Любить тебя страшно (СИ) - Анна Дарк (KuCeHa) - Страница 38

***

На людях мы продолжали делать вид, что не интересуем друг друга. Иногда это было чудовищно не просто. Его дружки вспоминали не самые приличные истории, обсуждая, как они и кого имели, в том числе часто упоминали подвиги Марка. Слушать, как и с кем спал твой парень больно. Ещё хуже, когда эти же друзья, приводили каких-то девиц с собой. Чтобы не терять лицо и поддерживать легенду, а заодно и имидж, он обнимал их, тискал за прелести и даже иногда целовал. А я медленно сходила с ума от ревности, заливаясь слезами, когда оставалась одна. Каждые дружеские посиделки заканчивались новой мукой, иногда терпеть было можно, а иногда это был Ад. Всё это подрывало мою веру в счастливый финал нашей истории. Хотя Вика и Алексей и утверждали в один голос, что он не уединяется ни с какими девицами и тем более не водит их домой, легче мне не становилось. Порой я просто не знала, чему верить.

А когда пришло время очередного боя Марка, я думала сойду с ума. Мне нельзя было даже присутствовать там. Всё, что я могла — сидеть дома и молиться. В прошлом я не знала об этой стороне его жизни, оттого и не боялась. А сейчас я обмирала от ужаса. Смертельно боялась, что Марка могут там изувечить. Не понять этого страха потерять близкого человека тому, кто сам никогда не оказывался в такой ситуации. И ведь это будет повторяться. Боже, помоги нам! Сбереги его, пожалуйста…

Я была близка к безумию, когда наконец-то зазвонил телефон, и я увидела на дисплее имя Вика. Но звонил Марк. Очередная конспирация, чтоб её. Голос у парня был довольно бодрый, и он утверждал, что победил. От облегчения я разрыдалась. Мне безумно хотелось видеть его. Я была готова приехать даже среди ночи. Сначала Марк вяло отмахивался, но быстро сдался под моим напором.

— Господи! — крик сам сорвался с губ, когда я увидела Марка. Его лицо напоминало отбивную. Гематомы начинали наливаться синевой.

— Да, я сегодня красавец, — ухмыльнулся парень.

— Тебе очень больно, — прошептала я, касаясь его лица кончиками пальцев.

— Чуть неприятно. Не переживай, малыш, — он легонько коснулся губами моих губ.

И снова мы, по устоявшейся уже традиции, смотрели обнявшись очередной фильм, с пометкой «новинка». А когда он кончился, говорили. Обо всём на свете. Марк шептал мне на ушко всякие милые глупости. Самым волшебным в таких вот вечерах были наши мечты. Мы строили планы на будущее, мечтали, как будем жить, когда всё это закончится.

Сейчас у нас были очень странные отношения. В них было во много раз больше душевного тепла, романтики и нежности, но в них совершенно не было близости иного рода. У нас вообще не было секса. Ни разу с момента, как мы решили попробовать снова. Сначала я мало обращала на это внимание, но вскоре стала замечать, как только дело шло к постели, Марк отстранялся и сворачивал тему. Чем больше проходило времени, тем страннее мне это казалось. Я просто не понимала парня. Раньше он наоборот набрасывался на меня чуть ли не при первой возможности, сейчас же вёл себя, как монах, блюдущий целибат. Было время, я подозревала, что он развлекается на стороне, но Марк и Вика с Алексеем, убедили меня в обратном. Не может сразу трое человек врать с такой искренностью во взгляде.

Вот сейчас опять. Мы целовались. Долго. Чувственно. Кровь начинала кипеть в венах, я буквально горела, когда Марк снова отстранился.

— Пойду возьму пива. Будешь? — и не дожидаясь моего ответа, вышел из комнаты.

Я же сидела возбуждённая, и буквально оглушённая его поведением. В очередной раз, он распалил меня и бросил. Да что с ним? Бзик что ли какой?

— Марк, что происходит? — нервно спросила я, заходя на кухню, где сидел и курил парень.

— О чём ты, малыш? — ну посмотрите на него! Сама невинная наивность!

— Почему ты останавливаешься каждый раз, когда дело доходит до интима? — неудовлетворённое желание делало меня весьма раздражительной.

— Может я решил, что до свадьбы ни-ни, — попытался он отшутится.

— Преображенский, ты сам-то себя слышал? Не смешно! В чём дело? Ты не хочешь меня или что? — допытывалась я.

