Голод Рехи (СИ) - "Сумеречный Эльф" - Страница 68

— Ветер! — сдавленно выдохнул Ларт, едва не плача, когда его верный друг понял бесполезность сопротивления и оттого бессильно заскулил. Он втягивал воздух ноздрями и, кажется, чуял, что хозяин рядом.

— Пусти меня! Пусти, изверг! — шипел Ларт, но Рехи оставался непоколебим. Он только посоветовал:

— Не смотри.

Но оказалось поздно: Ларт как раз повернулся и встретился взглядом с Ветром, когда клинок одного из стражей перерезал ящеру горло. Брызнула темная едкая кровь, окропила песок. Последние стоны существа, напоминавшие жалобный плач, очень быстро стихли; хищные глаза расширились и померкли.

И Ветра не стало. Так же уходят из мира все существа. Почти одинаково.

— Ветер… — только охнул Ларт. Его трясло. Крупная дрожь выламывала руки, мешала передвигаться. Рехи кое-как сгреб назад опального короля, заставляя отвернуться.

— К лазу! Скорее! — только прорычал непоколебимый житель пустыни. Рехи не привык слишком долго убиваться над погибшими. В конце концов, он тоже многих терял. Но когда его прошибала дрожь, когда с него слезала кожа от горечи, никого не оказывалось рядом, поэтому он не научился поддерживать или сочувствовать.

Да, как-то раз Лойэ всхлипывала у него на груди после смерти отца, так они и сблизились. Но с девушками все как-то проще. Ларт же с первой встречи казался сильным, и проявить к нему сочувствие означало сделать окончательно жалким. Или нет? Рехи и сам не знал, только теперь ему пришлось вести к лазу их обоих. Ларт же слепо плелся следом. Пальцы плотно сжимались на его безвольно повисшей руке.

— Ветер… — только бормотал он временами. — Последнего лишили! За что?!

Перед глазами у Рехи все еще стояла пренеприятная сцена казни. И по спине от этого тоже пробегали мурашки. Смерть — это смерть, со всеми рано или поздно случается. А вот казнь довелось лицезреть впервые. И это не нравилось, и это сбивало, как и принуждение к пыткам в шатре. Что-то из прошлых времен, что-то очень-очень злое и неправильное. Не охота ради пропитания, а именно месть.

«Ты расплачиваешься за то, что делал! Ты сам превращал их в чудовищ!» — хотелось бросить Ларту, посыпать его свежие раны песком. Но Рехи плотно сжал зубы, настолько, что длинные клыки выступили над нижней губой.

— Мы должны… добраться до арсенала! — вдруг оживился Ларт. Его оцепенение прошло, его смела злость. Рехи обрадовался такой перемене. Скорбь убивает, предлагает последовать по проторенной тропинке за тем, кого оплакивают. Зато гнев привязывает к миру живых. И лучше уж яростно прорубаться, чем молча принимать свою судьбу.

— Веди, — кивнул Рехи. Он все еще не до конца изучил деревню, но примерно помнил расположение шатров. Вроде бы оружие хранилось где-то возле кузницы. Вернуть свои прежние мечи они не надеялись, но на первое время хватило бы и самого плохонького.

— Почти дошли, — шептал Ларт.

«Мерзкий запах… Может, так пахнет предательство? Или что-то в воздухе…» — между делом замечал Рехи, пока они бродили между шатров, скрываясь от стражников. Телле не хватило ума перераспределить движение караулов. Ларт же сам придумал их, расставил и научил ходить подобием строя. Он явно скрывал, как получил свою ученость, но, очевидно, знания на пустоши никто не ценил. Впрочем, в осажденном умирающем городе из снов ученого жреца тоже проклинали. Все знания склоняются пред голодом.

— Еще клетки, — выдохнул Ларт. — Раньше их не было.

— Раньше не было, сейчас построили, — донесся голос из-за прутьев.

— Ребята! Вы целы! — радостно шепнул Ларт, узнавая в пленниках часть своих всадников. У них еще даже сохранились все части тела. Ряды клеток стояли возле палатки-арсенала. Неосмотрительно же все придумала новая власть! Да и откуда бы Телле ведать хоть что-то обо всем этом? Лойэ бы и то лучше управилась. Рехи представлял Лойэ в качестве предводительницы отряда. Пожалуй, она бы справилась. В Телле же клокотало бешенство, выплескивалось в поразительной жестокости, личной мести Ларту и Рехи, но ума ей все это не прибавляло. Но это было на руку сбежавшим.

