Бунташный век. Век XVII (Век XVII) - Шукшин Василий Макарович - Страница 124

ГЛАВА XI,

а в ней 6 статей

О царских, и властелинских, и помещиковых, и вотчинниковых крестьянех.

1. Царских дворцовых сел и волостей крестьян судят их и росправу чинят на Москве во Дворце и в селех и в волостях приказщики по грамотам во всяких делех, кроме уголовных и розбойных и татиных и пожегных дел. А в ыных царских черных волостях, где приказщиков не бывает, учинены судейки, человек с 10, выборные люди, тех волостей крестьяне; и судятца меж себя по царским грамотам и без грамот, кроме уголовных же и розбойных дел. А доходы, денежные и иные, собирают они сами меж себя, сколко с кого доведется, смотря по их промыслам, и животам, и по земле, сколко под кем лежит земли, и сеетца хлеба, и коситца сенных покосов.

2. Патриарх, и митрополиты, и архиепископы, и епископы, и монастыри ведают своих подданных крестьян против того ж, как ведают в царском дому его крестьян во всяких делах и податех, кроме розбойных и иных великих уголовных дел.

3. Бояре, и думные, и ближние, и всяких чинов люди, помещики и вотчинники, ведают и судят своих крестьян во всяких их крестьянских делех, кроме розбойных же и иных воровских дел. А подати царские с крестьян своих велят собирати старостам и людям своим и отдавать в царскую казну, по указу царскому: а свои подати кладут они на крестьян своих сами, сколко с кого что взяти.

А как тем бояром и иным вышеписанным чином даются поместья и вотчины, и им пишут в жаловалных грамотах, что им крестьян своих от сторонних людей от всяких обид и налог остергати и стояти, а подати с них имати по силе, с кого что мочно взяти, а не через силу, чтоб тем мужиков своих ис поместей и из вотчин не розогнать и в нищие не привесть, и насилством у них скота и животины никакой, и хлеба всякого, и животов не имати, и ис поместных деревень в вотчинные деревни на житье не переводити, чтоб одно место опустошить, а другое обогатить. А будет которой помещик и вотчинник, не хотя за собою крестьян своих держати, и хочет вотчинных крестьян продати, и наперед учнет с них имати поборы великие, не против силы, чем бы привести к нуже и к бедности, а себя станет напалнивать для покупки иных вотчин, и будет на такого помещика и вотчинника будет челобитье, что он над ними так чинил, и сторонние люди про то ведают и скажут по сыску правду, и у таких помещиков и вотчинников поместья их и вотчины, которые даны будут от царя, возмут назад на царя; а что он с кого имал каких поборов через силу и грабежем, и то на нем велят взять и отдать тем крестьяном; а впредь тому человеку, кто так учинит, поместья и вотчины не будут даны до веку. А будет кто учнет чинить таким же обычаем над своими вотчинными куплеными мужиками, и у него тех крестьян возмут безденежно и отдадут сродственником его, добрым людем, безденежно ж, а не таким разорителям.

4. А будет которой боярин, и думной, и ближний человек, или и всякой помещик и вотчинник учинит над крестьяны своими убойство смертное или какое наругателство нехристиянским обычаем и будут на него челобитчики, и такому злочинцу о указе написано подлинно в Уложенной книге. А не будут на него в смертном деле челобитчики, и таким делам за мертвых людей бывает истец сам царь.

А будет учинят над подданными своими, крестьянскими женами и дочерми, какие блудные дела, или у жонки выбьют робенка, или мученая и битая с робенком умрет, и будет на таких злочикцов челобитье, и по их челобитью отсылают такие дела и истцов и ответчиков на Москве к патриарху, а в городех к митрополитом, и к архиепископом, и к епископу, и судят такие дела и указ по них чинят, до чего доведетца, у них на дворех, а в царском суде до того дела нет.

5. А будет в царских селех и в волостях и в помещиковых и вотчинниковых селех я деревнях объявятся воры, разбойники, тати, и пожегшики, и иные злочинцы, и таких, сыскивая, велено отсылати Московским — к Москве, в Розбойной Приказ, а городовым — в городы, к воеводам и к губным старостам; а самим вотчинником и помещиком в таких делех сыскивати и указ чинити никому не велено.

6. А будет у самого царя под Москвою и в городех, в дворцовых волостях и селех, крестьян с 30000 дворов, кроме бобылей. Да в царских же черных волостях и слободах крестьян с 20 000 дворов.

