Цена жизни (СИ) - Мельцов Илья Николаевич - Страница 58

— Да я как бы не тупой.

— А кто тебя знает? — ничуть не смутившись сказала девушка. — Порой у нас такие экземпляры встречаются, хоть стой хоть падай, неандертальцы, ей богу. В общем продолжим. Я сейчас сформирую довольно сложный знак. Долго его держать у меня не получиться, а иллюзии делать вообще не умею. Так что постарайся все запомнить и как можно быстрее повторить. Не факт, что у тебя получится, и вообще стоит ли на это тратить время, но меня очень сильно просили уделить тебе хотя бы час.

Говорила Лена очень быстро. Встречаются иногда такие девушки-тараторки. Но при этом слова она не проглатывала и суть излагала вполне четко, без лишней путаницы и сумбура, как это нередко бывает.

Знак, который появился в воздухе, действительно отличался хитрой формой, однако был не сложнее воздушного лезвия. Прежде чем начинать бездумно копировать символ, я попытался запомнить и разобраться хотя бы в главных узлах пересечения линий. Тонкости можно изучить и позже, а вот суть лучше ухватить целиком. Такой подход мне помогал при чтении чертежей в колледже, и при работе с магическими знаками тоже показал свою эффективность.

За час, что выделила Лена, мне все-таки удалось освоить заклинание. Несмотря на некоторые опасения, я использовал темный источник, который позволял лучше контролировать энергию. Несколько раз девушка теряла концентрацию и, висящий в воздухе символ, исчезал, превратившись в невесомый дымок. После такого Лена тяжело вздыхала, показывая свое отношение к нашему занятию, и вновь воссоздавала знак.

После того, как заклинание наконец покорилось мне, девушка расслаблено откинулась на спинку кресла:

— Все-таки быть учителем не мое.

— А что твое? — просто из вежливости спросил я.

— Мое это лечение психических расстройств, вызванных длительным воздействием заклинаний. Очень люблю в мозгах ковыряться. Фигурально выражаясь конечно. Так, время наше вышло. Знак, что ты выучил, работает одни сутки, после чего его нужно воспроизводить заново. Защищает от любого ментального воздействия до двадцатого уровня силы.

— Прям таки от любых? — усомнился я.

— Ага, если силой продавить, то скорее с ума сойдешь, чем подчинишься чьей-то воле, и вот тогда ты уже мой клиент, — улыбнулась девушка.

— Спасибо обнадежила.

— Не за что. Все мне надо бежать. Приятно было познакомиться и все такое, — с этими словами Лена буквально вытолкала меня из кабинета. Для ее размеров она обладала недюжинной силой.

В коридоре я неожиданно оказался один, предоставленный самому себе. Делать было особо нечего, поэтому я сходил в столовую и вернулся в комнату. Через полчаса вернулся Тимур:

— Тут пятьсот монет и деньги на такси. — сходу заявил он, вываливая на ладонь пять золотых кругляков. — Завтра, желательно с утра приходи сюда, скажешь на входе, что к Тимуру, тебя пропустят. Тогда все и обсудим. Одежду сейчас принесут.

— Спасибо, — искренне сказал я.

— Не за что. Доброе дело делаем, — серьезно ответил мужчина.

Стоя на улице, в чужой одежде, с солидной суммой иномировых денег в кармане, я очень четко осознал, что события, начавшиеся несколько месяцев назад, подходят к развязке. Скоро все решится, и я либо освобожусь от обязательств, навешанных на меня, либо сдохну. Третьего не дано.

Глава 12

Глава 12

Входя внутрь здания Азимута, я испытывал целый коктейль чувств в котором были замешаны злость, нервозность, предвкушение и даже радость. Очень хотелось встретить по пути Виктора и, по-ребячески ухмыльнувшись, гордо пройти мимо. Естественно я бы так не сделал, ну не тринадцать же мне лет в самом деле. Но ведь хотелось.

Или подойти к Алене и бросить ей эти пятьсот монет в лицо. Увы, такое поведение тоже больше подходит малолетнему придурку. Придется держать себя в руках.

