Против князя Владимира. Дилогия (СИ) - Ли Владимир - Страница 92

    Надумал снова идти на Киев, только не весной, когда Владимир сам начнет собирать войско, а этой зимой, чтобы застать того врасплох. Собирать все полки не стал, посчитал, что хватит и тех, что стояли в лагерях близ Новгорода. Главным условием успеха операции принял внезапность, решил провести ее сравнительно небольшим мобильным отрядом из трех полков под своим командованием. Для всего состава спешно приготовили сани - частью смастерили, а больше реквизировали у окрестного населения под залог их стоимости. Онагры с собой не взяли - громоздкие орудия серьезно снижали скорость марша, но зажигательные снаряды для них загрузили в обоз, как и пороховые бомбы.

    Последние два года Варяжко всеми доступными мерами вначале сам, а потом и с доверенными мастерами занимался изобретением взрывчатого средства. Селитру добыли из перегноя и навоза с добавлением извести, смешивали в разных соотношениях с древесным углем и серой, после долгих и небезопасных экспериментов получили более-менее пригодный состав. Снарядили им глиняные емкости - от малых горшков до солидных корчаг, опробовали полученные заряды на закрытом от посторонних глаз полигоне. После наготовили их впрок, обучили отобранных в особую команду воинов, но в деле пока ни разу не использовали - держали новое оружие втайне. Варяжко взял его с собой, но применять надумал только при крайней нужде, если никак без него не обойтись.

    Вышли в поход в студень (декабре), обоз из трехсот саней растянулся почти на пять верст. Двигались скорым маршем, не останавливаясь в городах и селениях, тысячеверстный путь преодолели за месяц, уже перед самым Киевом пустили вперед группу захвата. Она на десятке санях под видом обычного купеческого обоза, спрятав под поклажей оружие и доспехи, подобралась к воротам детинца и внезапно набросилась на стражу. За считанные секунды справилась с нею и заняла оборону в проеме и на привратных башнях. В завязавшемся бою с княжеской дружиной пали почти все воины, но удержали ворота до подхода передового полка. За ним последовали остальные два, так они вместе отдавили противника от стен, а после заставили отступить в княжеский двор и в скоротечном сражении заняли его. Народ Киева не поднял ополчение, да и при желании у него не хватило бы времени - на захват детинца ушло чуть больше часа.

    Глава 15

    Князь Владимир погиб с мечом в руках и убил его Варяжко - как когда-то, много лет назад, они вновь схватились в смертном бою, а остальные воины расступились, не желая мешать своим вождям, Погрузневшие, не такие быстрые, как в юности, но не потерявшие силы - они бились молча, со всей накопившейся за долгие годы злостью. Отбивали удары, принимали на щит, сами совершали выпады, при том голову не теряли, не делали ставку на удачную атаку. Умудренные опытом многих сражений, вели бой аккуратно, берегли силы и дыхание, старались обмануть противника ложными атаками и воспользоваться его ошибкой. И иногда они удавались, то один, то другой допускали промахи, на миг теряли равновесие и пропускали встречный удар. Правда, до поры до времени крепкие доспехи защищали от ран, но и они не спасли бы при серьезном провале обороны.

    Именно Варяжко удалось заставить противника совершить такую ошибку - переиграл того серией ложных ударов, а потом внезапным движением меча рассек незащищенное горло. Издав хриплый звук, Владимир остановился на несколько мгновений, а потом, выронив меч, рухнул на землю. Стоявшие вокруг воины смотрели на содрогающееся в конвульсиях тело, а когда оно замерло, повернули взгляд на Варяжко. Тот стоял неподвижно, глядя на поверженного соперника, после громко - на весь двор, крикнул:

    - Все, довольно крови, опустите мечи! Князя уже нет, воевать вам больше не за кого. Обещаю жизнь и волю, если сложите оружие. Скоро придет пора послужить новому князю, так что не торопитесь умирать напрасно.

    Оставшаяся в живых часть дружины не противилась предложению новгородского повелителя, сдала мечи и отправилась в гридницу ожидать решения своей судьбы. Полки отправились занимать верхний город, а Варяжко с сопровождавшей его охраной поднялся в хоромы и обошел жилые помещения. После собрал в горнице семью князя - Анну, жену-византийку, с грудным ребенком и больше десятка детей от других жен. Объявил о смерти князя, добавил, что им самим ничто не угрожает, насилия и обид никто не причинит. А потом принялся выяснять у напуганной женщины, с трудом воспринявшей гибель мужа, о наследниках Владимира, выбирая для себя - кто же из них станет новым князем.

