Тварь (СИ) - Завизион Виктор - Страница 18

— Только представьте, Кристофер, закат эры нефтегаза, новые технологии, новое человечество и новая Земля. — Бергем незаметно вздохнул.

— Но несколько позже появилась информация о событиях, которые далеко не сразу связали воедино. Тем более, что информация далеко не обо всех случаях становилась доступна общественности или властям. К две тысячи девяносто шестому году в районе обитания Паразита начали пропадать люди, суда. Никто не придавал этому значений, так как в основном пропадали пиратские суда, браконьеры.

И пока все радовались происходящим вокруг изменениям, стали исчезать крупные виды животных. Выдвигались теории про смену видового состава вследствие изменения климатических условий, перестройки биогеоценозов. Но время шло и человечеству, в конце концов, стало понятно, что это большая проблема и нужно срочно разобраться в происходящем. Вымирание видов стало массовым. На глазах исчезали животные крупнее кошки. А потом массово начали гибнуть люди. Сперва по одиночке, затем группами в разных точках южного полушария. В ваше время оно было южным, а сейчас оно — юго-восточное. Местное население запрашивало помощь у ООН. Несколько первых научных экспедиций, что отправлялись на поиски причин, не вернулись. Не вернулось и несколько последующих, отправленных с поддержкой военных сил.

В первую очередь искали виновных среди знакомых угроз — разведка, ноты протеста, отзывы своих и выдворение чужих дипломатов, локальные войны, подозрения в биологических атаках. Мир снова очень быстро оказался на грани пропасти, так как сформированные и укрупнившиеся союзы во время ледникового периода, подключали к конфликту все больше стран. Как будто и не было недавнего сплочения и взгляда в светлое будущее.

И только благодаря ученым мир удалось спасти от неминуемого сползания в пропасть глобального военного конфликта. Диссиденты самых крупных держав совместно с видными учеными создали тайную организацию по исследованию проблемы. Благодаря информации с разных уголков южного полушария, нашли следы Паразита. Но тогда этой информации не суждено было дойти до людей. Паразит выследил местонахождение первого оплота человечества и всех его сторонников. Теперь их мозги служат ему…

Я снова отхлебнул воды. Челюсти сводило от плотно сжатых зубов.

— Узнали мы об этом тоже далеко не сразу, — продолжал доктор. — Один из выживших участвовал в организации тайной конференции ученых-диссидентов, но на острове его в тот момент не оказалось. Год спустя, уже новому правительству, он рассказал про нее. А также передал чудом сохранившиеся наработки его руководителя — Мишеля Винника. Видный ученый того времени, доктор многих наук и пятикратный лауреат «нобелевки» в области микробиологии и лечения рака. Его наработки в области микробиологии легли в основу наших исследований о природе Паразита.

Мир опомнился, когда прибрежные города начали подвергаться нападению клонов Паразита. Разразилась паника…

— Простите, Доктор! Вы сказали — клонов?

— Да, Кристофер. Паразит начал создавать клонов из поглощенных людей и животных. Паника постепенно охватывала планету. Враг не внешний, но внутри. Внутри твоих знакомых, друзей, родных, домашних животных. Мы упустили момент, когда можно было быстро и без серьезных последствий избавиться от Него. Когда пришло осознание глобальности проблемы было уже слишком поздно. Ума не приложу, почему мы были так слепы, — задумался на миг доктор. — Паразит создал армию «клонов», или «особей» — в некоторых странах их зовут и так, которые «мыслят» как один организм. Фактически, это и есть единый организм. Каждый клон Паразита знает, что думает материнский организм и наоборот. Единый телепатический мицелий.

Его слова словно на живую резали мне сердце. Наверное, по мне стало заметно, что я раздавлен грузом вины. Доктор Бергем что-то подкрутил на браслете, я почувствовал приятное расслабление во всем теле. Чувство вины никуда не ушло, зато вернулась способность воспринимать информацию.

— Вряд ли вам стоит винить себя, Кристофер, — все понял Бергем. — Если Паразит появился на нашей планете, то рано или поздно все к этому и пришло бы.

