Корпорация «ussr». Часть третья: «революция» (СИ) - Сергей Зеленин - Страница 76

Однако, где-то через месяц, Верховна Рада полностью дискредитировала себя перед хозяевами, была разогнана и заменена гауляйтером Скоропадским. Про пленных укробольшевиков на время забыли...

Немецкой военной администрации, очень понравились оставленные им ништяки! И, они тут же стали ими пользоваться. Особенно, им нравилось пользоваться телефонной связью и автотранспортом. Причём, попытки заменить обслуживающий персонал на своих технических специалистов, приводил к тому, что - из-за незнаний неких особенностей, «нишняки» тут же переставали работать...

Ну, что делать?

Пришлось оставить при них «туземный» персонал! Тем более, что тот сам напрашивался сотрудничать с оккупантами.

Вскоре, все офицеры гарнизона обзавелись «персональными» «Кайманами» или на крайняк - «Хренни-Мажорами» с личными водителями из местных. Лишь самые крупные шишки, типа главнокомандующего группой армий «Киев» фельдмаршала Германа фон Эйхгорна - возглавившего администрацию оккупированных областей Украины, его начальника штаба генерал-лейтенант Вильгельм Гренер, да немецкий посол на Украине барон Мумма, ещё кое-то... Ну и, те - лузеры, которым нормальные «точилы» не достались, предпочитали ездить по столице независимой Украины на допотопных - зато, отечественных «Мерседесах», «Опелях», да «Хорьхах» с шофёрами-немцами.

Немецких солдат гарнизона обслуживали грузовые «Хандрозы»: пайку им привозили, завшивевшее бельё и обмундирование в прачечные увозили... Да и, их самих - по киевским борделям, развозили.

Даже, Бориспольский аэропорт заработал: кроме собственных аппаратов, немцы использовали для связи и ближней разведки наших «Алёш» - управляемые нашими же лётчиками, продавшимися с потрохами - перешедшими на службу к оккупантам.

Ну, а техники наземного персонала - кровь из носу, обещали в самое ближайшее время поставить «на крыло» хотя бы один «Дрим-Лайнер» - чтоб, отъевшиеся на холявных харчах немецкие офицеры, могли комфортно летать в отпуск в Фатерланд на отдых и, возить оголодавшим семьям украинское сало чемоданами.

В самом то, Киеве была тишь, да гладь...

А, вот за пределами его творилось неладное. Чтоб, «выкачать» из Незалежной побольше хлеба, немцы под прикрытием администрации Скоропадского восстанавливали помещичье землевладение - не особенно то, церемонясь с местными селюками. Озверев от происходящей социальной несправедливости, «селюки», стали само- организовываться в повстанческие «армии», выбирать себе своих собственных батек и, из прихваченных с фронта стволов - шмалять по «освободителям от большевизма» ... Те - в свою очередь, не будь дураками, сжигать их хутора артиллерийским огнём, а выловленных сторонников местячковых «батек» - в значительных количествах вешать.

Так, в одном из докладов на эту тему самому генерал-фельдмаршалу Эйхгорну было сообщено об расстреле восьми с половиной тысяч повстанцев... В другом - об сооружении в одном только селе семнадцати виселиц: «...к которым до сих пор, стоят в хвосте крестьяне, ожидая своей очереди быть повешенными».

На обоих докладах, глава германской оккупационной администрации, с удовлетворением наложил краткую резолюцию: «Даст ист гут!»

Как говориться - сам напросился!

Выразителем чаяний всего российского крестьянства, считали себя эсеры и, им ужасно не нравилось, что творится на Украине...

Все управляющие органы: Штаб группы армий «Киев», головная контора администрации оккупированных областей Украины, штабы воинских частей немецкого гарнизона и квартиры германских офицеров - ими командующих, находились в центре Киева - на Липках. Здесь действовал особый режим: на улицах квартала денно и нощно действовали немецкие патрули - а местным туземцам, было приказано без особой нужды на них не появляться.

Самый главный оккупант на Украине - Герман фон Эйхгорн, жил в роскошном особняке по улице Екатерининской.

В центре Киева было до того безопасно, что генерал-фельдмаршал взял за привычку в час дня прогуливаться - для аппетита, в сопровождении одного лишь адъютанта.

