Все страхи мира - Клэнси Том - Страница 203

— Ну и что? — спросил Мюррей, раздражённый тем, что ему приходится уже второе воскресенье проводить в своём кабинете. Чтобы приехать на работу, он воспользовался метрополитеном, а теперь и метро встало. Не исключено, что ему придётся сидеть здесь целый день.

— Дэн, у нас уже достаточно доказательств для обвинительного акта, но мне хотелось бы подождать, пока не будут вручены деньги, и уже тогда произвести аресты. Мой тайный осведомитель сумела добыть неопровержимые доказательства. Сейчас я сижу и лично расшифровываю магнитофонную запись.

— А ты не мог бы передать текст телефаксом?

— Обязательно, как только закончу расшифровку. На этот раз они не сумеют выскользнуть, Дэн, ни один из них.

— Уолт, мы поставим тебе памятник, — похвалил его Мюррей, забыв о своём раздражении. Подобно большинству полицейских, он ненавидел чиновников, замешанных в коррупции, почти так же, как и преступников, похищающих детей ради выкупа.

— Знаешь, Дэн, я так доволен своей новой работой, — засмеялся в телефонную трубку Хоскинс. — Может быть, даже попробую баллотироваться на одно из освободившихся в Сенате мест.

— От этого штату Колорадо будет только польза, — заметил Дэн. Только не пытайся носить с собой оружие, подумал он, хотя и понимал, что относится к Хоскинсу несправедливо. Несмотря на то что Уолт не смог проявить себя там, где требовались смелые и решительные действия, он полностью подтвердил ту оценку, которую ему дал в прошлом году Дэн: Хоскинс оказался блестящим следователем, настоящим гроссмейстером, равным по своему таланту, может быть, самому Биллу Шоу. А вот провести полевую операцию, задержать преступника, угрожая ему пистолетом, — это было Уолту не по силам. В данном случае арестовать виновных будет несложно, напомнил себе Мюррей. Политические деятели прячутся за адвокатами и для своей защиты прибегают к помощи прессы, а не к револьверам. — Каково мнение прокурора?

— Он оказался честным, умным парнем. Мы работаем с ним рука об руку. Помощь Министерства юстиции не повредит, разумеется, но, если нужно, прокурор справится своими силами, Дэн.

— Хорошо. Пришли мне текст, как только закончишь работу. — Мюррей нажал на другую кнопку и позвонил директору ФБР Шоу домой, в Шеви-Чейс.

— Слушаю.

— Билл, это Дэн, — произнёс Мюррей, разговаривая со своим начальником по защищённой от прослушивания линии. — Звонил Хоскинс и сообщил, что вчера вечером добился полного успеха. Говорит, что весь разговор записан на плёнку, — все пять подозреваемых заключили сделку, когда лакомились ростбифом.

— Ты отдаёшь себе отчёт в том, что теперь нам придётся перевести Хоскинса на более высокую должность? — усмехнулся директор ФБР.

— Сделай его помощником заместителя.

— Я уже так поступил однажды, и ты всё ещё напрашиваешься на неприятности. Мне приехать на работу?

— Думаю, нет необходимости. Как там у тебя погода?

— Собираюсь построить трамплин для прыжков на лыжах — прямо во дворе. Дороги в ужасном состоянии.

— Я приехал на метро, а потом его закрыли — говорят, лёд на рельсах.

— Да, Вашингтон, округ Колумбия, — город паники, — ответил Шоу. — Ну хорошо, отдохну и посмотрю матч, мистер Мюррей.

— А вот я, мистер Шоу, вынужден отказаться от личной жизни и трудиться ради вящей славы бюро.

— Вот это приятно слышать — мне нравится преданность у подчинённых. Тут у меня рядом внук, — сообщил Шоу, глядя, как невестка кормит его из бутылочки.

— Как поживает Кенни-младший?

— Мы ещё сделаем из него отличного агента ФБР. Итак, если ты сможешь обойтись без меня, Дэн…

— Билл, играй с внуком — только вовремя отдай его матери, если у него случится конфуз с пелёнками.

— Ясно. Держи меня в курсе дела. Ты ведь понимаешь, по этому вопросу мне придётся разговаривать с президентом.

— По-твоему, могут возникнуть проблемы?

— Нет, он сам ненавидит коррупцию.

— Ладно, Билл, в случае необходимости позвоню. — Мюррей положил трубку, вышел из своего кабинета и направился в центр связи. По пути он встретил инспектора Пэта О'Дэя, который шёл в ту же сторону.

