Цена жизни (СИ) - Мельцов Илья Николаевич - Страница 6

Ни намека на снег. Температура воздуха, судя по ощущениям колебалась в районе двадцати пяти — тридцати градусов. Прямо курорт. Только моря не хватает.

Растерянно оглядываясь, я пытался принять увиденное и не паниковать. Грела только одна мысль: отсюда можно выбраться.

Анастасиус говорил, что я сам буду чувствовать направление к выходу из этого мира. Может быть. Что-то я определенно ощущал, но не более. А вот с компасом, все оказалось намного проще. Он находился в восьмиугольной коробочке с открывающейся крышкой. Прибор отличался от тех, которые продавались в магазинах. Не было привычных сторон света. Только четыре точки и стрелка. Которая, между прочим уверенно указывала на два часа.

Направление движение стало понятно и компас отправился в карман джинс. Теперь пришла очередь второго подарка Анастасиуса.

Меня сложно отнести к любителям холодного оружия, но даже я понял, что лежащий передо мной нож хорош. Двадцать сантиметров дымчатой стали, удобная и ухватистая рукоятка, невероятно острый и достаточно увесистый, он внушал уважение.

Закончив осмотр нового имущества, я вспомнил про уничтожающий электронику портал и с робкой надеждой достал телефон, но безжизненный экран подтвердил самые худшие опасения.

Выругавшись в очередной раз, начал готовиться к походу. Оставаться тут, смысла не было абсолютно.

Знал бы прикуп…, как говориться. Долбаный Анастасиус, даже не предупредил, что ждет в этом мире. Я бы хоть немного подготовился, а так, пуховик пришлось накрутить на руку, да и зимние ботинки не располагали к длительным путешествиям. У меня даже воды не оказалось с собой. А сколько придется тут находиться — неизвестно.

Одолеваемый грустными мыслями я отправился вперед, куда указывала стрелка компаса.

Идти по твердому, каменистому грунту оказалось крайне неудобно. Я то и дело спотыкался, пару раз чуть не упал. В один из таких моментов, левая рука, в поисках опоры, непроизвольно ухватилась за паутину.

Резкая боль обожгла кожу. Непередаваемые ощущения, как будто сунул руку в кипяток, или поймал раскаленный пруток металла.

Рука, в месте контакта мгновенно покраснела и покрылась волдырями. Шевелить пальцами стало чертовски больно.

Скрючившись, я валялся на камнях и баюкал поврежденную конечность. Тихо матерясь, и проклиная все на свете.

Минут через пять боль утихла, хотя пальцы так и не обрели чувствительность, мало того — рука начала неметь. И что-то мне подсказывало, самое интересное еще впереди.

Подстегнутый этой мыслью, я поднялся с земли и постарался как можно сильнее ускориться на пути к выходу из столь недружелюбных краев.

Через какое-то время рука окончательно отнялась, удерживать равновесие стало крайне сложно, я то и дело норовил упасть, и поэтому полностью сосредоточился на том, что происходит под ногами. Это меня и подвело.

Мерзких шестилапых тварей я заметил только, столкнувшись с ними буквально нос к носу. Маленькие, лысые, темно-розовые тела, покрытые множеством складок, терялись на фоне красной почвы, в которой твари сосредоточено ковырялись. Передние лапы заканчивались внушающими уважение когтями, а средняя пара лап, судя по всему была рудиментарной. Но самой отличительной частью тела являлась голова, на которой выделялись длинные прозрачные уши и маленький рот, в котором еле помещались множество коротких и острых зубов.

Кто бы мог подумать, что существо, размером с небольшого кролика, может оказаться крайне опасным. Практика показала — очень даже может.

Их было двое, и судя, по оживленному писку, увидев меня они очень обрадовались. Я слегка занервничал.

Бросок первой твари оказался для совершенно неожиданным, к счастью эта пародия на кролика не рассчитала прыжок и промазала. Хотя, может быть, у них был план, но об этом я постарался не думать.

Пуховик полетел в сторону, освобождая замотанный в него нож. Времени на раздумья не оставалось, потому, что меня снова атаковали и на этот раз удачнее. Тварь в броске зацепила ногу, штанина мгновенно окрасилась красным. Пока я пытался полоснуть по кролику своим оружием, его друг, ухватился зубами за зимний ботинок. Не думая ни о чем, я со всей силы вогнал в спину агрессивной твари нож. Раздался предсмертный хрип. Кролик выгнулся дугой, мелко задрожал и распался черных пеплом.

