Голос за спиной (СИ) - Конторович Александр Сергеевич - Страница 28

— Это вы их так?

— Сами… наверное, совесть замучила…

— What? Conscience? Are you kidding?[6] Вы так… шутить?

Вместо ответа, киваю на квартиру, откуда он только что вышел.

— Там ещё остался кто-то живой?

— Да. Есть трое… the wounded… раненый!

— Отсюда надо уходить! И как можно скорее! Они могут прийти снова.

Мужик кивает. Похоже, что он согласен.

— Да, но я не могу оставить своих comrades… товарищ!

— Но мы их не сможем унести.

«Юсек» потрясает в воздухе радиостанцией.

— Помощь! Я сообщил о нападении! К нам скоро будут здесь помощь!

— Как скоро?

Он на секунду замолкает, потом подносит рацию к лицу.

— Red two, there is a group of six here. I'm asking for a connection![7]

Увы, неведомый «красный два» ничем нас не обрадовал — ранее чем утром к нам никто прийти не сможет. Сколько ни убеждал его мой собеседник, ответ был один — опасно, ночью никто не пойдёт. Мол, укрепитесь, и ждите.

— М-м-да… сочувствую! Трудно тебе будет…

— А вы? Уходить?

— Я и так влез в чужую кухню. Эти, — киваю на тела в плащах, — люди очень злопамятные. И скоро снова придут, чтобы отомстить за своих товарищей. Не хочу быть здесь в этот момент…

Он даже как-то не сразу понимает мои слова, приходится растолковать. В процессе разговора не забываю осматривать лежащие тела, освобождая их от всего, что может мне пригодиться. Не сказать, что бы они были как-то круто упакованы, но кое-что полезное всё же нашлось. Понятно, что у тех же «юсеков» наверняка есть что посмотреть, но я сильно сомневаюсь в том, что моему собеседнику это будет по нраву.

— Нет, мой друг. Я тебе помог, но сидеть тут до утра… это не слишком хорошая идея. Кстати! Ты своих товарищей перевязал?

Мужик совершенно по-русски хлопает себя по лбу и исчезает в дверях. Вот и славно… пока он будет там перевязкой заниматься, я тихонечко и смотаюсь. Только тело часового осмотрю. Ночник-то у него точно есть, это штука дорогая, и толкнуть его можно любому торгашу!

Там был не только ночник, и мой «внутренний хомяк» горестно возрыдал, что я попросту не смогу утащить всё найденное в доме добро. Но жадность приводит к бедности. А в данном случае — так ещё и к могиле!

Пора сваливать!

Но пройдя всего несколько метров, останавливаюсь.

Откуда-то снизу слышны шаги. Тихие и осторожные — но расслышать их я могу очень хорошо. Вот так…

А нефиг было лясы точить с этим забугорником! Давно бы уже смотался…

Впрочем, чего сейчас-то об этом сожалеть?

Пулей взлетаю наверх.

Из дверей тотчас же высовывается винтовочный ствол, следом за которым появляется и его владелец.

— Что такое?

— Пришли! Они пришли, внизу!

Вот что значит опытный вояка!

Мужик моментально преображается. Собран, деловит.

— Сколько их там?

— Ну, ты спросил! Откуда же я знаю? Шаги слышал…

А и верно — сколько их? Да… в принципе, сколько угодно может быть. Тоннель, судя по всему, я не обвалил.

Стоп!

Тоннель… нет. Что-то ещё…

— Гранаты есть?

— Есть…

Кратко поясняю свою идею. Мужик кивает — дошло! Подхватываю с пола автомат, проверяю магазин — патроны есть. Ещё парочку запасных вытаскиваю из карманов бывшего хозяина.

— Готово! — «юсек» стоит уже на площадке между этажами.

Щелчок — и в лестничный проём улетает граната.

Хренак!

Снизу грохочут выстрелы — наш привет явно пришёлся не по вкусу. Перевешиваюсь через перила и веером выпускаю весь магазин. Ни в кого особо не стараюсь попасть, стреляю наугад. Да и нет там, скорее всего, таких дураков, чтобы лезть вперёд очертя голову. Но по сторонам они там попрыгают, это уж и к бабке не ходи!

Второй магазин.

Снизу даже не пытаются палить в ответ — шансы на попадание нулевые. Но я продолжаю стрелять, делая между очередями небольшие перерывы.

Третий…

— Пошли! — меня хлопают по плечу.