— Это твоя собачья упряжка во дворе, Пэт?

— Некоторые из нас ездят на нормальных автомобилях. — О'Дэй пользовался пикапом с приводом на обе оси. — Между прочим, шлагбаум у ворот с Девятой улицы застыл в поднятом положении. Я распорядился, чтобы второй шлагбаум не поднимали.

— Ты зачем приехал сегодня?

— Я дежурю в центре управления. Мой сменщик живёт во Фредерике, так что я не жду его приезда раньше четверга. У меня такое впечатление, что шоссе 1-270 закрыли до весны.

— Господи, что за нервный город, стоит только пойти снегу.

— Мне об этом можешь не говорить. — Предыдущим местом службы инспектора О'Дэя был Вайоминг, и он всё ещё расстраивался, вспоминая, какая там великолепная охота.

Мюррей вошёл в центр связи и сообщил сотрудникам, что ждёт телефакс из Денвера. Текст будет закодирован только словами, поэтому никто, кроме него, не должен видеть поступивший материал.

— Вот это никак не сочетается, — сказал Гудли после ленча.

— Что именно?

— Да первое сообщение, которое нас так потрясло, — нет, извините, второе. Места пребывания Нармонова и Спинакера не совпадают.

— Само по себе это мало что значит.

— Знаю. Но вот странно: помните, я говорил о лингвистических изменениях в его докладах?

— Да, только не забудь, что мой русский очень слаб. Я не в состоянии заметить нюансы подобно тебе.

— Вот здесь я впервые это заметил — и именно здесь я не могу убедительно доказать, что они встречались. — Гудли сделал паузу. — Мне кажется, в этом что-то таится.

— Не забудь, тебе придётся убедить наш русский отдел.

— Действительно, это будет непросто.

— Совершенно верно, — кивнул Райан, — поэтому подкрепи это чем-то ещё, Бен.

Один из сотрудников службы безопасности помог Кларку внести ящик с бутылками. Джон поставил полные вместо пустых в бар, затем направился в помещение для отдыха с четырьмя оставшимися бутылками «Чивас Ригал». Чавез шёл следом, неся цветы. Кларк поставил бутылки на место и оглянулся вокруг, проверяя, все ли в порядке. Он поправил кое-что здесь и там, чтобы показать, что старается изо всех сил. Бутылка с установленным внутри трансивером имела трещину в верхней части, так что никто не попытается открыть её, подумал он. Умные парни в научно-техническом отделе. Обычно лучшими оказываются простые решения.

Теперь нужно установить букеты цветов, которые были искусно подобраны. Они состояли главным образом из белых роз, очень красивых, по мнению Чавеза, и зелёные палочки, поддерживающие их, выглядели вполне уместными. После этого Динг спустился в туалет нижней палубы и заглянул внутрь. Там он положил на дно мусорной корзины маленький магнитофон японского производства, предварительно убедившись, что он исправно работает. Чавез встретил Кларка рядом с основанием винтовой лестницы, ведущей наверх, и они вышли из самолёта. Сотрудники службы безопасности, сопровождающие японского премьера, только подходили к трапу, когда оба офицера ЦРУ скрылись в здании аэропорта. Они быстро нашли запертую комнату, открыли её и переоделись, так что через несколько минут оттуда вышли два бизнесмена с другими причёсками и в тёмных очках.

— Неужели обычно все проходит так просто, мистер К.?

— Нет, — покачал головой Кларк.

Теперь они направились в противоположную часть здания. Кларк и Чавез находились на расстоянии полумили от «Боинга-747», но отчётливо видели огромный авиалайнер. Неподалёку стоял «Гольфстрим-IV», окрашенный в цвета частного самолёта. Предполагалось, что он вылетит на несколько минут раньше японского «Боинга» и начнёт удаляться от него. Кларк достал из кейса маленький магнитофон «Сони», вставил кассету и надел наушники. Он отчётливо слышал голоса японских сотрудников безопасности внутри самолёта. Бобины кассеты вращались, фиксируя каждое слово. Кларк слушал, делая вид, что читает книгу. Жаль, что я не понимаю по-японски, подумал он. Как часто происходит во время тайных операций, её руководитель сидел без дела, ожидая, когда начнут развиваться события. Кларк поднял взгляд и увидел, как снова раскатывают красный ковёр, строятся солдаты и ставят трибуну. Должно быть, подумал Кларк, все это до смерти надоело тем, кто занимается такими вещами.