    Самых старших сыновей Владимира в хоромах не оказалось - первого из них, восемнадцатилетнего Мстислава, отец прошлым летом отправил наместником в Чернигов, второй, Борис, годом младше, месяц назад выехал с частью дружины собирать дань. Сам князь не ходил в полюдье давно, лишь в первые годы своего правления, после вместо себя посылал доверенных бояр, на этот раз своего сына. Дома же остались младшие, о наследовании ими княжеского престола даже и речи не было - слишком еще малы, так что выбор оставался между двумя старшими.

    Конечно, Мстислав имел большие права, но не было в нем задатков будущего правителя - еще в прошлый приезд в Киев Варяжко присматривался к нему, уже тогда предполагая смену князя. Слишком мягкий и нерешительный, им помыкал даже младший брат, Борис - уж в том энергия бурлила ключом, выступал заводилой дворовой ребятни во всяких проказах и играх. Сам Владимир как-то в одном из разговоров о детях признался, что со старшим сыном не все ладно. За минувшие три года могли произойти какие-то перемены в их характерах, но вряд ли существенные, так что с престолонаследием обстояло непросто.

    Напрямую вмешиваться в избрание нового князя Варяжко не стал, в тот же день вызвал на совет киевскую знать - посадника, тысяцкого, клановых старейшин, а также бояр из княжеской дружины. Объяснил им причину нападения и сложившуюся ситуацию:

    - Народ новгородский не желает вам зла, но посчитал нужным расправиться с князем, вновь замыслившим идти войной на него. О том у нас есть верные сведения, да и вам должно быть известно. Владимира уже нет, теперь нужно решать - кто унаследует княжество. Возможно, кто-то из его сыновей - тогда не понадобится общий сход со всех земель, как было уже прежде. Мы примем вашу волю, пока же до избрания нового князя останемся в Киеве - но лишь для поддержания порядка, вмешиваться в ваши дела не собираемся.

    О гибели Владимира присутствующие мужи уже знали - весть о том разошлась по Киеву скоро, - восприняли речь новгородского правителя спокойно. По крайней мере, никто из них не выразил недовольства случившимся происшествием, тут же деловито принялись обсуждать - кого сажать на княжеский престол. Как и предполагал Варяжко, все согласились с выбором из прямых наследников прежнего князя, только вот кого - мнения разошлись. Одни ратовали за Мстислава по праву старшинства, другие за Бориса, как более подходящего умом и волей на правление Русью, после долгих споров пришли к компромиссу - звать обоих в Киев, а решать будет народ на вече.

    Почти месяц пришлось прождать, пока оба сына Владимира вернулись в Киев. Первым - уже через две недели, прибыл из Чернигова Мстислав, Бориса же гонцы застали у дреговичей, так что путь тому выпал вдвое больший, да еще с обозом - не стал оставлять собранную дань без своего присмотра. До его приезда Варяжко не раз встречался со старшим наследником - вначале даже не признал его, настолько тот отличался от прежнего робкого отрока. Возмужавший, более уверенный, даже разговаривал смелее, не пряча глаза, как когда-то - похоже, что время пошло ему на пользу или жизнь вдали от родительского ока. К Варяжко отнесся без особой злобы, но в первые дни чурался, после слово за слово стал вступать в разговоры и хоть как-то общаться.

    Борис же при первой встрече ожег взглядом с такой неприкрытой ненавистью, что у Варяжко не осталось сомнений - тот никогда не простит убийцу своего отца, уже сейчас горит местью. Также, как и в том - ради цели пойдет на все, а воли на то у него хватит с лихвой, судя по его властным повадкам в обращении с другими, тем же Мстиславом. И еще для Варяжко стало ясным, что Борис не примирится с главенством брата, если того все же изберут князем, рано или поздно подомнет и станет править сам. Как именно - тут гадать не надо, с ним сладить будет просто невозможно. Вывод напрашивался очевидный - надо вырвать зло с корнем, пока оно не проросло, иначе станет гораздо хуже, чем с тем же Владимиром.