Само собой, Виктора я не встретил, а жаль, злость на него не утихла, и посмотреть ему в глаза в тот момент казалось жизненно необходимо, но видимо не судьба. Зато с Аленой мы вдоволь нагляделись друг на друга. Она сидела в своем кабинете, когда я без стука зашел внутрь. И увидеть ее удивленное лицо оказалось — как бальзам на душу.

— Алешенька, — женщина, не моргая, уставилась на меня, — а мне сказали, что у вас случилась неприятность в последнем рейде и ты отстал. Разве мне наврали?

— Нет. — Зло ответил я. — Виктор поступил как настоящий лидер и бросил меня на съедение местным тварям.

— У него наверняка были на то причины. И как же ты выбрался?

— Мне помогли. Есть на этой планете добрые люди.

— Это тебе только кажется, — усмехнулась Алена. — Ну да ладно. Чего пришел? Этот рейд мы, так и быть засчитаем, хотя, заметь, пользы ты не принес. Добычу за тебя, знаешь ли, тащил другой человек. Но пускай, а вот еще одно задание надо выполнить. Работа есть работа.

С трудом сдерживая себя, чтобы не съездить по этой красивой, но мерзкой роже, я максимально корректно сказал:

— В договоре имеется пункт, следуя которому, я могу разорвать наши трудовые отношения.

— О, как, — Алена откинулась на кресле, — и ты принес нужное количество денег? Откуда? Уж не те ли, неведомые помощники тебе одолжили? Зря взял. В нашем мире честных людей не осталось.

— И все же.

— А может передумаешь? У нас есть куда более интересные контракты. — Женщина внимательно посмотрела на меня, и в этот миг перед глазами неожиданно вспыхнул, недавно изученный знак ментальной защиты.

— Что, не получается? — Усмехнулся я.

— Даже так, — задумчиво произнесла Алена, — хорошо, деньги на стол и свободен.

— Мне нужно забрать вещи, это раз. Во-вторых, судя по все тому же договору, я должен получить документ, подтверждающий передачу денег.

— Умные все стали. — недовольно буркнула женщина, — Давно пора эти стандартные формы переделать. Будет тебе бумажка. Можешь пока за вещами сходить.

Спорить я не стал и отправился туда, где должна была лежать моя одежда. Имелись конечно, сомнения, что ее уже выбросили, но нет — куртка, ключи и даже деньги остались на месте. Комната, где собирались члены отряда перед рейдом, оказалась пуста. Так что я спокойно переоделся и вернулся обратно.

Отдав деньги, я получил лист бумаги А4, где было указано, что Самойлов Алексей освобождается от каких-либо обязательств перед компанией Азимут. Алена, скорчив кислую мину, нехотя подписала документ, и кивком указала на выход. Очень хотелось послать ей воздушный поцелуй, но я в очередной раз сдержал себя от глупого ребячества. Главное — своего добился, а остальное не важно.

Алену я покидал практически счастливым. Мне хотелось побыстрее покинуть это место и забыть о нем навсегда. Нельзя сказать, что все люди в Азимуте оказались моральными уродами. Тот же Глеб — вполне нормальный мужик, но оставаться здесь, учитывая какое тут руководство, не хотелось совершенно.

Не бывает полностью плохих или хороших людей. Мы как банки с краской в которые добавлены разные оттенки — в ком-то больше белого, в ком-то черного. Конечно это все утрированно. Слишком сложна человеческая натура, чтобы ее можно было точно сравнить с какой-либо вещью.

Уже выходя из здания, я заметил знакомый гелендваген, припаркованный неподалеку, возле которого теребил сигарету Глеб.

— Не знал, что ты куришь, — подошел я к нему.

— Старые привычки легко возвращаются, — ответил он, бросая окурок в снег, — я больше не работаю с Виктором.

— Да мне как-то без разницы, — пожал я плечами.

— Нет, ты не понимаешь. Он своим поступком полностью втоптал репутацию в грязь. Одно дело, когда не успел или не смог спасти члена отряда, и совсем другое, когда вот так подставил.

— А ты-то откуда об этом узнал?

— Шила в мешке не утаить… — Хотел отшутиться Глеб, но потом все же объяснил, — общем, Веня Олегу рассказал, а тот уже мне. Виктор сам себя наказал. Его малодушие вышло ему же боком. Теперь ни один адекватный человек с таким человеком в рейд не пойдет.