Плеть богини (СИ) - Шейко Максим Александрович - Страница 54

Впрочем, запаса рефлексий мне хватило ненадолго. Так что все философские размышления благополучно закончились еще до того, как стены Уннара скрылись за горизонтом. А дальше началась привычная работа.

Мой отряд выполнил ещё пару дневных переходов по столичной дороге, после чего просёлками перешёл на приморский тракт и уже по нему двинулся почти строго на запад - к Йеверу. Меж тем погода, с самого начала похода баловавшая нас приятным теплом, начала понемногу портиться. Лёгкий северо-западный ветерок сперва заметно посвежел, нагнав тяжёлых дождевых туч, а затем сменил направление на северо-северо-западное и резко усилился. Когда наши авангарды находились всего в двух переходах от цели похода, ветер достиг силы полноценного урагана, обрушив на побережье первый в этом сезоне осенний шторм, который бушевал безостановочно следующие три дня. Так что последние лиги до города мы прошагали под проливным дождём, без устали благодаря всех богов, что проложенная по искусственной насыпи дорога, за счёт хорошего дренажа, хотя бы не расползается под ногами.

Правда, ненастье, хоть и создало немало бытовых неудобств, в конечном счёте всё же сослужило нам неплохую службу. Маскируясь за пеленой дождя, под покровом темноты наша пехота вышла к Рыбным воротам и, после обмена условными сигналами, вошла в город без шума и пыли. Благодаря буре наместник даже не сразу узнал, что танарисские войска уже в городе, а когда узнал, пить "Боржоми" было уже поздно. Не то чтобы это имело решающее значение, но всё же изрядно облегчило нашу задачу, избавив от необходимости прорываться с боем по узким городским улочкам. В итоге штурм фактически свёлся к изоляции и зачистке отдельных очагов обороны вроде старого форта и южного привратного укрепления, где засели рота морской стражи и отряд дворян-добровольцев. В предрассветной мгле наши ударные части один за другим загасили эти тлеющие угольки сопротивления, так что утро растревоженный Йевер встречал уже при новых хозяевах.

Когда ближе к полудню пахнущий солью, рыбными потрохами и гнилыми водорослями ветер, наконец-то, разорвал пелену туч, а красноватое солнце заиграло бликами в многочисленных лужах, я уже вовсю инспектировал наше новое приобретение в компании адъютанта, нескольких драбантов, пары местных представителей и комендантского взвода. Вот тут-то меня и ожидал первый сюрприз.

Вообще-то женский визг вперемешку с грохотом, криками боли и забористым матом, с учётом привходящих обстоятельств, не стоило считать чем-то из ряда вон. В только что захваченном городе было, мягко говоря, неспокойно. Наместник, готовясь к осаде, призвал к оружию всех кого только можно, включая матросов с застигнутых в порту судов и всевозможную рвань. Когда осада внезапно кончилась, так толком и не начавшись, большинство этих люмпенов дружно рвануло по норам. Особо же отмороженные, как водится, решили половить рыбку в мутной воде. Посему грабежи, поджоги и прочие эксцессы в эти утренние часы отнюдь не являлись редкостью. На стратегическую ситуацию в городе этот взрывной всплеск криминальной активности практически не влиял, так что я даже не ставил своим подчинённым задачу по поддержанию порядка, ожидая, когда представители города сами обратятся за помощью. Такой подход позволял начать переговоры о будущем статусе Йевера с выгодных позиций, а случайные жертвы... да плевать на них. Но в данном случае безобразия творились буквально за углом и любопытство пересилило.

- Что там?

Представитель местных - коренастый здоровяк лет сорока пяти в неплохой кирасе и с серебряной цепью магистрата (заранее подсуетились) на шее, которому был адресован мой вопрос, неопределённо пожал плечами:

- Ничего особенного, ваше сиятельство. Обычный постоялый двор, довольно приличный.

- Ну пойдём, посмотрим. Вдруг кого приличного встретим?

Строго говоря, стоило просто послать десяток солдат разобраться, что к чему, а самому подождать в сторонке. Но настроение было хорошим, несколько десятков сопровождающих придавали дополнительной уверенности, а привычка не считать всякую шантрапу за достойных противников делала своё чёрное дело, и моё сиятельство отправилось наводить порядок на постоялом дворе самолично.