— Что произошло потом, доктор?

Бергем собрался с мыслями и продолжил:

— Дальше было много неудачных военных операций разных стран и коалиций. В ходе которых Паразит получал биологический материал и технику. А мы теряли. В две тысячи сто тринадцатом году создан координационный совет большинства стран. Впоследствии, на базе которого сформировалось общемировое правительство — ОСС. С две тысячи восемнадцатого года в природе начали происходить необратимые изменения. Биоценозы многих регионов сперва распадались на более мелкие и обособленные, а затем и вовсе исчезали. Биосфера умирает. И даже если… — он запнулся, поправился, — когда человечество победит — планета уже не будет прежней. С нашим уровнем технологий мы, скорее всего, смогли бы остановить это крутое пике, но все мощности направлены на борьбу с главной угрозой.

Информация давила, стирала в порошок.

— Потом нашли вашу капсулу, Кристофер. Появилась надежда на прояснение ситуации. Теперь хотя бы известно, когда это началось. И почему. С новыми данными теперь работает аналитический отдел. В его задачи входит прогнозирование рисков и различных вероятностей развития ситуации, в которой оказалось человечество. Недавно алармисты, хотя все мы теперь алармисты, вновь передвинули стрелки часов судного дня. Сегодня они показывают без трех секунд полночь. Если не абстрактно, то для людей условия на планете станут неподходящими примерно через шесть, семь лет.

— Доктор… — горло перехватило спазмом. — доктор Бергем, что уже предпринимается для защиты человечества?

— На данный момент, построены резервации с высшей степенью биологической защиты. Многие из них модернизируются сейчас. Вокруг этого центра построена одна из них. Здесь, пожалуй, крупнейший научно-исследовательский центр. Схожий по размерам только у ОСС. Также разрабатываются новые виды вооружения против Паразита и защиты от него.

— Скажите, доктор Бергем, есть ли у вас гипотезы о причинах появления Твари? — нашелся я после паузы.

— Теории есть разные — от инопланетного вторжения, до случайной «удачной» мутации, — он помолчал. — Но, я не верю в подобные случайности. Да, сейчас меня могут назвать ретроградом, потому что до сих пор считается, что человечество тоже возникло в ходе подобной случайности, впрочем, как и вся жизнь. И если с таким объяснением появления жизни и человечества еще можно смириться, то Паразит не укладывается в эти рамки. Природа точно не могла создать ничего подобного, так как это противоречило бы ее цели — Великое Разнообразие. Тем более так быстро. Паразит все упрощает и уравнивает. Важность Закона разнообразия Природы можно очень грубо описать с помощью примера с нашей кистью. На нашей руке пять пальцев и все они разного размера, что позволяет нам брать предметы, совершать различные манипуляции, творить. Всего этого не было, будь пальцы одинаковой длины. Так и у Природы, только разнообразие здесь возведено в культ и переплетено со всеми формами жизни, делая существование живых существ взаимозависимым.

— Как пальцы, которые не могут один без другого, — закончил я за Бергема.

— Верно, Кристофер.

— И, все-таки, доктор Бергем, вы не ответили, к какой мысли склоняетесь вы?

Александер посмотрел на свою помощницу.

— Мы считаем, что только искусственный организм будет стремиться к такой странной цели — всеобщему уравнению. Этакий запрограммированный на уничтожение всего живого биоробот. Мое мнение — это вторжение. Случайное или намеренное, изнутри нашего мира или вне его пределов — неизвестно. Слишком многого мы не знаем о нашей планете, не говоря уже о том, что находится за пределами нашего голубого шарика.

После рассказа Бергема я ушел в себя, заново переосмысливая услышанное. Остаток дня после их ухода прошел в одиночестве. Раз за разом в голове прокручивались его фразы: Паразит, всеобщая угроза, сплоченное человечество, жертвы, резервации и многие другие. В ту ночь бессонница не дала мне уснуть, даже несмотря на успокоительное. Робот-сиделка предложил увеличить дозу снотворного, но я отказался.