов я основательно напрягся. В груди возникло ощущение силы, готовой в любой момент прийти на помощь.

— Парень, ты бы расслабился, — заметил мое состояние полицейский, — хреново я выразился, мозги не варят. Может еще кружку кофе организуешь? А я пока в курс дела тебя введу.

— Можешь сам налить, вкуснее будет.

— Сам так сам, мы не гордые, — усмехнулся Терентьев. — Так вот, жила была одна планета, Земля называлась. И завелись на этой планетке люди, суетливые и не самые сильные создания, которые, однако заселили всю территорию, до которой дотянулись. Жили они себе поживали, и никому особо не нужны были, пока не наступил двадцатый век, тут то нами и заинтересовались гости из других миров, угадаешь почему?

— Эмм… Электричество? — Ткнул я пальцем в небо.

— Нет, конечно, — Терентьев поднял палец к потолку, — бум рождаемости.

— Чего? Это, шутка такая?

— Да какие уж тут шутки. Численность людей в 1900 году была примерно полтора миллиарда, и за век увеличилась в четыре раза. А теперь я тебя подвожу к самому главному. Все мы: ты, я, бабулька из соседнего подъезда, вырабатываем ментальную энергию, назовем ее эфир, для удобства. Так вот, эфира этого от одного человека — мизер. Но это от одного, а теперь представь сколько можно получить с нескольких миллиардов?