Сближение (ЛП) - Фортин Сью - Страница 30

— Хорошая идея, — кивнул Донован. — Теперь ты, Эллен. Я не думал, что ты способна начать ссору с коллегой. Если возникает какая-то проблема, то, как и Карла, ты должна подойти ко мне.

Эллен покраснела, и Донован заметил, как девушка смутилась, напряженные плечи расслабились, и она покорно ответила ему:

— Да, конечно. — Она села на стул. Донован оценил это примирительное действие. Теперь он чувствовал, как Карла заметно успокоилась.

— Мы поговорим об этом завтра, когда хорошо выспимся. Все устали, эмоции зашкаливают. Я ничуть не удивлен вашим поведением.

Он ощутил облегчение, когда женщины извинились.

— Я пойду домой, — сообщила Карла. — Если только ты не хочешь, чтобы я что-то для тебя сделала, Донован.

Он покачал головой.

— Нет, сегодня ничего не нужно, спасибо, Карла. Доброй ночи.

Он решил не обращать внимания на то, что Карла не пожелала спокойной ночи Эллен. В конце концов, они были взрослыми женщинами, а не детьми. Сейчас не самый лучший момент для того, чтобы поставить всех в кружок и заставить подружиться, как в детском саду.

— Хорошо, подожди здесь, — сказал он Эллен. — Мне нужно пойти и успокоить Иззи.

— Иззи?

— Да, она все слышала. Сидела в слезах на лестнице из-за вас двоих.

— Мне очень жаль, — простонала Эллен. — Хочешь, чтобы я пошла к ней?

— Нет, я справлюсь с этим.

Потребовалось, по крайней мере, двадцать минут, чтобы успокоить Иззи и убедить, что все наладилось. Донован, полулежа на кровати, обняв дочь, читал одну из ее любимых сказок - про Золушку.

— Эллен похожа на Золушку. Красивая и милая, — тихо прощебетала Иззи, ее голосок был еле слышен от усталости и пережитых эмоций. — А Карла - это некрасивая сестра. Злая и ужасная.

— Хм, так говорить о Карле не очень хорошо, — отозвался Донован. Он чувствовал, как внутри словно весело лопнул воздушный шарик, это детское заявление позабавило его, но, честно говоря, говорить так о Карле действительно было нечестно. Он решил, что ласковый упрек - лучший способ справиться с этим. — Карла очень милая. Она всегда добра к тебе, и она тоже красивая.

— Не такая красивая, как Золушка - Эллен.

Он не мог с этим поспорить.

— Золушка. Мы могли бы называть Эллен Золушлен. Как думаешь, ей понравится?

Иззи хихикнула.

— Золушлен. Да, так мы и будем ее звать. — Она доверчиво прижалась к руке отца. — А ты будешь принц.

— Ух ты, спасибо. — Донован обнял и мягко сжал ее.

— Это означает, что ты должен поцеловать Эллен, а потом вы должны пожениться и жить долго и счастливо.

— Правда? — Донован задумался об этом предложении, пожалуй, на часть с поцелуем он с радостью бы согласился. Женитьба... наверное, ему не стоит думать об этом.

— Итак, давай продолжим слушать сказку, — сказал он, прилагая все усилия, чтобы отвлечь себя от непослушных мыслей. — Где мы остановились?..

***

— Карла права.

Эти слова приветствовали Донована, как только он вошел на кухню, оставив Иззи крепко спящей. Он остановился и посмотрел на Эллен, которая сидела за кухонным столом, точно так же, как некоторое время назад, когда он оставил ее. Руки сжаты, большой палец непрерывно скользил круговым движением по ладони другой руки. От нее прямо-таки веяло беспокойством.

Он вздохнул:

— Насчет чего права Карла?

— Я должна уехать, она права. Приношу вам только неприятности, нужно думать об Иззи. Сегодняшний вечер доказал это. — Но она не смотрела на него.

— Ради Бога, — застонал Донован, не скрывая утомленного вздоха. Он начал испытывать раздражение от этого разговора. Мужчина сел на стул рядом с ней, используя время, чтобы выровнять дыхание и настроить свой терпеливый голос; тот, который он использовал для Иззи, когда что-то нужно было объяснить в миллионный раз. Он взял ее за руки. — Сколько мы должны об этом говорить? Я уже совершенно потерял терпение. Ты никуда не поедешь. Нет, если я имею какое-то право голоса. — Ладно, его специальный голос для малышки Иззи не совсем прошел, но, Господи, он устал от этого.

