Ш 3 - Евстратов Василий - Страница 92

«Ну, или почти нет», – вспомнился мне Ходок, который по этой самой черноте вполне себе уверенно бродит.

– Там другие физические законы действуют, – продолжи я говорить. – Сначала ориентацию в пространстве теряешь, а потом, если выбраться не успел, то довольно быстро тоже почернеешь, всё живое из тебя та земля вытянет.

Вот это их пробрало, так как похоже уже знают, что БТР на черноту заехал и они обеспокоенно переглянулись.

– Живые ваши парни, которые на БТРе туда сунулись, – заговорил вдруг Корнет. – Успели их оттуда вытащить.

– Откуда знаешь? – спросил у него Шмель.

– Знаю, – пожал плечами Корнет и замолчал, не собираясь ничего больше объяснять.

Первые эмоции от встречи с прошлым у него уже прошли, теперь уже не улыбается, видимо вспомнил что вскоре со всеми этими парнями случится.

– Я что-то подобное читал, – прервал возникшую вдруг паузу Леший. – Там тоже часть города с жителями в другой мир перенесло. Там еще эльфы, гномы и… – кинул он взгляд на Корнета, только уж не знаю, к кому он его приписал. К эльфам или гномам?

– Подожди, Леший, – не дал разговору утечь в сторону Большой и снова ко мне обратился: – Ладно чернота, а какие еще доказательства, что мы в другом мире? Если, честно, то с трудом в это верится.

– Доказательств море, – осмотрелся я по сторонам: уже сумерки наступали. – Самые такие достоверные, в которые вы сразу поверите, как стемнеет появятся.

– Небо? – сразу же догадался Леший.

– Да, – кивнул я ему. – Звездное небо тут совсем не похоже не Земное. Даже если созвездий не знаешь, то всё равно сразу видно, что оно абсолютно чужое.

– Понятно, – задумался на миг Большой. Какие бы там доказательства я не приводил, их еще можно было бы сомнению придать. Но звезды, тут уже не поспоришь. – Мне нужно на базу доложить, – посмотрел он на меня вопросительно: разрешу ли?

– Докладывай, – не стал я препятствовать и кивнул Шельме, которая тут же рацию им вернула.

Время есть и я решил с их командованием переговорить. Раз уж мы тут типа спасательную операцию проводим, то проведем ее до конца. Может еще кто из обитателей бункера иммунный окажется.

Финн шустро проверил рацию, убедился что она исправна и тут же принялся базу вызывать.

– Большой вызывает базу, прием.

В этот раз база откликнулась практически сразу, так как там уже переполох стоял, они вовремя на связь не вышли.

– Есть связь, – протянул он гарнитуру Большому, когда база ответила.

– Большой – Базе! Встретили местных, – кинул он взгляд на меня. – Есть новости чрезвычайной важности!

После этого он еще некоторое время с базой разговаривал, видимо кодовые слова произносил, чтоб подтвердить, что говорит не под принуждением.

– Есть, возвращаться на базу! – закончил он общение.

Это, наверное, самое тяжелое возвращение домой. Не в плане дороги, она на удивление спокойная была. Никакого переполоха, связанного со смертью внешников, в округе замечено не было. Но вот подавленное состояние Корнета, Шаха и Рикса действовало удручающе и на нас.

Тогда, на подходе к бункеру, нас встретили еще две группы егерей, но дурить не стали, никаких тебе захватов, «Лежать смирно, руки вверх!» или «Стой, стреляю!» – ничего такого не было. Просто появились неожиданно – те еще призраки, хоть я их и засек «радаром», но не перестаю восхищаться их подготовкой. Взяли нас на прицел и подозвав к себе Большого, переговорили с ним. Увидели, что все остальные из его группы целые, невредимые и даже вооруженные, так как всё что мы с них сняли, после разговора сразу же и вернули, немного расслабились. Ну и сопроводили нас к бункеру, внутрь которого я уже один пошел, так как случись что, оттуда я уж точно выберусь, никакие двери меня не сдержат.

Но на удивление никаких эксцессов не произошло. Разве что, когда меня всё же привели к полковнику Уварову, то отдельные личности не хотели нас с ним один на один оставлять, на чем я настаивал. Но всё же майор и капитан, как потом выяснилось – разведка и контрразведка, пусть скрепя зубами, но оставили нас наедине.