Марк затушил сигарету, откинулся к стене и прикрыл глаза. Он молчал и это молчание было мучительным.

— Дело не в тебе, Алин, — наконец отозвался парень, — я просто не могу.

— Чего не можешь? — я искренне не понимала, о чём он.

— Сексом заниматься не могу. Я пытался с самыми разными девушками, но всё бестолку. Это ещё до тебя было, — поспешно вставил Марк, поймав мой шокированно-возмущённый взгляд. — Чтобы ни делал я или девушки, у меня не встаёт. Я — импотент! Поняла? Вот что происходит!

Последние слова он прокричал, выдавая степень своих переживаний. А я просто открывала и закрывала рот, лишившись дара речи. В подобное мне не верилось. Всё моё существо, противилось такой истине. Марк Преображенский и импотент?! Тот самый Марк, который часами не выпускал меня из постели? Он серьёзно?

— Ты шутишь? — прошептала я неверяще.

— Если бы, — выдохнул он горько и обхватив голову руками, уткнулся лицом в стол. — Бля, я больше не мужик, малыш. Как бы я не хотел, не могу с тобой переспать, просто не способен на это. Если ты захочешь уйти, я пойму. Правда.

Марк отвернулся и уставился в окно. Его лицо напоминало застывшую маску. Как бы он не пытался казаться безразличным, я буквально кожей ощущала, как он напряжен. Может, я слишком много на себя беру, но мне почудился страх в глубине любимых глаз. Он боялся быть брошенным, отвергнутым. Сейчас Марк был уязвим, как никогда. Как же ему наверное сейчас не просто!

— Я с тобой, — как можно увереннее произнесла я, сжимая его руку. — Уверена, всё можно исправить. Мы что-нибудь придумаем.

Он посмотрел на меня с благодарностью и облегчением. Мне даже показалось, любяще.

— Спасибо, — единственное слово сорвалось с губ парня.

========== Глава 21. ==========

Марк.

Один из самых страшных и унизительных моментов моей жизни наступил, Алина задала это роковое «почему?». Огромное количество раз мне удавалось уйти от темы, остановиться раньше, чем ласки перейдут в горизонтальную плоскость. Но я был не настолько наивен, чтобы не понимать, что рано или поздно малышка спросит, почему раз за разом я отказываю ей в сексе. И вот этот момент настал, она спросила об этом прямо в лоб. Я же сидел и понимал, что наверное мне было бы легче сознаться в подобном перед толпой приятелей, чем перед ней. Это кошмар — признаваться любимой девушке в собственной мужской несостоятельности. Годами я менял любовниц, не запоминая ни лиц, не имён, бездарно растрачивая себя на дешевых блядей. И, когда, наконец, нашёл свою единственную, оказался ни на что не способен. Я с ужасом ждал её приговора, совершенно искренне сказав, что приму любое её решение. На её месте, будь я бабой, послал бы такого мужика, не раздумывая. Если в вопросах наслаждения ещё всё можно как-то обыграть: есть множество способов довести женщину до оргазма; то как быть с пресловутым продолжением рода? Женщины так устроены, рано или поздно они начинают хотеть детей. Я же в этом плане теперь совершенно безнадёжен. Вот сейчас она скажет, что нам лучше разойтись, и мне останется только тихо подыхать в своём углу от отчаяния и одиночества. Но Алина в очередной раз поразила меня своим благородством. Она не отвернулась, а решила бороться. За меня, ради меня. В очередной раз заставляя меня задуматься, что я её просто не заслуживаю. Она достойна лучшего. Только я слишком эгоистичен, чтобы отказаться от неё.

В начале она пыталась соблазнить меня. Заставляя деревенеть от страха провала. Признаваться в подобном ужасно стыдно, но демонстрировать подобное… Нет, я просто не переживу такого позора.

Тогда девушка настояла на том, что я просто обязан обследоваться у специалиста. Она, конечно, права: с проблемой надо бороться, но, блядь, это… это… это даже не стыдно, хуже. Учитывая мой возраст, такие проблемы. Но всё же ей удалось загнать меня на приём к специалисту занимающемуся мужским здоровьем. Не самая приятная процедура сбора анализов и обследование при помощи различных аппаратов, и меня отправили домой на три дня. В принципе, я был уверен: причина моих проблем в другом, но Алина так настаивала на этом обследовании. Да и не помешает лишний раз убедиться, что я не подцепил каким-то чудом какую-нибудь дрянь. Я всегда предохранялся, но всё же…