От вида распадающейся тушки я опешил, но ножа из руки не выпустил. К сожалению, он прочно вошел в плотную как камень землю и мгновенно вытащить его не получилось. А тем временем оставшаяся тварь не упустила своего шанса и снова ударила меня по голени.

Конечность подвернулась, и я упал на одно колено. Кролик отпрыгнул на безопасную дистанцию и уставился на меня своими маленькими красными глазами.

— Иди сюда тварь! — закричал я, размахивая ножом. Боль не ощущалась, только ярость. — Ну же!

Нападать кролик не спешил, выждал момент, а потом произошло необычное. Его силуэт размазался, и он за долю секунды оказался возле меня и уже обычным прыжком ударил когтями по онемевшей руке. К счастью я успел полоснуть его ножом.

Продолжать сражение тварь не решилась. На ее розовом боку мерзким разломом виднелась рана, а на земле лежа часть уха. К сожалению, распадаться черным пеплом кролик не спешил, видимо удар не был смертельным. Но и продолжать нападение тварь не стала, а злобно пискнув, побежала прочь.

Когда я остался в одиночестве, в голову закралась мысль, что еще одной встречи с подобными милашками мне не пережить. Вся левая часть моего тела покрылась кровью, которая медленно сочилась из ран на руке и ноге.

Воспользовавшись ножом, я разрезал джемпер, сделал из него подобие бинтов и кое-как перевязался. Учитывая, то, что делать это пришлось одной рукой, качество проделанной работы оставляло желать лучшего. Пуховик пришлось оставить, разве что переложил ключи от квартиры и бесполезный телефон в карман джинс.

Оставаться на одном месте было равносильно смерти, поэтому подобрав выпавший во время боя компас, я определил направление и похромал в сторону выхода из этого мира.

С каждым метром идти становилось сложнее, онемение с руки постепенно переползало на грудь, нога болела все сильнее, периодически темнело в глазах. Напади на меня в тот момент недобитый кролик, остался бы я в мире Сехмет навсегда.

Остаток пути проделал на морально-волевых. Умереть, только начав жить, я не мог. Стискивал зубы и тащил себя к цели. Повязка с ноги слетела, опять потекла кровь.

Наверное, мне все-таки повезло. Повезло, что никто больше не нападал. Повезло, что портал оказался в пределах досягаемости. Повезло, что я его сразу узнал и не прошел мимо, хотя выглядел он иначе, чем в моем мире и представлял из себя туманный двухметровый вихрь, медленно кружащийся вокруг своей оси. И наконец, мне повезло, что проход открылся и выпустил меня.

Обессиленным кулем я вывалился на пол портальной комнаты, и с облегчением потерял сознание.

Яркий свет пробивался сквозь закрытые веки и резал глаза. Очень хотелось пить, в горле было сухо, как в обдуваемой жаркими ветрами пустыне.

С трудом разлепив веки, я попытался понять где нахожусь. Помещение очень напоминало больничную палату, а повидать мне их пришлось немало. Белые стены и потолок, с квадратами светодиодных ламп, крупное окно, через которое можно было наблюдать маленький сквер, с голыми по случаю зимы деревьями.

Лежал я, на единственной в комнате, тут уже без всяких сомнений, больничной койке. Спутать ее с обычной кроватью не получилось бы при всем желании. Главное отличие — наличие возможности поднимать спинку, пульт кстати находился рядом, и маленькие колесики, привинченные к ножкам.

Одноместная палата была явно предназначена для ВИП персон. Об этом сигнализировал ЖК телевизор, висевший в углу, шкаф для одежды, туалетный столик с большим зеркалом, наличие санузла, и что самое интересное — обеденный стол с парой стульев. Наверное, только мини бара не хватало и то не факт, может он просто хорошо спрятался.

Жажда с каждой с каждой секундой нарастала, вытеснив все остальные мысли. Емкостей с жидкостью рядом с собой найти не удалось, а пить из-под крана, даже в таком состоянии я бы не рискнул. Поэтому пришлось воспользоваться телефоном для вызова медперсонала, висевшим на стене возле кровати.