Она не убирала рук, что ему нравилось, но когда их глаза наконец встретились, все, что он мог видеть, это страх, который расстроил его.

— Будет нечестно, если я останусь. Похоже, все происходит из-за меня. Если это действительно Тоби, тогда я могу просто уйти и начать жизнь снова там, где он не найдет меня. Если это не он, тогда ты сможешь принять меры, чтобы остановить его. Так ты узнаешь, с чем имеешь дело.

— Ни один вариант не подходит, Эллен, и я действительно уверен в этом, — возразил Донован. — Неужели ты думаешь, что побег поможет решить проблему? Я уже говорил, эта история из прошлого будет преследовать тебя. Он снова найдет тебя, а потом боюсь и думать, что может произойти. А если это не он, то, что ты останешься, на самом деле не будет иметь никакого значения. Я не могу позволить тебе исчезнуть. Я буду беспокоиться. Как я могу оставить все это на своей совести?

— Ты не отвечаешь за меня, — негромко произнесла Эллен.

— Я начал нести ответственность за тебя, как только ты переступила этот порог, — сказал он. — Как твой работодатель, я должен заботиться о тебе.

— Если я уеду, ты уже не будешь моим работодателем, и обязанность по присмотру за мной закончится.

— Но ты также друг моей дочери, а это по умолчанию означает, что я должен заботиться и о тебе, Эллен. — Он сделал паузу; так как знал, что не следует произносить то, что вертелось на кончике языка, но также знал, что все равно скажет. — И ты для меня кое-что значишь, поэтому снова по умолчанию я забочусь о тебе.

— Это только обязанности? — Голос Эллен понизился почти до шепота. Он видел, как она сглотнула, но ее глаза удерживали его взгляд, и он не мог отвести взгляд от лица девушки.

— Обязанности исчезают, если речь идет о том, что важно. — О, это было трудно. С предельной сдержанностью он оставался неподвижным, борясь с желанием наклониться вперед, чтобы поцеловать ее, но в то же время он не мог уйти.

Она сделала едва заметное движение головой, словно в точности понимая, о чем он говорит, о чем думает. Ее следующее действие расскажет ему все. Чувствует ли она то же самое? Донован затаил дыхание. Ожидание в прозрачной тишине.

Она наклонилась к нему, положив голову ему на плечо. Ответ был «да». Застенчивый, робкий, может быть, немного смущенный или даже нервный, верно. Но тем не менее - да.

Несколько минут Донован поглаживал ее спину, играя кончиками волос. Она посмотрела на него, и он понял желание, отразившееся в красивых глазах.

Он наклонился, чтобы поцеловать ее, и она отозвалась без колебаний. Долгий глубокий поцелуй. Его язык играл с ее языком и исследовал рот девушки. Не останавливаясь, она повторяла его движения.

Боже, он хотел ее всеми возможными способами, однако его потребность знать правду об Эллен Ньюман вышла на первый план. Он должен был заставить себя побороть физическое желание тела, чтобы разум взял верх в этой короткой борьбе. Ему требовались все крупицы сопротивления, которые он мог собрать. Он должен был знать истину о некоторых вещах, прежде чем сможет пойти с ней в постель. Но сейчас было не время поднимать эти вопросы.

— Я лучше пойду, — вдруг сказал он, вставая. Он не мог не заметить, как удивленное разочарование на мгновение отразилось в ее взгляде. Затем этот обеспокоенный взгляд исчез, и Эллен успокоилась.

— Сейчас не подходящее время. Еще нет. Не сегодня.

— Да, ты прав. Совершенно не подходящее время.

Он подарил ей последний поцелуй.

— Доброй ночи. Сладких снов, Золушка.

Покидая комнату, он прекрасно понимал, что не справился с уходом и вел себя не так вежливо, как того заслуживала Эллен, но ему срочно нужно было увеличить физическое расстояние между ними сегодня вечером. И намного.

Глава 22

Донован настаивал, чтобы они в эти выходные опять прогулялись по набережной Фелфэма. Ночь Хэллоуина с неприятными воспоминаниями осталась позади. Эллен и Донован заверили Иззи, сказав, что это были всего лишь выкрутасы старших ребят, и девочка успокоилась. Эллен тоже вцепилась в эту идею, несмотря на полностью противоположное мнение Карлы и стремление Донована согласиться со своим секретарем.