А вот теперь — ходу!

Только мы ввалились на площадку своего этажа, как внизу бухнуло! Да так… Дымом и пылью заволокло весь подъезд. Видимость, и без того неважная, снизилась вообще почти до нуля, не помогали даже осветители ночников. Что-то грохает, трещит, кажется, что даже стены дрожат. А вот и не кажется — снизу доносится тяжёлый удар. Перевешиваюсь через край площадки и включаю обычный фонарь. Да уж… заставь дурака богу молиться…

Сколько и чего там «юсек» положил — неизвестно. Но целый лестничный пролёт обрушился вниз, и теперь на его месте зияет неслабая такая дырища. Слезть вниз в принципе ещё можно. А вот обратный процесс, да ещё и под обстрелом — может выйти штурмующим таким неслабым боком!

— Давай тащи своих парней наверх. У нас тут третий этаж, так что на четвёртом будет самое то. Они ведь и по крыше могут пройти, надо будет держать под обстрелом лестницу с последнего этажа.

— Да, сэр! Надо будет ещё сломать замки в дверях и их открыть — чтобы не смогли noiselessly… незаметно влезть через балконы или окна соседних с тем подъездом квартир. Так я буду их слышать.

— А гранаты у нас ещё есть?

Мужик показывает мне приоткрытую сумку, наполовину заполненную смертоносными «подарками».

— Так поставь у тех окон и балконов какие-нибудь растяжки, что ли. Мне тебя учить, что ли, нужно?

Да уж, это было бы совсем странно!

— Присмотрите тогда за ранеными, я потом унесу их наверх. Сначала надо будет всё подготовить… — и мужик исчезает наверху — словно и не было его тут никогда.

Внизу пока относительно тихо, хотя какое-то движение всё же иногда происходит. Оседает пыль, и пролом на месте рухнувшего пролёта становится виден очень хорошо. Зато со второго на третий этаж теперь не пройти. А перепрыгнуть такое расстояние, да ещё и снизу вверх — затея несерьёзная. Так прошло прилично времени, около часа. Никто пока нас не беспокоит, не слышно выстрелов и какого-то особо подозрительного шума. Да всякие шуршания и скрежет иногда снизу доносятся, но в поле зрения пока никого не видно.

Чвкашник носится туда-сюда, как заведённый. Полчаса он колдовал где-то наверху, потом спустился вниз и поочерёдно перетаскал куда-то своих пораненных товарищей. Эти его действия не остались незамеченными — и снизу шарахнули залпом из дробовиков, добавив ещё и автоматного огня. Не без умысла — пули, рикошетируя от потока и лестниц, разлетались по лестничной площадке, подчас залетая в самые, казалось бы, укрытые места. Пришлось ответить огнём, и несколько минут прошло в жаркой перестрелке, которая, как мне думается, никому и никакого урона не нанесла. Но хоть рикошеты прекратились — уже хорошо.

Однако настроение у меня ничуть не улучшилось. Раз уж там, внизу, собрались настолько упёртые злодеюки, то сомнительно, чтобы их остановила такая преграда, как обрушившийся пролёт. Что-то они просто обязаны придумать! Снизу тянет дымом. Дымом?!

Точно, вот и треск огня послышался!

Ага, так нас пытаются отсюда выкурить!

На здоровье — в окнах почти не осталось стёкол, и дым будет выходить сразу во все стороны. Да, тут будет крайне некомфортно, но и не смертельно. Как-нибудь пересидим. А вот лезть с улицы в задымлённое помещение… ну-ну, я посмотрю, что из этого выйдет.

Топот ног — сверху спускается мой временный союзник.

— Что случилось?

В нескольких словах объясняю ему свои предположения, указывая на разбитые окна.

«Юсек» кивает — понял.

— Тебя, кстати, как зовут-то?

— Юджин. Юджин Дж. Морлоу, оператор второго класса. Отряд «В-2».

— Денис. «Вихор», работаю у Хищника. Будем знакомы! — протягиваю ему руку.

— Хищник? Predator? Это есть фильм! Шварцнеггер!

— Хм! У нас тут своё кино — печальная реальность! The sad reality means no movie![8]

Чвкашник улыбается. Странно видеть такую улыбку на закопчённом и испачканном кровью лице.

Хренак!

Наверху что-то грохает.

Юджин моментально оказывается на ногах.

— The fifth floor! Grenade![9]