С некоторых пор, Герман заметил, что ему стала оказывать знаки внимания одна молодая, красивая девушка - сидящая на балконе второго этажа, одного из «доходных» домов: то, улыбнётся, то прелестной ручкой ему помашет... А то и, воздушный поцелуй пошлёт!

У семидесятилетнего фельдмаршала заиграл «живчик»...

Посланный «на разведку» адъютант, несколько остудил его - вспыхнувшую было, пылкую не по годам страсть: девушка была аристократкой, которую в своих мрачных подвалах, пытали маньячилы-большевики из «ЧК». Приход доблестных германских войск, под командованием не менее доблестного германского полководца, спас её жизнь, но увы... Не вернул здоровья: из-за пыток «кровавой гэбни», ноги девушки парализовало и, она может приветствовать своего героя-освободителя, только сидя в инвалидном кресле...

Ну, что ж... Роман не задался!

Тем не менее, фельдмаршал продолжал Эйхгорн продолжал прогуливаться тем же маршрутом и перемигиваться с парализованной красоткой.

Как-то раз, у поклонницы фельдмаршала, в очаровательных ручках оказался пышный букет цветов - полетевший в него, в знак признательности за избавления от кровавого ига... Но, увы! Промахнулась... Далековато для прелестных, но слабых дамских ручек. Не гренадёр же какой, да?! Поднимать букет с мостовой и вручать адресату, пришлось адъютанту. Девушка, после своего фиаско, так расстроилась... Закрыла лицо изумительными по красоте ладошками и разрыдалась!

Три дня её на балконе не было и, Герману фон Эйхгорну было как-то неловко... «Donnerwetter!» Как-то, не по-джентельменски получилось!

Однако вскоре, девушка снова появилась - как ни в чём, небывало! Такая приветливая и улыбчатая... И, «платонический» роман престарелого главного оккупанта продолжился.

Изредка, у девушки на балконе опять оказывались цветы... Чтоб ловить букет собственноручно, а не поднимать с мостовой при помощи адъютанта, престарелый герой стал подходить ближе и ближе - непосредственно под самый балкон...

Тридцатого июля, пойманный незадачливым героем-любовником букет роз, оказался как-то подозрительно тяжёл... Не успел генерал-фельдмаршал Герман фон Эйхгорн, как следует удивиться - раздался сильный взрыв и ему оторвало голову. Его адъютант, стоящий в непосредственной близости - на «подстраховке», получил тяжёлое ранение и умер на месте от потери крови.

Патрулям, было негласно приказано не докучать командующему во время его «романтических» прогулок, поэтому никто из них не видел, как красавица - по спущенной с крыши верёвке, на неё же и, «упорхнула» - напоследок светанув своими прелестными «парализованными» большевиками ножками в кружевных пантолончиках.

Картину происшествия следствию удалось восстановить спустя довольно-таки продолжительное время - опросив жильцов близ лежавших домов, случайно оказавшихся стоящими у окон в момент покушения.

Был, неописуемый в столь коротком - беглом повествовании, кипеж и шмон - когда на улицах Киева хватали всех подряд. Затем, всё успокоилось... По некоторым уликам - найденных в квартире где проживала террористка, потихоньку стала вырисовываться картинка. Вообще-то, всё - могущее навести следователей на след, злоумышленниками было тщательно уничтожено... В камине нашли целый ворох сгоревших и обугленных бумаг. Даже, хозяин квартиры - сдавший её в аренду преступникам, куда-то бесследно исчез!

Но, бывшие сотрудники местной уголовной полиции, добровольно вызвавшиеся помочь оккупантам, напали на след: в корзине для мусора была найдена бумажка с записанным на ней адресом конспиративной квартиры. Эти «сотрудники», ещё до революции и, даже до войны, стажировались в Нижнем Новгороде, а там сыщики уголовной полиции, официально были признаны - самыми лучшими в Европе!

Срочно посланным нарядом жандармерии, был арестован хозяин и произведён обыск конспиративной квартиры. Сам допрос «хозяина» не дал ничего...

Не признался, падла.

В отказ пошёл... В отрицаловку!