За патриархом под Москвою и в городех, в селех и в волостях будет крестьян болши 7000 дворов.

За четырмя митрополиты — за Новгородцким, за Казанским, за Ростовским, за Крутицким — под Москвою и в городех, в вотчинах их домовых, в селех и в деревнях, за всеми крестьян с 12 000 дворов.

За десятью архиепископами — за Астараханским, за Сибирским, за Псковским, за Смоленским, за Тверским, за Вятцким, за Резаяским, за Полотцким, за Вологотцким, за Суздалским да за одним Коломенским епископом под Москвою ж и в городех, в вотчинах их домовых, за всеми крестьян с 16 000 дворов.

За монастыри, которые писаны в Уложенной книге, в вотчинах их монастырских, в селех и деревнях, за всеми крестьян с 80 000 дворов. Да за монастыри ж, которые в лествице и в Уложенной книге не написаны, крестьян с 3000 дворов.

За бояры, и околничими, и думными и ближними людми, и за столники, за стряпчими, и за дворяны, и за дьяки, и за жилцы, и за городовыми дворяны, и за детми боярскими, и за мурзами, и за татары, и за дворовыми и конюшенного чину людми, и за переводчиками, и за подьячими, и за толмачами, и за вдовами и девицами б поместьях их и во всяких вотчинах крестьян по 2 и по 3, и по 4 двора, и по 5, и по 10, и по 15, и по 20, и по 30, и по 40, и по 60, и по 80, и по 100, и по 150, и по 200, и по 300, и по 500, и по 700, и по 1000, и по 2000, и пс 3000, и по 5000, и по 7000, и по 10 000, и по 12 000, и по 15 000 дворов за человеком, по чину их и по чести; и кто дослужится, за иным боярином есть блиско 17 000 крестьян, а за иным толко со 100 и с 200 дворов. Кто бывает счастлив службою своею и после сродичей своих, и за тем бывает много, а иному после сродичей своих не достанется ничего, и живет с малого; и по тем их вотчинам и поместьям таково их житье. И за всеми за теми чинами сколко будет числом крестьянских и бобыльских дворов, того написати немочно.

ГЛАВА XII,

а в ней 4 статьи

О торговле царской.

1. У Архангелского города торговля — хлебом, пенкою, поташью, смолчюгою, шолком-сырцом, ревенем. А собирают тот хлеб в Поморских и в Понизовых городах с уездных чорных слобод с крестьян; и закупают тот хлеб и пенку во многих городех на царские казенные денги ис Приказу Болшого Приходу; и с приезжими иноземцы меняют на всякие товары и продают на денги.

Поташные и смолчюжиые заводы; учинены буды в царских диких лесах, на Украйне. Также и бояр, и околничих, и думных и ближних людей, и гостей, и торговых людей буды учинены в тех же и в ыных царских лесах, на откупу, а сверх откупу на царя берут поташи и смолчюги десятую бочку. И те товары — хлеб, пенку, поташ, смолчюгу — провадят к Архангелскому городу на царских ямских подводах и наймуют. Ревень присылается из Сибири, собирают с таможилцов.

2. Торговля на Низу: учюжные рыбные промыслы, что остается за дворцовым обиходом, также и соль ламают, и варят, и возят вверх по Волге реке до Казани, и до Нижнего, и до Москвы. И тое рыбу и соль, что остаетца за царским росходом, на Москве и в городех продают всякого чину людем.

3. С Персидцкими купчинами — шолком, сырцом и вареным, и всякими тамошними товарами в Астарахани, и в Казани, и на Москве. А ценят те Персицкие товары по тамошней их цене, по чему купят в Персии; а на Москве за те товары дают ис царские казны соболи и иную мяхкую рухлядь, а ценят тое мяхкую рухлядь против роздали с прибавкою. А как те купчины бывают в Астарахани, и в Казани, и на Москве, и им даетца до поезду их царское жалованье, корм и питье, и суды, в чем им ехать водою, и гребцы, безденежно.

4. Гречаня; приезжают к Москве ежегодь и привозят с собою товары всякие: сосуды столовые и питейные, золотые и серебряные, с каменьем — с алмазы, и с яхонты, и с ызумруды, и с лалы, и золотные портища, и конские наряды — седла, и муштуки, и узды, и чапраки со всяким каменьем; и царице и царевнам — венцы, и зарукавники, и серги, и перстни с розными ж каменьи, немалое число.