Окружённый хозяйственными постройками двор оказался пустым, и я, дав распоряжение прочесать все закоулки, решительно направился к главному зданию, откуда продолжали доноситься звуки нешуточной потасовки. Первые участники этого веселья встретились сразу за дверью, в которую я вошёл вслед за своими драбантами. На полу в лужах крови валялись тощий паренёк с перерезанным горлом и лысый толстячок с колотой раной на спине, в котором магистрат опознал владельца заведения. На лестнице обнаружились ещё какой-то подозрительного вида мужичок с распоротым брюхом и парочка дохлых эльфов, а потом стало уже не до подсчётов.

Драбанты, ориентируясь на крики, ломанулись вперёд, а моё внимание привлекло шебуршание за ближайшей дверью, и я, недолго думая, заглянул посмотреть, что там к чему. Помещение оказалось обычной жилой комнатой, зато народу там было не протолкнуться. У дальней стены сломанной куклой лежал очередной эльф с болтом в груди, в углу на кровати двое стрёмных типов щемили кого-то третьего, для надёжности зажав ему рот, и ещё трое хмырей, вооружённых разнокалиберными тесаками и короткими мечами, рассредоточились по всей каморке, старательно роясь в хозяйском скарбе. Моё появление ожидаемо вызвало всеобщий интерес, заставив уважаемое сообщество дружно побросать текущие дела, а вот дальнейшее оказалось в некотором роде сюрпризом.

Я, конечно, дал маху, сунувшись на шум поперёд своих солдат, имея в качестве прикрытия лишь неизменную парочку - Дирка с Гестом, бодро вломившихся следом за мной в дверной проём. Но и внезапно обуявшую незадачливых грабителей идею кинуться со своими тесаками врукопашную на троих сурового вида головорезов в первоклассных доспехах сложно назвать удачной. В результате всё закончилось раньше, чем к нам подоспело подкрепление.

Перехватив свой двуручник за лезвие в стиле "полумеч", я, недолго думая, двинул первому попавшемуся противнику тяжеленным оголовьем прямо в лицо, вдребезги разнеся ему верхнюю челюсть. Мужик, облачённый в лёгкую бригантину и простенький шлем, ещё падал, когда его напарник попытался рубануть меня фальшионом... Ну не знаю, может, года четыре назад такой фокус и прошёл бы, но сейчас я просто принял удар на клинок, отводя его в сторону, и аккуратно проломил незадачливому оппоненту висок крестовиной своего цвайхандера. Благо у этого кандидата в покойники отсутствовали не только фехтовальные навыки, но и каска. Третьему противнику я, в очередной раз сменив хват, просто и незатейливо всадил клинок в грудину, орудуя им как копьём. На этом разбойнике было что-то вроде кирасы из проклёпанной кожи, но такого удара эта, прости господи, "защита" не выдержала. Лезвие, сокрушив рёбра и разворотив лёгкие, с хрустом вышло из спины, заставив бедолагу захлебнуться собственным воплем. Напоследок этот паршивец заплевал мне кровью весь нагрудник, но тем нанесённый им урон и ограничился. Гест, пока суть да дело, аккуратно сунул остриём алебарды в глазницу четвёртому налётчику, а Дирк спокойно прирезал арбалетчика, который так и не успел перезарядиться. Так что внезапно возникший конфликт предсказуемо завершился со счётом 5:0 в нашу пользу.

Бедолага, которого, а точнее, которую при моём первом появлении раскладывали на кровати, меж тем попыталась спрятаться под той самой кроватью, но попытку пресек на корню Кишкомот, небрежно ткнув беглянку древком алебарды в бок. После чего девица, сдавленно пискнув, свернулась клубочком на полу и затихла. Ну а дальше подоспела моя отставшая охрана, походя покрошившая еще парочку каких-то гопников, видимо, из той же компании. Заглянул в комнату подзадержавшийся в коридоре магистрат. Прибежал с докладом связной от проверявших хозпостройки комендачей... В общем, в каморке снова стало тесновато. Пришлось брать командование на себя и срочно наводить порядок.