Разговор выдался тяжелый. Пусть доказывать, что мы уже не на Земле, мне особо не пришлось, так как стемнело еще до того, как мы до бункера добрались и чужое небо они уже успели оценить, но вот по местным делам этот Николай Николаевич выпотрошил меня так, что никакие контр и просто разведчики с ним не сравнятся. Хоть с теми тоже пришлось побеседовать, но уже не только с ними, но и с другими, которых Уваров созвал на совещание. Как позже выяснилось – весь старший командный состав бункера. Вот и пришлось мне на вопросы иногда отвечать, правда все же меньше, чем когда с полковником один на один общались, так как он всё больше сам говорил. Вводил всех в курс дела, в том числе и о том, что все они уже заражены, эту ответственность он полностью на себя взял.

Что понравилось, никаких тебе панических срывов не было. Выслушали, осознали, помрачнели и принялись решать, как иммунных от обращенных отделять. Железные мужики, впрочем, как и все остальные в этом бункере. Салаг-первогодок тут не было, только уже послужившие, оттого и переполоха особого не случилось, когда до всех довели, что они не на Земле находятся, о чем уже и так все знали, а также что они инфицированы местным вирусом, отчего будут частые случаи недомогания, временной амнезии и беспричинной агрессии, пока организм не адаптируется.

Правды рядовым и младшему комсоставу не открыли. Так что они так и не узнали, что это уже навсегда, когда следующей ночью сначала единичные случаи, а потом уже и массово начали обращаться в упырей.

Из шестисот человек личного состава иммунным оказался только один – Рикс. Который после двух лет службы в погранвойсках месяц как был переведен для дальнейшего прохождения службы сюда, в бункер. Ну и Шах, хоть мы никогда уже не узнаем, иммунный он или же жемчужина помогла. Да и неважно это.

Сейчас, по прошествии трех недель, они только-только начали отходить после смерти своих друзей и всех обитателей бункера. Да и то, мне кажется, это происходит из-за того, что мы наконец-то выбрались из леса и тут уже некогда грустить. Пока еще только медляки и бегуны вокруг бегают, но может кто и посерьезней заявиться, о чем они прекрасно знают, так как разговоров по этому миру с ними было много.

Знают они и о том, что Корнет это именно тот Корнет – друг Шаха. Правда не совсем друг, так как Корнет служил в бункере принадлежащем ВВ МВД, а вот Шах – в МГБ, различие между мирами всё же есть. Но то уже неважно, так как после того, как Шах Корнету сначала по морде съездил, когда узнал, как тот его спас, а потом они дружно напились. Шах напился, так как Корнета чтоб напоить цистерна, наверное, нужна. Но главное признали друг друга, так как общие воспоминания у них всё же нашлись.

Сейчас же, когда мы в поселок пробрались за транспортом, у новичков сработали профессиональные рефлексы на опасность и все переживания отошли на второй план. Больше никакой тебе угрюмости и подавленности… Только полное охренивание!

– Хватит, Корнет! – окликнул я того. – Он уже труп.

Встретил наконец, на ком злость можно выместить. Медляков и бегуном мы так, тихонько убирали, если они на нас наводились, а вот выскочившему на нас лотерейщику не повезло. Корнет его буквально в асфальт вбил.

– Как ты там говорил таким красавцем стал? – первый раз, после смерти друзей, увидел улыбки на лице у Шаха и Рикса, когда они отошли от шока от выходки Корнета.

– Ха! – выдохнул Корнет, тоже улыбаясь. Спустил пар. – Таким красавцем фиг ты станешь! Я единственный в своем роде!

И это в общем-то правда. Во всяком случае в Бастионе и Клине подобных ему квазов больше нет. Тем более нет таких жизнерадостных квазов, которые не хотели бы себе прежнюю внешность вернуть и тем более, у которых была бы постоянная женщина. Мара с Корнетом чуть ли не как муж и жена живут. Так что он действительно уникальный. Пан – знахарь который над ним поработал – хоть и сволочь изрядная, но заслуженно может этим гордиться.