— Надо их вытащить, — собранно отозвался Ларт. Он вновь воспрянул духом. Или что-то вроде того. По крайней мере, лихорадочно блестящие глаза не сквозили двумя пропастями отчаяния.

— Осторожно, стражи! — предупредил Рехи, усмотрев караул. В следующее же мгновение со звериным проворством он кинулся на спину одному из врагов. В этот раз он действовал не клыками, а тренированными руками, резко сворачивая шею. Ларт не отставал, взяв на себя второго стражника.

В арсенале их ждало еще двое, но бесшумные тени скользнули в палатку. Рехи уклонился от взмаха меча, поднырнул под клинком. Выпад прошел даром, прорезав пустоту. Проворный эльф выскользнул за спину противнику, пнул его по щиколотке дерзкой подножкой. Полукровка повалился вперед и неловко напоролся грудью на собственное оружие. Алеющий дымящийся клинок вышел из спины.

Ларт одобрительно вскинул брови и мотнул головой. Рехи и сам не ожидал такого совпадения, но вышло впечатляюще. Теперь весь арсенал оказался в их распоряжении. Тяжелый молот из кузницы быстро сбил замки на двух клетках, и воины выбрались наружу.

«Это мы целым отрядом пойдем к Цитадели! Ха! Ну, держись, Двенадцатый!» — подумал Рехи с задором. Он бы не отказался от мощной поддержки в лице десяти крепких молодцев и трех суровых девушек, которые не предали своего короля. Вот только у Ларта планы оказались совсем иными. Как только отряд достаточно вооружился, подхватив мечи, кинжалы и сети, их предводитель приказал:

— Мы должны отвоевать деревню! Покажем им, кто здесь законный правитель!

— Да! — согласились они хором.

— Но ведь их больше, — пробормотал неуверенно Рехи. Он-то считал, что отряд отправится вместе с ним в пустыню. А хотя с чего бы так? Они создали это место и не видели иного своего предназначения. Но у Рехи в горле поселился гадкий привкус разочарования. Да еще ноздри тревожил тлетворный привкус.

«Да что же это за мерзкий запах-то… Как будто… Как будто сера!» — мотнул он недовольно головой, втягивая густой кислый воздух. Наверное, что-то случилось именно с воздухом, а вовсе не обида скреблась беспокойством под сердцем. Может, план Ларта и сработал бы. И в случае удачи Рехи уж наверное повысили бы со статуса раба. Впрочем, все это не означало продолжение пути, а оставаться не хотелось. Совсем не хотелось. И с каждым шагом все больше, но предводитель вел вперед. На верную гибель.

Отряд безнадежных храбрецов сперва атаковал стражников на стенах, повалил лучников. Заходили с разных сторон. И Рехи тоже не отставал, выслеживая противников, постепенно приближаясь к шатру, где предположительно затаилась Телла перед своим победным пиршеством.

— Тревога! — раздалось с разных концов лагеря. Топот ног, блеск факелов и стрел… Настал неразборчивый хаос, все всколыхнулись, пришли в движение.

— Проклятье! Нас обнаружили! — воскликнул кто-то из отряда. И все звуки смешались в единую круговерть.

— Надо бежать! — тут же предложил Рехи. Шла не его война, не его противостояние. Он слишком давно вынашивал этот план, он желал оказаться далеко по ту сторону треклятого забора из камней и мусора.

Отряд тем временем кинулся в чей-то шатер и наткнулся на истощенную парочку, которая вываривала в котелке полоски старой кожи. Вероятно, на них не хватило свежего мяса.

— Тихо, не выдавайте нас! — взмолился Ларт, убеждая себя, будто рядовые подданные все еще верны ему. Конечно, все лишь подлый заговор Теллы и группки ее приспешников — так считал король. Но Рехи не ожидал никакой поддержки, уж точно не от истощенной женщины и не от покрытого язвами ослабленного мужчины. Вероятно, оба не могли сражаться, потому голодали практически всегда. Ларт же раньше не замечал никого, кроме своего отряда лучших воинов.

— Вон они! Вот! — тут же вскричали двое. Рехи только криво ухмыльнулся — его догадки очень быстро подтвердились. Вся эта братия действовала ровно так, как предполагал исчервленный жестокостью разум. Но от того рука лишь легче опустилась на шеи проклятых предателей. И в тот миг обдало приятным вкусом убийства, смеси торжества и отвращения.